Коротко

Новости

Подробно

3

Фото: РГАКФД/Росинформ / Коммерсантъ

"Лично расстрелял 7 человек"

Почему помиловали безжалостного карателя

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 66

13 июня 1973 года военный трибунал Киевского военного округа приговорил к смертной казни гражданина ФРГ Александра Динкеля, приехавшего в СССР годом ранее по туристической визе. Как оказалось, его визит в Советский Союз стал результатом ловко проведенной операции КГБ. Однако приговор так и не был приведен в исполнение.


Евгений Жирнов


"Руководил карательной деятельностью"


Несколько лет назад мне довелось беседовать с бывшим сотрудником разыскного отдела сначала "Смерша", затем МГБ и КГБ Борисом Александровичем Сыромятниковым (см. "Разыскать для приведения приговора в исполнение", "Власть" N8, 2001 год). Самым примечательным среди того, что он рассказал, были, наверное, не сами истории поиска, а то, насколько долго и упорно, годами шел розыск шпионов и предателей. Очень долго, без малого тридцать лет, коллеги Сыромятникова искали и Александра Динкеля, который давно и спокойно жил в Западной Германии и, возможно, стал забывать обо всем том, что совершил во время войны.

Вероятность того, что он будет привлечен к ответственности, на тот момент практически равнялась нулю. Однако сотрудники КГБ узнали, что у него в СССР живут дети. И, по всей видимости, взяли под контроль его переписку с сыном. Как именно им удалось убедить Динкеля, что его визит в Советский Союз будет безопасным, остается загадкой. Во всяком случае, в найденных архивных документах по его делу об этом обстоятельстве ничего не говорится. Судили его по месту совершения преступлений в поселке Александровка одноименного района Донецкой области вместе с бывшим подчиненным — Иваном Пономаревым. О том, что предшествовало их деяниям, в представлении Верховного суда СССР от 31 октября 1973 года говорилось:

"Из материалов дела усматривается, что Динкель происходит из семьи крестьян-середняков, окончив в 1929 году курсы бухгалтеров, работал бухгалтером в Александровском районе Донецкой области, с 1931 по 1933 год служил срочную службу в армии рядовым. В 1936 году был осужден народным судом к 2 годам лишения свободы за хулиганство. С 1940 года до начала Великой Отечественной войны Динкель работал бухгалтером в колхозе им. Карла Маркса в селе Ново-Бахметьево Александровского района, а в августе 1941 года был мобилизован в трудовую армию в числе других немцев-колонистов, откуда ушел домой в Ново-Бахметьево, семья Динкеля к тому времени уже была эвакуирована вглубь страны".

Узнав, что эвакуация, а точнее, депортация проводилась без всякой жалости к немцам вообще и его семье в частности, Динкель начал мстить односельчанам:

"В сентябре 1941 года по прибытии с фашистскими разведчиками в село Ново-Бахметьево Александровского района Динкель узнал, что в домах немцев-колонистов, эвакуированных вглубь страны, поселились граждане цыганской национальности. С целью расправиться с цыганами, Динкель, вооружившись косой, вместе с немцами выгнал из домов не менее 36 цыган и принял участие в конвоировании их из села, где все они были расстреляны оккупантами.

Продолжая пребывать в селе Ново-Бахметьево, Динкель состоял в самоохране и поддерживал в селе оккупационный режим.

Узнав, что бывший председатель колхоза коммунист Карпенко и бухгалтер колхоза Гончаров участвовали в эвакуации из прифронтовой полосы немцев-колонистов, в том числе и семьи Динкеля, Динкель в ноябре 1941 года арестовал указанных лиц, а также гражданина Никулина, во время допроса жестоко избивал арестованных, а затем расстрелял Карпенко и Гончарова".

У Пономарева подобного мотива не было. Его путь к измене, как говорилось в документе Верховного суда, начался с того, что он попал в плен:

"Пономарев происходит из семьи крестьян-середняков. До Великой Отечественной войны работал в городе Краматорске на металлургическом заводе, затем бойцом пожарной охраны, грузчиком. С 1936 года находился в фактических брачных отношениях с гражданкой Костенко Е. З., 1908 г. рождения, от брака имел двоих сыновей, 1939 и 1944 гг. рождения. В мае 1941 года Пономарев был призван на учебные сборы рядовым, где его застала война, 22 июля 1941 года попал в окружение и пленен немцами в Киевской области. После пленения Пономарев содержался в лагерях военнопленных, дважды бежал оттуда, затем прибыл с семьей в Александровский район Донецкой области, где дал в ноябре 1942 года согласие сотрудничать с оккупантами".

