Я ТОЖЕ ШАМАН, НО ДРУГОЙ

...Два, три или шесть лет болеет человек. Болезнь начинается чаще всего в отрочестве. Сны видит: будто к нему слетаются «сверху и снизу» души умерших шаманов и рассекают его тело. (По-якутски это звучит как юердэр.) Кровь разбрызгивают «по всем корням и источникам болезней». Будущий шаман лежит в обморочном состоянии, ничего не ест и не пьет, из всех суставов и из обоих глаз все время вытекает будто бы слизь. Это происходит лишь один раз...

Я ТОЖЕ ШАМАН, НО ДРУГОЙ

Если вы увидели во сне, что вас обступили пять человек в белом или черном, значит, вы станете шаманом.
Из якутских поверий

Шаман — самое загадочное явление на нашем Севере. Лет пять назад мне довелось познакомиться с одним непростым человеком — Афанасием Федоровым. Этот человек преподает в Якутском культпросветучилище. Больше никуда не берут.

Всю жизнь он собирал рассказы о шаманах, ездил в экспедиции, встречался со стариками... И теперь преподает якутским детям то, что знает сам и во что верит.

Что надо делать, когда весна приходит, как надо с девушкой знакомиться, не в обычном привычном смысле, а в магическом. Как привадить желанную и отпугнуть незваную... Короче, превратил стандартное советское заведение под названием «кулек» в школу магов.

...Человек десять парней и столько же девушек, сев верхом на гибкие хворостины, скакали по школьному классу как заведенные минут двадцать... Афанасий Степанович пел низким горловым звуком. Потом подозвал к себе одного мальчика. Тот остановился с закрытыми глазами. Афанасий Степанович уколол его иглой. Парень ничего не почувствовал... «Иысах», — вдруг закричал Афанасий Степанович высоким бабьим голосом, и я понял: сейчас на него снизойдет дух...

А потом мы поговорили.

— Афанасий Степанович, как стать шаманом?

— Все наши предки говорят примерно одно и то же. Последний раз экспедиция, которая изучала шаманов, была в 1925 году. Когда еще были живы люди, которые непосредственно видели сильных шаманов, общались с ними. Обычно начинается с того, что человек вдруг впадает в транс и начинает истерически петь. Если его «разбудить» и спросить, что он пел, он тебя не поймет, потому что он этого не слышит и не чувствует. А в это время он говорит голосами своих предков, давно умерших шаманов. Дух умершего шамана нисходит только на своих родственников по крови.

— А что должно произойти, чтобы в тебя вселился дух?

— Во-первых, ты должен быть якутом, а во-вторых, дух может вселиться в тебя только тогда, когда ты поешь песни.

— По пьяни или как?

— Если ты поешь нетрезвый, тоже может вселиться, но тогда дух будет злой.

— А если я просто пою? Что же, меня за шамана примут?

— Пение пению рознь. Когда на тебя нисходит, ты просто голосить начинаешь... Пьяные поют не так.

— А если я дурю?

— Знаешь, столбняк симулировать невозможно. Если 12 раз подряд пропел ни с того ни с сего — значит, в тебя вселился дух. Вот так-то. Несчастен тот человек...

— Почему?

— Нет никого рядом, кто бы подсказал, что делать. Вообще дух шамана нисходит предпочтительно на потомков по женской линии. Древних шаманов наперечет. И все они известны по именам. Например, Кюстэх-Шаман — очень древний шаман, он еще ни разу не воплощался в потомках по своей женской линии. Ты не улыбайся, не улыбайся. Знаешь, почему это все слишком серьезно? Потому что у некоторых призываемых гибнут почти все его ближайшие родственники. Их убивает — а мы называем это словом «съедает» — дух предка-шамана за то, что его потомок противится призывам.

