Коротко

Новости

Подробно

Фото: Юлия Ларина / Коммерсантъ

Немецкий в первом чтении

Юлия Ларина — о том, как в Германии борются с неграмотностью

Журнал "Огонёк" от , стр. 26

Семь с половиной миллионов взрослых в Германии, славящейся своей системой образования, толком не умеют читать и писать. Причем большая часть из них — не мигранты, а те, кто с рождения говорит по-немецки


Юлия Ларина, Берлин — Москва


Такого хлесткого слова, как "ликбез", в немецком языке не придумали. А соответствующее ему слово Alphabetisierung с трудом прочитают более 7 млн взрослых жителей Германии. Они не абсолютно неграмотные, большая часть из них училась в школе. Но при этом навыками чтения и письма они так и не овладели.

Пишем, Пегги, пишем


В конце сентября немецкий Союз по обучению грамоте и основам образования подвел итоги конкурса сочинений для взрослых людей — слушателей курсов чтения и письма. Первое место заняла Пегги, с которой я познакомилась чуть раньше — во время одной из дискуссий в Берлине на тему неграмотности. Пегги читала перед собравшимися текст, позже победивший в интернет-голосовании.

"Я не стала другим человеком, да я этого и не хотела. Но я стала более уверенной в себе и смелее во многих жизненных ситуациях. Я призналась своему другу в том, какая у меня проблема, потому что уже больше не хотела скрывать это. Слишком тяжело было все время придумывать объяснения, почему я не написала SMS или почему не сажусь при нем за компьютер. В какой-то момент я уже настолько доверяла ему и была уверена в себе, что смогла сказать правду. Он воспринял это совершенно спокойно и с тех пор поддерживает меня...

...Раньше, если мне приходилось далеко ехать и местность была мне незнакома, я все время должна была кого-то брать с собой, чтобы добраться до нужной точки. Я боялась, что не смогу вернуться. Меня напрягало то, что я должна была кому-то звонить, просить о помощи и слышать в ответ, что у него нет времени. Это означало, что я снова должна звонить кому-то, и я злилась на себя за то, что многое не могу делать самостоятельно и завишу от других. Сегодня я могу лучше ориентироваться. Стало проще добираться до цели на общественном транспорте...

Я заметила, что у моей дочки, когда она была в 3-м классе, тоже были проблемы с письмом. И я не могла ей помочь. Это огорчало меня. Сегодня я могу мотивировать дочку учиться на ошибках..."

В конце ноября Пегги торжественно наградят в Берлине. Ее ждет пребывание в пятизвездочном отеле с культурной программой и смартфон, с которого она теперь сможет послать другу SMS.

Считаем не читающих


Согласно исследованию Level-One (leo.), в Германии 7,5 млн функциональных неграмотных. Тут даже грамотным надо объяснить, что это такое. Неграмотность разделяют на первичную, которая касается тех, кто вообще не учился в школе, и вторичную (функциональную), которая затрагивает людей, школу посещавших и в некоторых случаях даже окончивших, но так и не научившихся толком писать и читать.

Функционально неграмотны 14,5 процента работающих в Германии в возрасте от 18 до 64 лет. Такие люди могут читать и писать отдельные предложения, но понять связные тексты, даже короткие, не в состоянии. Тех, кто может читать отдельные слова, но не может прочитать и понять предложение,— более 4 процентов.

Свалить все на понаехавших не получается. Из 7,5 млн больше половины (4,4 млн) учили немецкий в качестве первого языка. То есть это немцы и дети мигрантов, с детства говорящие по-немецки. Остальные 3,1 млн учили в качестве первого какой-то иной язык. Но в опросе участвовали только те, кто знал немецкий и был способен ответить на вопросы. Если бы опросили мигрантов, не говорящих по-немецки, общая цифра была бы еще больше.

Часть опрошенных функциональных неграмотных (120 человек из примерно 8,5 тысячи) окончили школу с аттестатом зрелости. Чуть меньше половины из них сделали это в Германии. Исследователи приводят в качестве примера одну 58-летнюю женщину, которая, имея большие проблемы с чтением, с середины 1990-х подрабатывает (как вы думаете, где?) в библиотеке ассистентом библиотекаря! Про то, как обстоит дело с чтением у самого библиотекаря, ничего не сообщается. А один 52-летний мужчина умудрился даже окончить университет — выучился на строительного инженера. В аспирантуру он, видимо, решил не идти.

Ни пером описать


Во время вышеупомянутой дискуссии в Берлине, прошедшей в библиотеке Вольфдитриха Шнурре, еще одна слушательница курсов общества "Читать и писать" прочитала вслух изложенную ею собственную историю. Рози (имя изменено) 40 лет. Когда она читала этот текст, ее голос сорвался, и она заплакала.

