Коротко

Новости

Подробно

РЕСТОРАН WTO

Журнал "Огонёк" от , стр. 6

Из обширного меню Россия выбирает квасной патриотизм и кислую мину


РЕСТОРАН WTO

Наш политический бомонд нашел для себя новую развлекуху — денно и нощно обсуждать, надо ли России вступать во Всемирную торговую организацию, коротко именуемую ВТО. При всех безумных дипломатических и процедурных наворотах сама идея ВТО до безобразия проста: поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой. Не нравится, что твои товары и услуги не пускают на чьи-то рынки? Не мешай никому входить на твой. За голову хватаешься от пошлин соседа? Снизь свои пошлины, и он снизит свои. В этом «кодексе чести» есть один очень смешной пункт: не дотировать своего сельхозпроизводителя, не ставить его в несправедливо лучшие условия, чем конкурента. На самом деле дотируют своих все. Как раз, кроме нас, — нам пока нечем. Поэтому мы сейчас выбиваем себе право на эти дотации как бы впрок: а вдруг завтра деньги появятся?

Организация старенькая — ей больше полувека. Те, кто постарше, могут помнить ее под названием «Генеральное соглашение о тарифах и торговле». Тридцать лет из этих пятидесяти с хвостом наша страна раздумывает: вступить или не вступить? Так что нынешний приступ раздумий — обострение весьма хронической беременности.

Советский Союз вступать в ВТО как будто бы не боялся. Ибо мнил себя сверхдержавой с мощнейшей экономикой и мечтал об экспансии на мировых рынках. Сам же СССР при госмонополии на внешнюю торговлю мог снижать все ввозные пошлины хоть до абсолютного нуля. Все равно без команды с самого высокого верха ни одна собака не могла ввезти в страну ни винтика, ни гайки, ни тюбика зубной пасты.

Вопрос поднимался в ЦК, в Совмине, в Госплане и на политбюро. Однако «что-то не сложилось так, как задумал Штирлиц» — обсуждали, обсасывали, но так и не вступили.


ОСАДНЫЙ СИНДРОМ

Привыкшие за последние годы к обилию импортных товаров и свободным (по советским меркам) поездкам за границу россияне вряд ли подозревают, что живут в осажденной крепости. Между тем это сущая правда.

Подсчитано, что по ввозным пошлинам и еще по ряду условий на российский рынок в три-четыре раза сложнее попасть, чем на любой рынок в мире. На многие товары Россия вообще держит заградительные пошлины — то есть рассчитанные не на то, чтобы их платили, а на то, чтобы было самоубийственно невыгодно ввозить в Россию этот товар. Проще говоря, чтобы к нам его не везли. И это при том, что в мировой торговле такие ставки пошлин давно уже считаются моветоном и их мало кто практикует.

В основном россиян от товарного голода спасает так называемая серая растаможка. Это когда товар, обложенный заградительной ставкой, декларируют на таможне как совсем другой. Телевизоры — как детали к ним. Ботинки — как лапшу. Ну, и так далее. В этом году наши доблестные таможенники решили дать бой «серому импорту» и заставить всех в буквальном смысле назвать вещи своими именами. В итоге огромные партии грузов намертво встали на границе. Вы наверняка заметили, что с начала нынешнего года везде стало заметно меньше импортных товаров — сложной бытовой техники, одежды, обуви, еды. Вот так и выяснилось, что заградительные пошлины в России есть на немереное количество товаров. А ведь власти клялись, что у нас заградиловки нет и ставки ввозных пошлин близки к средним европейским. Свистели, однако...

Еще один фактор, ограничивающий вход на российский рынок, — искусственно заниженный курс рубля. О том свидетельствуют многие данные. Например, такой неофициальный, но очень красноречивый показатель, как индекс «Биг Мака», — его долларовая цена в разных странах. У нас она ирреально низка. Сейчас все чаще говорят, что осенью 98-го рубль был обвален совершенно преднамеренно. Авторы обвала (которые по понятным причинам вряд ли станут скоро известны) преследовали как минимум три цели. Первая — создать искусственные преимущества экспортерам. Вторая — психологически связать падение рубля с уходящим правительством Кириенко, навсегда дискредитировать правую идею в России. Третья цель имеет прямое отношение к нашему разговору: по всем канонам экономической науки, вдвое заниженный курс национальной валюты равносилен введению двойных пошлин на все, что ввозится в страну.

Но и всего этого «защитникам отечественного производителя» кажется мало. Для очень многих товаров и услуг вход на российский рынок не ограничен какими-то там пошлинами, а просто запрещен! Кто не верит — попробуйте легально открыть счет в иностранном банке. Заранее сочувствую...

