Скидка на сообразительность

Современный потребитель — человек почти безвольный. Бесконечные рекламные кампании подталкивают его к приобретению ненужного или, хуже того, вредного товара. В США уже борются с недобросовестными рекламодателями. А нам до этого еще далеко

Есть уловки и посерьезнее, похожие на явное мошенничество. Салон одежды «Тан» сулил «распродажу до 70%». Одежды было много, но снижение стоимости никак не отражалось на ценниках. Я взяла первые попавшиеся брюки (за 6700 рублей) и спросила продавца, какая на них скидка. Дама оценивающе посмотрела на меня, потом на брюки и, поразмыслив, ответила, что 40%.

 —  Как вы определили? — насторожилась я.

 —  Ну, я работаю тут давно и знаю, какие вещи лежат долго — на них скидка побольше. Вон в том зале — даже до 50%.

 —  А где 70%, как написано на витрине?

 —  70? — удивилась дама, как будто и не видела никогда своей витрины. — Ну, в том же зале и 70.

На деле выходило, что информация о скидках преувеличена. Фактически она является попыткой продать более дорогой товар или заставить сделать незапланированную покупку. Такую картину я наблюдала в салоне обуви «Крокус», где средняя цена за пару обуви с учетом 50%-ной скидки составляет 8000 рублей. Дама в полной растерянности уже, видимо, не меньше часа подбирала подходящие сабо к своему рыжему платью, и ей практически продали ярко-бирюзовые сабо, но оставалось еще впарить сумочку.

 —  Вам необыкновенно подходят к костюму эти туфельки, сейчас так модно, — уверяла продавщица. — Только еще нужно вот эту сумочку, ага. Думаете, обувь не гармонирует с сумкой? По-моему, очень ничего. Просто эта сумка выгорела на витрине. Да, такое бывает, от солнца она из светло-бирюзовой стала темно-васильковой. Я вот вам сейчас принесу такую же, но не с витрины. Увидите, как красиво будет.

В лучшем случае скидка просто включается в цену товара. Вот почему обычная хлопковая футболка — в Italian Classics, например, — стоит сначала 170, а потом 85 у. е. 

Самый распространенный способ заманить клиента с помощью скидок — вывесить заветные 70%, но отнести их к одежде самых маленьких размеров — до 40-го — или на две-три вещи.

 —  Закон «О рекламе» такие действия называет ненадлежащей, заведомо ложной рекламой, которая недопустима, — констатирует адвокат Ирина Тулубьева. — Но и поделать с этим тоже ничего сейчас нельзя. За ненадлежащую рекламу Федеральная антимонопольная служба может взыскать с магазина от 

40 000 до 50 000 рублей — небольшая для предприятия сумма. Если в суд обратится пострадавший гражданин — например, он поверил рекламе, поехал на распродажу через весь город, потеряв несколько часов, но на месте выяснил, что его обманули, — он в наших судах добьется от 100 до 500 рублей за моральный вред. В России моральный ущерб до сих пор оценивается по советским меркам, благодаря наследию СССР у нас по-прежнему в судах не существует индивида. И суд всегда старается встать на сторону юридического лица.

 —  Моральным вредом в российских судах считается в основном нанесение вреда здоровью, — соглашается с коллегой адвокат Антон Стассий. — Причем доказанное. То есть если, например, от ненадлежащей рекламы у человека инфаркт случился, этот инфаркт был тут же зарегистрирован медиками и те подтвердили, что это произошло по вине магазина. А магазин в этом случае будет обязан — на выбор — или заплатить штраф, или опубликовать контррекламу тем же способом, что и рекламу. Допустим, на растяжках по всему городу написать: «В магазине таком-то по адресу такому-то никаких скидок никогда не было, мы вас цинично вводили в заблуждение, а эту контррекламу нас заставил опубликовать суд».

К вечеру я уже была убеждена, что экономии в российских скидках нет и быть не может. Прохожу мимо не самой дешевой кофейни «Кофе Хауз», где мне мило предлагают листочек, по которому «вторая чашка кофе бесплатно».

 —  Я смогу выбрать любую чашку? — задала я опытный вопрос.