"Это история Рози, которая была несчастна в жизни. Началось все в 6 лет. Она пришла в школу, и с тех пор становилось только хуже. Она отставала в учебе и бунтовала, за что ее били. И, как будто этого было недостаточно, каждые выходные к ней приставал ее дед. Так она попала в детдом, но там тоже никто не хотел знать, почему она такая. Она прогуливала школу, потому что боялась людей. Но и там к ней пристал неизвестный мужчина, который получил за это только два года тюрьмы. Потом он вышел. Было определение суда, что он не может приближаться к Рози менее чем на 100 метров. Но он нарушил его, что ее добило.

В 18 лет мать выставила ее за дверь. Рози была настолько разбита жизнью, что в ее голове были только развлечения, которые позволяли ей забыть то, что ее мучило. В 20 лет она родила первого ребенка.

Еще больше, чем то, что она пережила, мучило ее, что она не может помочь своему ребенку с домашними заданиями... Потом она родила второго ребенка, и тогда ей стало ясно, что она должна что-то предпринять.

Рози стала учиться на курсах читать и писать. 25 лет назад Рози не могла делать покупки, ей все время кто-то должен был помогать. Потому что она должна была все, что хотела купить, запоминать. Это был ад. Ладони становились влажными, сердце учащенно билось, и она всегда покупала только то, что уже знала.

Сегодня Рози может делать покупки, как все люди, у нее больше нет чувства страха. Покупать что-то стало для нее таким же нормальным делом, как читать книги... Сегодня она может все почти так же хорошо, как и люди, которых она раньше боялась".

Урок для родителей


Пегги и Рози посещают курсы общества "Читать и писать", уже 30 лет существующего в Берлине. Мне разрешили посидеть на уроке одной из групп.

Перед началом занятия участники курса собрались у доски и совместными усилиями написали дату и день недели. В группе люди самых разных возрастов — от парня в бейсболке козырьком назад до седоволосого мужчины. Всех их, безработных, направил на курсы центр занятости, он же оплачивает обучение.

Пятидесятилетняя Г. на курсах уже год. Она окончила 8 классов спецшколы. Говорит, в семье была тяжелая ситуация, "одни неприятности". Проблемы в семье — одна из причин функциональной неграмотности. К другим относят сложности в школе, проблемы при усвоении школьного материала, мигрантское прошлое, отсутствие практики чтения и письма во взрослом возрасте... До посещения курсов покупать продукты в магазине Г. могла сама, а вот если приходилось заполнять какие-то анкеты, читать схему метро — требовалась помощь. К счастью, ее муж и сыновья могут и читать, и писать.

Обе взрослые дочери Р. тоже могут читать и писать и иногда помогают ей. До недавних пор у Р. была работа в прачечной, потом она лишилась и ее.

З. работал на складе, но уже несколько лет безработный. На курсах он полтора года (оптимальный вариант — два).

С мигрантским прошлым в группе не много человек. Даже для 26-летнего Д., чьи родители — выходцы из России, немецкий — первый и основной язык. Русский он понимает, но не говорит на нем.

Урок начинается с того, что учительница Розмари Люттих раздает цветные камушки и просит, используя их как гласные и согласные звуки, сложить простые слова. При этом термины "гласные", "согласные", "глаголы", "существительные" не употребляются — используются более понятные заменители. Учебный материал на курсах разработали сами, потому что все существующие учебники рассчитаны на детей.

Преподаватели этой группы Розмари Люттих (раньше работала учительницей в школе) и Альфред Хенкель (преподавал в спецшколе) — волонтеры. Они делают важное и трудное дело, но говорят об этом очень скромно: пенсионерам нужно занятие. "Я делаю это не потому, что я хороший человек,— объясняет фрау Люттих.— Это счастье для меня, что я нашла эти курсы".

Господину Хенкелю интересно наблюдать процесс обучения. Хотя дается грамота многим тяжело. Порой он видит, как у взрослого человека, когда тот читает три слога подряд, выступает пот на лбу. Может, отец бил в детстве за ошибки при чтении, и эта блокада сохранилась на всю жизнь.

Пример мер


Помимо подобных курсов ликвидацией неграмотности занимаются в Германии так называемые фольксхохшулен — народные университеты (общеобразовательные курсы). Кроме того, ведомство по делам миграции и беженцев в рамках интеграционных курсов тоже борется с неграмотностью. Но большинство взрослых неграмотных не охвачены никакими курсами и программами.

Авторы исследования Level-One Анке Гротлюшен и Вибке Рикман из Университета Гамбурга опубликовали свою работу еще в 2011 году. То есть уже два года Германия знает, что больше чем каждый десятый взрослый в стране не имеет достаточных навыков письма и чтения.

