ВОЛШЕБНЫЕ ЯБЛОКИ ПОЛНОЛУНИЯ

Осетинский балет «Золото нартов» обещает стать очередной сенсацией в Москве

ВОЛШЕБНЫЕ ЯБЛОКИ ПОЛНОЛУНИЯ

Любопытство гениально: оно хочет докопаться и дойти до самых краев Земли.

Осетинская художница и постановщик Виола Ходова овладела искусством вспоминать не свое прошлое, а прошлое своего народа — вспоминать просто и доходчиво. «Золото нартов» — это эпос, написанный не на столе, а в памяти древнего народа.

Сперва, когда ты мал, ты помнишь только свой вчерашний день, когда подрастаешь, ты начинаешь видеть сны, которые видели твои дедушки и бабушки. Потом ты начинаешь сам сочинять мифы. Сочинять миф легче всего в театре. Там есть занавес и вера зрителей в то, что стул — это на самом деле конь, а живой конь — это уже неправильно. Из этой философии и вырос осетинский театр «Арвайден».

Теперь его последний спектакль «Золото нартов» покажут в Москве. Сказка превратилась в балет.

Мир эпических героев — прекрасных нартов — это жизнь в саду. Только это сад не детский. Но уже и не райский. Нартский сад — это все еще идеальный мир, в котором Бог еще есть, но он уже невидим. Ему неловко за свои творения. Ибо они не совершенны. Сердце сада — золотая яблоня нартов. Ее корни — глубоко в подземелье, а крона упирается в свод небес. Это дерево в прямом смысле опора нартского мироздания.

Сами нарты — по крайней мере то, как они записаны в народной памяти, — это дети солнца и любимцы богов, проводящие жизнь в игрищах и молитвенных пиршествах. Их представление о жизни — это танец симд, который молодые мужчины танцуют, стоя на плечах своих более сильных товарищей. Два ряда мужчин. Эффектнее этого танца трудно что-либо сыскать в осетинской культуре. Даже знатоки эфемерного французы не гнушались восхищаться симдом. В «Золоте нартов» этот яростный танец воссоздал один из лучших осетинских танцоров и хореографов Эльбрус Кубалов.

Как писал знаток осетинского эпоса парижанин Ж. Дюмезиль: «Симд сотрясает землю и горы и вызывает изумление богов». Теперь в роли богов выступят зрители Большого театра.

В этом спектакле все на котурнах, потому что так естественнее ощущение сказочного. В сказке все основано на преувеличении — иначе нельзя поверить в то, что человек может летать или спускаться под землю и возвращаться обратно. Герои эпоса спускаются под землю так же, как каждый день туда спускаются уставшие москвичи, едущие с работы и на работу. От древних нас отличает то, что мы не помним то, что с нами было вчера. Зато гораздо лучше помним то, что было тысячу лет назад. Это особенность нашей памяти.

Нартские близнецы Ахсар и Ахсартаг охраняют золотую яблоню. Близнецы, стерегущие волшебные плоды, счастливы, потому что они еще не знают женщины. Они особенные близнецы, потому что могут общаться с живыми и видеть мертвых. Однако их слабость в том, что они могут умереть за идею. Но идея всегда женственна. Следовательно, они могут умереть из-за женщины. А это уже и есть миф.

Жизнь нартов зависит от одного дерева, а жизнь самого Дерева — от великой Дзерассы. Дзерасса — мать-прародительница, древняя богиня, которую аланы изображали с головой женщины и хвостом гигантской рыбы. К дереву нартов она прилетала в виде птицы.

Смерть Дзерассы чревата гибелью всего нартского мира. Любовь одного из братьев-близнецов — Ахсартага и Дзерассы — губительна, так как влечет за собой гибель обоих братьев.

Эпос «Арвайдена» изображает победу слабых над сильными. Неисчерпаемость усилий людей, идущих на помощь любимым. Эпос рассказывает о том, как раскалывается и вновь строится семья, как рассыпаются государства.

Миф был основой античной трагедии. У осетинского театра «Арвайден» миф — это не только сильные герои и красивые женщины, это еще и тысячи вольт роскоши искусственного света, и костюмы, столь же самодостаточные, как и сами герои, именно поэтому нельзя сказать, кто важнее — костюм или герой, который его носит.

Это спектакль архитектурных решений.

И воспринимать его надо как миф, изложенный современным урбанистическим языком.

Дмитрий МИНЧЕНОК