Следствие подробно выяснило все этапы службы Динкеля и Пономарева:

"Динкель в разные периоды этого времени был переводчиком сельхозкомендатуры, комендатуры и жандармерии, начальником особого отдела Александровской районной полиции Донецкой области и начальником этой полиции, а Пономарев — все время полицейским этой полиции.

Приняв присягу на верность фашистской Германии, Динкель и Пономарев получили оружие и проводили активную карательную деятельность.

Динкель, как начальник особого отдела и начальник районной полиции, возглавлял и руководил карательной деятельностью подчиненных ему полицейских, контролировал паспортный режим, получал донесения через завербованных агентов и осуществлял регистрацию коммунистов, комсомольцев и советских активистов, участвовал в принудительной отправке советских граждан на каторжные работы в Германию, отдавал приказы об арестах и расстрелах граждан, лично арестовывал, допрашивал, истязал и расстреливал советских патриотов.

Пономарев, будучи полицейским, нес патрульную службу, охранял арестованных граждан, задерживал и доставлял в полицию подозрительных для оккупантов лиц, производил обыски и изъятие у населения имущества для нужд оккупантов, арестовывал и лично расстреливал советских патриотов".

"Сбросил в колодец трупы"


Как говорилось в том же документе, все эпизоды преступной службы двух полицаев восстановили в деталях:

"В ноябре 1941 года Динкель вместе с другими полицейскими в селах Марьянке и Александровке арестовал коммунистов Кругляка, Попченко и Шалю, подозревавшихся в патриотической деятельности. Во время допросов арестованных Динкель избивал их кулаками и рукояткой пистолета, а затем с помощью полицейских отконвоировал за село Александровку, где Кругляк, Попченко и Шаля были расстреляны, при этом Динкель лично расстрелял Шалю.

В декабре 1941 года в селе Шестаковке Динкель ворвался в дом коммуниста Ерина, во время допросов избивал его, беременную жену Ерина и проживавшего у них советского военнопленного. В результате избиения Ерин частично потерял слух".

Кроме того, как было установлено, Динкель начал грабить советских граждан:

"Будучи переводчиком сельхозкомендатуры, Динкель осенью 1941 года производил обыски, во время которых для нужд оккупантов и их пособников отобрал вещи у двух граждан. Он же в мае 1942 года и весной 1943 года систематически отдавал приказы подчиненным полицейским о производстве обысков и лично участвовал в изъятии имущества у четырех граждан".

В следующем, 1942 году Динкель, надо полагать, вошел во вкус:

"Зимой 1942 года Динкель в селе Шестаковке остановил на улице подростка Луцкого, отобрал у него шапку и валенки, а летом 1942 года ударил кнутом по спине жительницу этого села 16-ти летнюю Луцкую.

12 июня 1942 года Динкель задержал в Шестаковке граждан Моторного, Шпольского и неизвестного мужчину, которые подозревались в связях с партизанами. Избив задержанных рукояткой пистолета, Динкель решил их расстрелять, а когда Шпольский и Моторный стали убегать, стрелял в них из карабина, но промахнулся, а затем выстрелом из карабина убил оставшегося на месте неизвестного гражданина.

В августе 1942 года Динкель вместе с другими карателями арестовал советских граждан Донченко Петра, Донченко Ольгу и Карпенко, подозревавшихся в патриотической деятельности, отконвоировал их в районную полицию и допрашивал о спрятанном оружии. Впоследствии все они были отправлены в лагерь, откуда Донченко Петр бежал, а Карпенко и Донченко Ольга были освобождены в марте 1943 года. Тогда же в селе Иверском Динкель с жандармами арестовал коммунистов Бутурлимова, Сосулева и Дубинина, отконвоировал в районную полицию, где они содержались под стражей несколько дней".

Но во всю ширь начальник Александровской полиции развернулся в 1943 году:

"Будучи начальником Александровской районной полиции и располагая данными, что сыновья гражданки Козиевой ведут борьбу против оккупантов, Динкель вместе с другими карателями ночью 23 марта 1943 года ворвался в дом Козиевой, а когда она отказалась назвать место пребывания сыновей, убил Козиеву двумя выстрелами из пистолета в голову.