Шаманы ведь сначала тоже вполне земные люди, сомневающиеся в чуде. И когда их начинают одолевать нервные припадки, они, как и всякий нормальный человек, сопротивляются. Не хотят признавать свои голоса за реальные. Вот тогда в их роду и начинают умирать люди. И это значит, что не психическая болезнь у человека, а перерождается он. И ему надо покориться, сделать то, что велят голоса, поверить в свои галлюцинации. И чем сильнее будет шаман, тем более он нормальный человек вначале, не верит своей болезни, сопротивляется ей, как всякий обычный человек.

— Не верю...

— Не веришь — не верь... У великого шамана за каждую кость его тела в качестве выкупа должны умереть по одному человеку из его кровных родственников. За восемь трубчатых костей — восемь человек, за череп — один. Таким образом, за девять главных костей умирают девять человек. У нас и поговорка такая есть — «ес хосооно»: «сильный шаман не рождается без выкупа». С таким шаманом нельзя ссориться, не полагается противоречить ему: все, что ни попросит, нужно давать, а также исполнять все его поручения. В противном случае он может причинить любое несчастье.

— А без страданий нельзя?

— Нельзя. Страх, он тоже смысл имеет. И за человеком, который его переживает, нельзя подглядывать. Он переживает...

— Припадок?

— Это по-твоему. Вам так, в Москве, понятней. А наши старики говорили, что шамана «рубят». Когда у будущего шамана начинаются... ну не знаю, какое слово подобрать...

— Ломки?..

— Ломки? Чудное слово. ...Он уходит от людей в лес. Сдирает с березы кору, находит поляну, укромное место, стелет там свою бересту — вроде как священное место — и ложится. Ни один зверь на ту бересту не ступит и к шаману не подойдет... Если только кто из людей. Но свои, якуты, никогда не подойдут, чтоб не сглазили... Однако оставлять совсем без присмотра тоже нельзя. Будущий шаман, когда у него начинаются...

— ...ломки...

— ...берет из своих родных одного человека — либо юношу, либо девушку. Обязательно девственника. Они ухаживают за ним во время болезни. То, что они потом рассказывают, это страшно. Собственно, с их рассказов и известно, что происходит с шаманом.

Четверо или пятеро суток он лежит без чувств. Его постоянно рвет, или что-то похожее происходит... Течет белая пена изо рта. Но самое страшное — это когда из суставов начинает сочиться кровь, прямо через кожу... Все тело покрывается синими кровоподтеками. Кажется, что человек умер...

— Можно ли это сравнить со стигматами, когда у католических святых начинает течь кровь с ладоней, со лба?

— Не думаю. Не знаю. Это что-то другое. Кровь течет изо всех суставов. Самое интересное, что при этом будущий шаман находится в полном сознании, страдает, мучается, но видит совсем не то, что видят окружающие. Он не видит людей. Перед ним ходят Великие звери, полулюди, получудовища. И мир перед ним совсем другой. Он не видит ни домов, ничего, что создано другими людьми. Чаще всего это происходит под землей и на небесах.

— Вроде Алисы в стране чудес?..

— Чего?

— Это я так... ассоциация возникла...

— Не сбивай... Под землей есть свои дороги, много дорог, по которым должен пройти будущий шаман, и на каждом перекрестке с него срезают по куску мяса, делают это духи болезней, которые там обитают...

— А что, кроме болезней, там никто не живет?

— Видишь ли, духи возникают тогда, когда на земле происходит что-то необъяснимое. С точки зрения первобытных якутов устройство мира очень просто. Человек бегает, улыбается, а заболевает... непонятно почему... Вот тогда и рождается представление о духах. И все они связаны в первую очередь с болезнями.

— Значит, когда у шамана через кожу проступает кровь — это сила внушения?

— Это для тебя сила внушения, а для нас... для нас... он в реальном мире, только выше или ниже нашего. И того злого духа, что его мясо съел, он и победит.

— А если шаман куда-то не туда попал?

