Или Философский булыжник — оружие политкорректности
БОЛЬШАЯ ДУБИНА ДОБРА,
...Я в отличие от культурных людей не читал ни одной книги о Гарри Поттере, и пока не собираюсь. И Толкиена, что самое ужасное, я тоже не читал. По простой причине: мне кажется, что детские книги нужно читать в детстве. И сдается мне, что есть что-то нездоровое в том, как взрослые люди, потрясая позолоченными томами, всерьез размышляют о тенденциях в литературе, основываясь на обычных, в общем-то, фантастических и развлекательных массовых буках... А вот на фильм о Гарри Поттере я все-таки сходил.
У Пелевина в «ОМОН Ра» описаны квазиабсурдные учебные заведения — пулеметное училище имени А. Матросова, где курсантов учат закрывать грудью пулеметную амбразуру, летное училище имени Маресьева, где курсантам на первом курсе ампутируют ноги... Школа магов и волшебников, куда попадает Поттер, местами напоминает пелевинский абсурд. Будущих волшебников, надо признаться, тоже готовят в весьма иезуитских условиях: попасть в лапы трехголовой дикой собачки или получить смертельную травму во время игры в волшебный футбол — легче легкого, и это считается нормальным. Тем не менее, за редким исключением, никаких страхов юные волшебники и не испытывают — а если и испытывают, то правильный такой, американский страх.
Порядки в волшебной школе, впрочем, до ужаса напоминают наши, земные, но это даже до известной степени прикольно... В фильме нет только одной простой вещи — самого волшебства. Трюки, полеты и превращения есть, но нет в них волшебного духа. Тайны в них нет. И я даже подозреваю, почему. Представьте себе, что в истории про Карлсона в первой трети книги подробно бы объяснялось, как он учился летать, как падал и вновь подымался... — и вы все поймете. Забавный такой прагматизм и технократизм окончательно убил детские книги и фильмы — теперь любое волшебство тщательно разбирается и объясняется. Тайн в сказке не должно остаться. Но суть даже не в этом.
Самое страшное, что детский фильм, как близнец, напоминает взрослый. Судите сами: трое главных героев — плейбой (Поттер), его друг-недотепа и девушка. Враг главного героя — умный и хитрый, но все равно кишка у него окажется тонка, как только дойдет до серьезного дела... Один Плохой дядя, который когда-то замочил родителей Поттера, а теперь подбирается к самому малышу. Один Хороший дядя, который плейбоя защищает. И, наконец, один мэн с бородой, который очень крут, но появляется в самые ответственные моменты... Вам это ничего не напоминает? Классическая такая распасовка на манер среднего боевика. Далее — дети... Да, чуть не забыл. Вы когда-нибудь слышали про чернокожих магов? Зря. Они, как выясняется, вполне комфортно существуют в европейской сказочной традиции. Кудрявенькие такие, большеглазые. Тянутся к знаниям, как все нормальные маги... В волшебную школу, надо сказать, они втиснуты все-таки с некоторым скрипом — видно, что для автора сценария это было непростым делом. Каждое их появление на экране вызывает тихий восторг. И хотя в кадре на пятерых «белых» приходится минимум один черненький маг, принципы политкорректности соблюдены все-таки не полностью, и я бы на месте Киноакадемии крепко призадумался над этим фактом: друг главного героя — не негритенок! Но это, я думаю, не смертельно — книг для экранизации еще навалом...
В остальном — все как всегда. Друзья дружат. Девочки аккуратные, мальчики — оболтусы. Старшие товарищи учат младших. Не фильм, а методичка для учителя средних классов. Вот и первое задание — волшебный матч. По сути говоря, играют будущие маги в обычный американский футбол — только в воздухе, — и игра эта проходит в том же классическом всепобеждающем духе, известном нам по взрослым фильмам. Ах, этот напор. О, этот спортивный дух. Спортивные метлы гремят, очки щелкают, болельщики орут, размахивают флажками и шарфиками. Все как у людей... Только вместо Буша на стульчике — главный маг. Побеждают наши.
Официальный Запад, кажется, разучился снимать любое кино, кроме одного: своего. Эта голливудская зараза поглотила и детское кино. Дети, которые смотрят эти фильмы, превращаются в маленьких клерков. Маленькие клерки превращаются в больших. Кто не хочет превращаться, тот жаба. Школьная одинаковость, которая вызывала у родителей нынешних потребителей Поттера праведный гнев и высмеивалась в известном фильме «Пинк Флойд», ныне подается, как единственная и необходимая колыбель для воспитания добродетели.
Волшебная жизнь, которая в фильме протекает параллельно нашей, неимоверна скучна. Добрым волшебником после этого фильма стать вряд ли захочется. Скорее злым — чтобы все эти политкорректные рожи-то чуть поперекашивало. Для чистоты жанра. Ибо добро в фильме настолько прямолинейно и наступательно, что хочется стать злым мальчиком и делать пакости хотя бы из противоречия. Скучно жить в вашем волшебном мире, господа.
Добро должно быть правдивым — с известной долей горечи, сомнений, обиды — и советский детский кинематограф это хорошо понимал, несмотря ни на что. Желание творить добро возникает только тогда, когда ребенок в кино и книгах видит и переживает вместе с героями явные несправедливость, подлость, обман — тогда у него подсознательно возникнет желание эту несправедливость исправить. Если же добро плотно утрамбовано большим кулаком, его даже лень жевать. Застревает в горле. В западном кино это добро настолько лениво и безжизненно, что его энергетическая сила сродни гамбургеру. Кстати, представление о добре в фильме про волшебного мальчика еще и удивительным образом соответствует штатовским принципам «крупнокалиберного добра», которое в последние годы все в больших и больших количествах разносят в разные стороны Земли большие стальные серые птицы...
И после всего этого вы хотите, чтобы я читал «Гарри Поттера»? Не дождетесь.
Андрей АРХАНГЕЛЬСКИЙ