В марте-апреле и июне 1943 года по приказам Динкеля каратели арестовали не менее 18 граждан и нескольких советских военнопленных, проживавших на хуторе Гейдино и в селе Дмитро-Дарьевке, которые были заключены под стражу в полиции. Динкель неоднократно принимал участие в допросах арестованных и их избиении, после чего все они были расстреляны карателями во дворе полиции. Лично Динкель расстрелял 7 человек, а трупы приказал полицейским сбросить в колодец.

Во время расстрелов Пономарев находился во дворе полиции и по приказанию Динкеля сбросил в колодец трупы трех советских граждан.

Весной 1943 года, получив сообщение о том, что жители села Елизаветовки Кравченко, Щербак и подросток Анатолий прячут оружие, Динкель вызвал к себе этих граждан и во время допроса жестоко избил их. В этот же период времени Динкель допрашивал в полиции и избил еще 6 советских граждан.

Также весной 1943 года Динкель, будучи начальником полиции, конвоировал в автомашине арестованных советских граждан Рыжеголова и Безродного, которых в кузове охранял Пономарев вместе с другим полицейским. Когда в пути следования Безродный выпрыгнул из автомашины и стал убегать, Динкель очередью из автомата ранил его, а Пономарев по приказанию Динкеля с помощью одного из карателей занес Безродного во двор одного дома и там выстрелом из карабина в спину добил его.

В апреле 1943 года Пономарев по приказу Динкеля арестовал и доставил в полицию гражданку Грибоедову, которую во время допросов Динкель жестоко избивал резиновым кабелем...

Весной 1943 года Динкель ворвался в дом гражданки Шейко и избил ее до потери сознания за то, что она отказалась сообщить место нахождения сыновей, боровшихся против оккупантов, произвел в доме обыск и забрал вещи и деньги. В этот же день Динкель вторично пришел к Шейко и арестовал ее. В результате полученных телесных повреждений Шейко частично потеряла слух.

В мае 1943 года Динкель арестовал советского партизана Донченко, неоднократно допрашивал и избивал, а также избил его брата. Тогда же Динкель за связь с партизанами арестовал Гутник Василису и Коверникову, произвел обыски и изъял имущество у Гутник и партизана Керкача, ранее арестованного карателями; при допросах избивал Коверникову плеткой. В конце мая 1943 года Донченко и ранее арестованная карателями советская патриотка Сукова были публично казнены на площади в селе Александровке. Перед этим Динкель передал полицейским распоряжение жандармерии согнать на площадь жителей села и вывести из камер полиции арестованных советских граждан, которым объявил о казни и перевел на русский язык оглашенный начальником жандармерии приговор...

В июне 1943 года Динкель вместе с другими полицейскими ворвался ночью в дом гражданки Макогон и во время допроса о связях с партизанами нанес ей два удара колющим предметом по руке и нанес два удара обутой в сапог ногой по телу ее годовалой дочери. От полученных телесных повреждений девочка вскоре умерла.

Летом 1943 года Динкель также ночью ворвался в квартиру гражданки Фочиной, жестоко избил ее, требуя сообщить о месте пребывания ее мужа — бывшего председателя колхоза, а затем арестовал и доставил в полицию, где также неоднократно допрашивал и избивал Фочину.

Тогда же Динкель арестовал гражданина Горбатенко, которого подозревал в связи с партизанами. Впоследствии Горбатенко был отправлен из полиции в комендатуру города Барвенково, и его дальнейшая судьба осталась неизвестной".

"Федеральный президент поддерживает"


На этом фоне остальные преступления Пономарева выглядели просто блекло:

"В начале лета 1943 года Пономарев неоднократно охранял содержавшихся под стражей в полиции советских граждан. По приказанию Динкеля он вместе с другими полицейскими отконвоировал в песчаный карьер арестованных Керкача, Рымарей Павла и Николая, Куца, где они все были расстреляны. Лично Пономарев двумя выстрелами из карабина в спину убил одного из обреченных.

Летом 1943 года полицейские по приказу начальника особого отдела Александровской райполиции Динкеля арестовали не менее 30 советских военнопленных и отконвоировали их в город Краматорск, в конвоировании принял участие и Пономарев...

Летом 1943 года Пономарев задержал двух мужчин, личности которых не установлены, и отконвоировал их в Александровскую районную полицию.