— Если шаман куда-то не попал, то он того духа никогда не победит... И болезнь, которую тот насылает, никогда не излечит. Впрочем, тот мир... тот мир не всегда равнина с дорогами, иногда это огромное дерево. Великое дерево, по которому ползет шаман. От корней к верхушке... И на каждой ветке с него также срезает по куску мяса... тот дух, который насылает болезнь. Вот так...

— Будущего шамана кто-нибудь предупреждает о том, что его ждет? Дает советы?

— Бывает, что старые опытные шаманы находят себе учеников. Однако это не обучение в обычном смысле. Никто ничему не учит. Молодого шамана только знакомят...

— ...церемония представления?

— Ну да... знакомят с его духами, которым служили его предки.

— А когда шаман камлает, что происходит?

— Ну, это очень сложно. Кажется, что шаман пляшет. На самом деле шаман путешествует. Он снова там, где его тело рассекали на части... Вместе со старым шаманом может камлать и молодой шаман... Вдвоем... Могут быть в одних и тех же местах... Тогда старый шаман знакомит молодого с тем, кому он служит. Дух его. Мать-зверь.

— Мать-зверь?

— По рассказам, у каждого шамана бывает так называемый мать-зверь (иньэ-кыыла), который имеет будто бы вид большой птицы с клювом, напоминающим железную ледоколку, с крючковатыми цепкими когтями и с хвостом длиной в три маховых сажени.

Мать-зверь приходит при рождении и воспитании души шамана, последний раз показывается только при смерти. Если мать-зверь вернулся и показался шаману, значит, тот умрет. Все шаманские мать-звери, говорят, схожи как по наружной окраске, так и по другим признакам.

— Простите, вы говорите мать-зверь в мужском роде... Он что... какого пола?

— Он мать, и он же зверь.

— Двуполый?

— Как же, однополый... Или я... Не сбивай... Мать-зверь сходит в нижнюю страну с душой (старики ее называли кутун-сюрюн), которая станет шаманом, воспитывает ее там на ветвях елового дерева. Душа большого шамана воспитывается на девятом ряду ветвей, считая снизу.

— А когда умирает шаман, что с ним происходит?

— Если шаман был знаменитый, его хоронят не в земле, а кладут на открытом воздухе в особое сооружение — называется арангас. Потом, когда арангас сгнивает и валится от времени, кости шамана в течение веков «поднимают» последовательно три раза. Собираются вместе либо три, либо шесть, либо девять шаманов. Выдалбливают новый арангас, камлают и поднимают его опять на ветви. Если кости «поднимут», обязательно должен умереть один из родственников шамана.

— А что значит «поднять» кости?

— Я уже такого обряда, чтобы девять шаманов было, не видел. Давно это было. На речке Хаастаах есть могила древнего шамана по имени Тимир-Чарапчылаах (в переводе «имеющий железный козырек над глазами»). Труп его положили в колоду, выдолбленную из лиственничного бревна. Колоду привязали на развилине ветвей большой лиственницы.

Рассказывают, что кости этого шамана в старину поднимали два раза, так как колода и дерево сгнивали и кости сваливались на землю. Когда колода свалилась, то вызывают шамана из его кровных родственников. Тот должен принести в жертву три штуки скотины определенной масти и устроить «ысыах», поднять останки шамана и переложить на другое дерево. Видевший это человек мне рассказывал (это было давно, еще в 20-х годах), как случайно повстречался по дороге с людьми, шедшими поднимать кости шамана. Они гнали одного бычка. Три травы он успел только съесть. Значит, три года ему было. Были приглашены три шамана... А один не пришел. Народ собрался вокруг места, где кости лежали... Быка закололи. Все, кто собрался, получили по куску. А если быка нет, тогда надо заколоть жеребца, но обязательно черного, с белой мордой и белыми ногами у копыт. В тот раз кости не подняли, потому что два шамана только были. А когда гроб на деревьях третий раз сгнивает и кости падают, тогда только кости шамана можно в землю хоронить. Но сейчас уже так никто не делает. Все разорили...

Дмитрий МИНЧЕНОК