16 декабря 1995 года Ъ в статье "Через полгода в России будет новый президент" написал: "При любом исходе 16 июня в России будет избран новый президент... Даже если его имя будет Борис Ельцин". На знаменитой позавчерашней пресс-конференции то же самое сказал Анатолий Чубайс: на второй тур выходит "новый" президент, новый Ельцин. Для того чтобы это понять (и не только соратникам президента по предвыборной борьбе, но и самому Ельцину) потребовалось полгода... Комментарий ВЕРОНИКИ Ъ-КУЦЫЛЛО.
Тогда, полгода назад, мы написали, что "конституционализация" процессов, протекающих в стране, для президента становится важнее всех остальных факторов политической жизни. Он может вести политическую игру (тонкую и не очень) с противниками и даже сторонниками, может совершать внезапные "резкие движения" или уходить на время в тень, но выборы 16 июня останутся незыблемыми. Нарастание напряженности в обществе по мере приближения к дате выборов несколько поколебало эту уверенность. Широко известный анекдот: "Что будет в России, если изберут Ельцина? — Новый президент. — А если не изберут? — Старый президент" — наиболее точно отражал ожидания общества. Силовые методы могут быть пущены в ход, несмотря на все заверения президента, население психологически к этому готовилось, в том числе и с помощью высказываний генерала Коржакова.
В этом был свой плюс: главный соперник Ельцина, Геннадий Зюганов, тоже психологически готовился к такому развитию событий. И это отчасти сдерживало наступательную тактику коммунистов — помня о Белом доме в 1993 году, они, попросту говоря, боялись. И вели себя более или менее чинно, что позволило Ельцину достаточно спокойно провести свою кампанию. Но после первого тура президенту пришлось выбирать: держать ли "в запасе" вторую часть анекдота или совершить психологический перелом в обществе, выйдя к 3 июля, как это принято говорить с позавчерашнего дня, "очистившимся".
Дело не в личностях Грачева, Коржакова, Барсукова и Сосковца. Дело в той ауре, которая, заслуженно или незаслуженно, окружала так называемых ястребов в команде президента. В ощущении того, что с их стороны возможны нелегитимные действия и с их помощью — нелегитимные действия президента. Готовность выполнить неконституционный приказ психологически подталкивает стоящего у власти такой приказ отдать. Сейчас, кажется, в команде президента не осталось людей, которые одновременно обладали бы властными рычагами и были готовы выполнить любое распоряжение "хозяина", даже если оно будет неправовым. Лебедь при всем своем "солдафонстве" не производит впечатления человека, готового за пост "взять под козырек" (хотя в том, что в случае реального путча он действительного его "жестоко подавит", можно не сомневаться — но в случае путча, а не для незаконного сохранения власти). Явлинский — а он или его люди скорее всего придут в правительство еще до 3 июля — тем более. Чиновники, оставшиеся за спиной у Ельцина, просто не обладают достаточными властными полномочиями. Все это может означать только одно: перед вторым туром выборов Ельцин (возможно, сам того не сознавая — конкретные причины увольнения "тройки" могут быть очень далеки от всех политологических выкладок) четко обозначил приоритет легитимности. Как и писал Ъ полгода назад, ему нужна не просто власть, а власть исключительно легитимная.
То, что сделал Ельцин, с одной стороны, достаточно опасно для него самого. Во-первых, у ушедших остаются мощные связи во властных структурах, и неизвестно, как они ими воспользуются (впрочем, за редкими исключениями типа Хасбулатова и Руцкого, бывшие ближайшие сподвижники Ельцина, будучи уволенными, не обращали свою обиду против него). Во-вторых, — и это опаснее — чем больше президент будет легитимизировать предвыборную атмосферу, тем больше его противники будут пытаться спровоцировать его на неправые действия. Отказ Думы продлить время голосования (см. стр. 3) — лишь один штрих. Будут скорее всего и другие — вроде позавчерашней попытки Зюганова выступить с новым "Словом к народу", в котором лидер КПРФ заговорил уже подзабытыми в большой политике топиками: "Отечество в опасности! Внутренняя грызня вокруг дряхлеющего, все более теряющего нити управления Б. Ельцина может вылиться в жестокое гражданское противостояние".
Уволив "тройку", Ельцин показал, что, напротив, настолько уверен в своей способности крепко держать в руках "нити управления", что может без риска расстаться с силовыми "приводами". И сейчас главное для Ельцина — не сорваться обратно. Не стать снова "старым" президентом.