Этим же летом Динкель и Пономарев вместе с другими полицейскими и немцами приняли участие в облаве на советских парашютистов в районе хутора Зеленый и при этом лично стреляли по парашютистам. Динкель, кроме того, руководил действиями полицейских. В результате этой операции, за активное участие в которой оккупанты наградили Пономарева медалью, шесть советских парашютистов были убиты.

В августе 1943 года Пономарев по распоряжению Динкеля арестовал гражданку Луцкую, которую доставил в районную полицию. После допроса ее Динкелем последний приказал Пономареву расстрелять арестованную. Пономарев с помощью другого полицейского отконвоировал Луцкую на пустырь и первым из карателей выстрелил в нее из карабина, а затем закопал труп убитой и доложил Динкелю о произведенном расстреле".

А незадолго до того, как Красная армия освободила Донецкую область, оба полицая бежали с отступающими германскими войсками:

"При наступлении советских войск в сентябре 1943 года Динкель и Пономарев бежали с немецкими оккупантами в их тыл. В июне 1944 года Динкель принял гражданство фашистской Германии и с декабря 1944 года до апреля 1945 года, будучи мобилизованным в немецкую трудовую армию, работал на строительстве противотанковых заграждений.

Пономарев, находясь на территории Франции, служил в немецкой воинской части, с оружием в руках охранял военные объекты противника и до лета 1944 года работал на строительстве оборонительных сооружений для немецкой армии, а в марте 1945 года был взят в плен".

Дальнейшие судьбы начальника полиции и его подчиненного сложились по-разному, однако обоим удалось избежать ответственности за злодеяния:

"При прохождении проверки Пономарев скрыл свою службу у немцев и был направлен в город Райчихинск Амурской области, где несколько лет работал в Райчихинском железнодорожном депо, а с 1947 года по день ареста — в системе предприятий "Дальвостокуголь", характеризовался положительно, неоднократно поощрялся, был награжден тремя юбилейными медалями".

А Динкель остался в Германии:

"Динкель в 1944 году принял гражданство фашистской Германии, а в 1948 году — гражданство ФРГ. В период 1945-1959 гг. Динкель работал по найму у крестьян, огородником в санатории, грузчиком. С 1963 года Динкель пенсионер по инвалидности. В 1951 году зарегистрировал брак с гражданкой Герман Линой Германовной, 1908 года рождения, пенсионеркой, с которой проживал в гор. Ветцлар на Лане (земля Хессен), ФРГ, до мая 1972 года".

У Динкеля все могло бы оставаться по-прежнему еще многие годы. Но тут началась переписка с сыном, закончившаяся для бывшего полицая весьма печально:

"Получив визу, Динкель приехал в СССР с целью навестить сына от первого брака. 1-го июня 1972 года он был арестован органами госбезопасности в гор. Златоусте".

По всей видимости, именно он рассказал на допросах обо всех своих подчиненных, и найти Пономарева, жившего под собственной фамилией, не составило труда. Приговор, с учетом содеянного, был единственно возможным — высшая мера наказания. Оба полицая пытались уйти от смертной казни, но их попытки обжаловать приговор ни к чему не привели:

"Военная коллегия Верховного Суда СССР определением от 1 октября 1973 года приговор в отношении Динкеля и Пономарева оставила без изменения".

А ходатайствам о помиловании не помогло даже переданное в МИД СССР обращение посольства ФРГ в Москве. Верховный суд СССР настаивал на том, что приговор должен остаться в силе. Однако в дело вмешалась большая политика. Жена Динкеля Лина смогла добиться того, что за сохранение жизни ее мужу выступил президент ФРГ Густав Хайнеман. В ноте посольства ФРГ в Москве от 3 августа 1973 года говорилось:

"Господин Федеральный президент поддерживает просьбу г-жи Лины Динкель не приводить в исполнение смертный приговор, вынесенный Военным Трибуналом в Александрове (так в тексте.— "История") ее мужу Александру Динкелю, поскольку в Федеративной Республике Германии смертная казнь не существует и г-н Динкель имеет также германское гражданство".

На фоне того, что в мае 1973 года прошел успешный визит Брежнева в ФРГ, портить налаженные не без труда отношения с Западной Германией не захотели. А потому Президиум Верховного совета СССР решил помиловать Динкеля и заменить смертную казнь пятнадцатью годами лишения свободы. Понятно, что оставить в живых Динкеля и расстрелять Пономарева было нелогичным и неправильным. А потому такую же замену наказания произвели и для него. Так что в итоге жертвы немецкого мстителя так и остались неотомщенными.

Комментарии
Профиль пользователя