— Вопрос, который возникает: почему исследование leo не вызвало большого резонанса в обществе? — говорит Ульрих Райзер из сенатского управления по вопросам образования, молодежи и науки Берлина.— Если представить себе, что, к примеру, все население земли Гессен не умеет толком читать и писать — а цифры сопоставимые,— надо кричать об этой проблеме. Но этого не произошло. На мой взгляд, причина в коллективном чувстве стыда. Никто не может понять, как такое стало возможно в высокоразвитой стране, в которой образование — одна из основополагающих ценностей. Этот факт нас парализовал, и мы должны выйти из состояния паралича, стыда и беспомощности и попытаться понять, как решить эту проблему.

Надо все-таки заметить, что на государственном уровне меры стали приниматься сразу после опубликования исследования. Министерство образования Германии и немецкие земли выработали "Национальную стратегию по обучению грамоте и основам образования взрослых". Министерство выделило около 20 млн евро на проекты в сфере борьбы с неграмотностью на 2012-2015 годы и развернуло кампанию в стране "Чтение и письмо — мой ключ к миру". Но, видимо, этих мер недостаточно.

А чувство стыда немцев могут, наверное, несколько приглушить следующие факты: согласно исследованию IVQ, число функциональных неграмотных взрослых во Франции достигает 9 процентов — это 3,1 млн работающих (но в опросе участвовали лишь те, кто посещал школу во Франции); в Англии, по данным исследования Skills for Life, 16 процентов опрошенных взрослых являются функциональными неграмотными — что составляет 5,2 млн человек.

Понятно, что в информационном обществе неграмотные имеют меньше шансов получить работу, а если все-таки получили (наверняка низкооплачиваемую), то больше шансов даже ее лишиться. Это провоцирует бедность. Кроме того, неграмотность населения не способствует демократии. Миллионы людей не могут прочитать, что написано в избирательном бюллетене. Летом, перед сентябрьскими выборами в Бундестаг, в Берлине была издана брошюра "на легко понятном языке" с картинками — о выборах: кто, когда и где выбирается, как голосовать. Но ведь и ее надо еще как-то осилить. Даже схема метро покажется легкой: там хотя бы очевидно, в каком направлении движется поезд, а вот в каком направлении будет двигаться страна, понятно далеко не всегда.

Грамотный подход

Детали

Определен уровень базовых компетенций граждан разных стран


Насколько грамотны грамотные люди, выясняло международное исследование грамотности взрослого населения PIAAC. Его результаты были оглашены на прошлой неделе в Высшей школе экономики (НИУ ВШЭ), которая проводила российскую часть исследования.

В PIAAC были опрошены более 157 тысяч респондентов в возрасте от 16 до 65 лет из 24 стран. В России, которая участвовала в исследовании впервые,— 5 тысяч взрослых из 94 населенных пунктов. Организаторы рассматривали грамотность в более широком смысле: грамотность чтения, математическая грамотность и способность к решению задач в технологически насыщенной среде (цифровые технологии, интернет...).

Что касается собственно грамотности (при чтении), россияне показали результаты выше среднего балла — 275 (при среднем 273). У лидеров: в Японии — 296, Финляндии — 288. В математике Россия набрала 270 баллов (средний — 269). У японцев — 288, у финнов — 282. Хуже всего нам далась компьютерная грамотность: 48,5 процента наших граждан "не имеет опыта обращения с компьютером или пользуется им неуверенно".

По словам национального координатора PIAAC в РФ Олега Подольского, исследование компетенции взрослых началось в мире 20 лет назад. Результаты показывали, что 15 процентов населения владеет навыками чтения только на минимальном уровне. Даже в успешных странах вроде Америки были низкие результаты.

Нынче Америка, как и Германия, по грамотности чтения чуть ниже среднего уровня. Старший научный сотрудник ВШЭ, эксперт проекта PIAAC в России Дмитрий Попов высказывает следующее предположение:

— Общество в Германии, Америке и других странах, которые получили низкие оценки, очень неоднородно, и это приводит к тому, что там есть как очень высокие результаты, так и очень низкие. Видимо, связано это с тем, что мигранты плохо знают язык и не способны справляться с задачами. Что касается нас, то выборка нашего исследования строилась по домохозяйствам: интервьюеры приходили к людям домой. Огромное количество мигрантов, которые к нам приезжают, живут не в квартирах, а в вагончиках и подвалах. А те, кто живет в квартирах, не откроют дверь. Возможно, они не попали в исследование. Так что это замер фактически результатов российского образования, в отличие от тех стран, с которыми мы сравниваем. Там результаты не только немецкой или американской, но и других систем образования — тех стран, откуда приезжают мигранты.

Комментарии
Профиль пользователя