Не попасть в историю

Документы с пометкой «Особая папка» сжигались в специальных баках... Многие секретные документы сгорели в камине хрущевской дачи

Сегодня понимаешь — в СССР была реализована программа «управления прошлым». Для этого существует два способа. Первый — заставить говорить так, как надо. Способ этот эффективен, так как заставить говорить как надо помогал громадный аппарат государства, сочетавший методы кнута и пряника «в работе с творческой интеллигенцией». Но способ этот конечен. Он заканчивался тогда, когда заканчивалась возможность реального террора и привлекательность спецраспределителя.

Параллельно существовало и иное средство, не менее результативное, — управление архивами, манипулирование историческими источниками, документами. Это гораздо более эффективное средство, так как оно вынуждает исследователей делать те выводы, которые уже были запрограммированы «управленцами» — властью. Способ столь же эффективен, сколь и общеизвестен. Вся сложность в возможности его реализации. Еще А. Франс в «Острове пингвинов», описывая историю некоего судебного процесса, передал разговор двух заинтересованных обвинителей:

«- Скажите, Пантер, среди этих документов есть и поддельные?

Пантер улыбнулся:

— Есть обработанные.

— Ну это я и имел в виду. Так значит, есть обработанные, тем лучше! Они-то и хороши. В качестве доказательств поддельные бумаги вообще ценнее подлинных прежде всего потому, что они специально изготовлены для нужд данного дела, так сказать, на заказ и по мерке... кроме того, они предпочтительнее еще и из-за своей способности переносить мысли в мир идеальный, отрывая их от нашего реального мира...»

Замечу: для получения нужных выводов вовсе не следует подделывать документы. Достаточно просто решить, что выдать и что нельзя выдать исследователю.

Об источниках. Архивный документ — это материализованная память прошлого. А если на повестке дня стоит задача разрушить старый мир, то следовало и уничтожить документы, отражающие «родовые признаки» этого мира: сведения о собственности, о сословных организациях и «классово чуждых» учреждениях — судах, банках, кредитных организациях...

Видный большевик председатель Комитета хозяйственной политики Ю. Ларин предлагал «внести в СНК декрет о сожжении всех акций, облигаций и т. п. и об уголовной ответственности тех, кто таковые будет хранить». Предложение Ларина рационализировали — вместо сожжения вредных документов их следовало переработать как макулатуру. Макулатурные кампании, начавшиеся с 1919 года, не закончились и позже. В архивном ведомстве в конце 40 — 50-х годов возобновились «макулатурные кампании».