Дроздова начала руководить областным судом весной 2006 года. Уже летом 2006 года с подачи прокуратуры области президиум Самарского облсуда, председателем которого является Дроздова, отменил порядка ста с лишним решений районных судов Самары, принятых в конце 2004 года по искам отставных военнослужащих. Согласно ФЗ «О статусе военнослужащих», истцы требовали у мэрии Самары предоставления им земельных участков, стандартной площадью 15 соток каждый, в районах элитной коттеджной застройки—это 8-я, 9-я и 10-я Просеки, Барбашин и Студеный овраги. Все иски были удовлетворены судами, а земля впоследствии несколько раз перепродана. Конечными покупателями участков в начале 2005 года стали представители политической и бизнес-элиты, которые начали активно строиться в зеленой зоне. Цена одной сотки земли в Барбашином и Студеном оврагах колеблется в пределах 20—30 тысяч долларов, а стоимость коттеджа с подведенными коммуникациями доходит до 1,5—2 млн долларов. В 2006 году, когда богатые владельцы уже застроились и въехали в новые коттеджи, президиум облсуда отменил давно вступившие в силу решения о землеотводе. В конечном итоге прокуратура и лесхоз отыграли ситуацию назад, и все участки были возвращены в собственность государства: эти процессы сопровождались бесконечными судебными тяжбами. В итоге Самара получила целые поселки VIP-нелегалов, которые не могут зарегистрировать право собственности на возведенные ими дома. Даже почтовый адрес у этих коттеджей отсутствует. Серьезными неприятностями для собственников домов ситуация вряд ли чревата—они являются добросовестными приобретателями и снести дом без возмещения ущерба владельцу невозможно. Но есть нюансы: коттедж нельзя продать, передать по наследству, сдать в аренду. И весь этот процесс отъема собственности проходил через областной суд.
Другая конфликтная линия напрямую связана с первой и касается масштабных чисток судейского корпуса, инициатором которых также выступила председатель Самарского областного суда. Среди судейских отставок, основанием для которых стало представление Дроздовой,—дисквалификация судьи Ленинского райсуда Андрея Казначеева, судьи Промышленного суда Марины Шевченко (на основании ее решения были приватизированы 12 гектаров земли военного санатория «Волга»). Также среди «отставников» Дроздовой—судья Промышленного суда Зинаида Гришина, отдавшая частным лицам землю на 8-й Просеке под онкоцентром, судья Ленинского мирового суда Людмила Бурмистрова, на основании решений которой были приватизированы 39 участков в районе 6-й Просеки, где должен был расположиться региональный технопарк, судья Самарского районного суда Сергей Ляшков. Весной прошлого года основательной зачистке подвергся судейский корпус Автозаводского района Тольятти. Своих мест лишились три мировых судьи и два федеральных. Самой громкой отставкой последнего времени, инициатором которой также стала Дроздова, была дисквалификация летом прошлого года заместителя председателя Самарского районного суда Андрея Моргункова. Его обвинили в принятии неправосудного решения, на основании которого были приватизированы более 4 тысяч квадратных метров второй очереди самарской набережной. Обиженных много.
Причем Дроздова как минимум отдавала себе отчет, какие могут быть последствия ее решений. Хотя бы потому, что в 2005 году заменила в должности зампреда областного суда по гражданской коллегии Аллу Тимофееву. На ту в конце 2004 года напали в подъезде, и вскоре она умерла.
Несмотря на ужас положения, в котором сейчас находится Дроздова—пуля застряла в позвоночнике, повреждены многие внутренние органы, и все это на фоне обширной кровопотери—нельзя не признать, что покушение было исполнено профессионально. Всего один негромкий выстрел на поражение из малокалиберного оружия (его марка не установлена до сих пор) был произведен неизвестно кем и неизвестно откуда.
Сейчас же оперативники пытаются обнаружить хоть какие-то улики, проливающие свет на покушение. Чтобы определить, откуда велась стрельба, сотрудники следственно-оперативной группы, работающей по уголовному делу, проводят следственные эксперименты во дворе дома, где живет председатель Самарского облсуда. Сотрудник милиции стреляет в воздух из табельного, пугая стаи голубей, а следователь старательно записывает звук выстрела на специальную аппаратуру, определяющую уровень звука. «Потом будут опрашивать свидетелей и всех жильцов дома, насколько громким был выстрел, и так примерно установят место ведения огня»,—объяснил корреспонденту «Огонька» оперативник угрозыска.
Не найдена и стреляная гильза от патрона… Пока у следствия одни лишь вопросы.
Фото ИГОРЯ ГОРШКОВА