Справедливости ради надо сказать, что внешний мир любит нас не менее нежно, чем мы его. Совершенно жуткие ограничения на ввоз российских товаров есть очень во многих странах. Если это высокие пошлины — мы пытаемся соблазнить их импортера низкой ценой своего товара. Проще говоря, демпингуем. Тогда против нас вводят антидемпинговые меры — то есть те же прямые запреты на ввоз вместо пошлин.

Вот так и живем...

Пока что по старой привычке против нас «не принимают мер» страны Балтии и Восточной Европы. Это здорово нас выручает, потому как опять же в силу старых привычек они много чего у нас покупают (как и мы у них). Но когда бывшие сокамерники по соцлагерю вступят в ЕС и будут следовать правилам Евросоюза, для нас закроются последние рынки. Если к этому моменту мы ни с кем не договоримся, обещает быть весело...


НАЦИОНАЛЬНОЕ СОГЛАЗИЕ

Если вы где-то прочитали, что Россия ведет переговоры с ВТО и собирается вступить в уважаемую организацию в таком-то году, не верьте глазам своим. Да, переговоры идут. Но наши западные контрагенты признаются: столь кошмарного диалога они еще не вели ни с одной страной. Российские политические и бизнес-элиты так и не пришли к сколь-нибудь целостной позиции, которую можно было бы назвать «позиция России». Поэтому можно без особой натяжки сказать: переговоры на сегодняшний день ведет не Россия. Их ведут чиновники Министерства экономического развития и торговли. А бомонд родной страны кричит им в спину: «Предатели!!!» Обвинения летят отовсюду: из Думы, из корпораций, из пяти враждующих друг с другом ассоциаций промышленников и предпринимателей (кто думает, что у нас один союз Вольского, — наивный человек). Это вовсе не благостные «рабочие и тактические разногласия», какими их часто хотят представить в СМИ, это именно обвинения в предательстве национальных интересов.

В чем же состоит предательство ведомства Грефа? Не защищает отечественного производителя.

Аналитики министерства (часть из которых очень давно работают в правительстве и отслеживают ситуацию аж с начала гайдаровских реформ) условно разделили российский бизнес на четыре сектора. В первом секторе те отрасли, на которых снижение ввозных пошлин никак не скажется, — снижай хоть до нуля. Во втором — те, для которых лишь обострится конкуренция на внутреннем рынке, но больно им не будет. В третьем — те, кто может изрядно пострадать, но жить останется. В четвертом — те, кого открытость рынка может погубить.

«Страдальцы» тоже поделены. Если какая-то отрасль гонит сплошной брак и в ней очень маленькая занятость — пусть себе падает, люди найдут другую работу. Но есть те, кого всерьез жаль, например наше авиастроение. Потенциально оно весьма и весьма конкурентоспособно, просто сейчас попало в неблагоприятный расклад. Позиция ведомства Грефа предельно ясна: защищать не тех, кто громче всего кричит «Защитите!», а тех, кто реально в том нуждается. О защите «избранных» с нашими партнерами по переговорам вполне можно договориться — все мы люди, все мы человеки. А вот о тотальной защите нашего рынка при полной открытости для нас мировых рынков просить глупо — на такую невзаимность никто в здравом уме не пойдет.

Но есть российские бизнесмены и политики, которые предлагают вести переговоры именно так: выпросить себе право, даже вступив в ВТО, остаться осажденной крепостью. Все, кто против такого подхода, и объявлены предателями.

Я держу в руках «Особое мнение члена комиссии правительства Российской Федерации по вопросам Всемирной торговой организации». Члена комиссии зовут Сергей Юрьевич Глазьев. Он доктор экономических наук, профессор, депутат Думы от КПРФ, председатель думского комитета по экономической политике.

Каждая строчка документа дышит протекционизмом. Оказывается, даже при нынешних драконовских пошлинах наши производители недостаточно защищены! Список «бедных и несчастных» тянет на талмуд — машиностроители, производители лекарств и субстанций для лекарств, сантехники и керамики, сложной бытовой техники, аудио- и видеотехники, изготовители химических товаров и сборщики компьютеров. В числе прочих почему-то производство стройматериалов, кожаных и меховых изделий и деревообработка. Они сроду базируются на родном дешевом сырье и посему вряд ли беззащитны. Но до кучи включены.

Итого: пошлины не снижать и обязательств по их снижению на себя не брать. На рынки строительных и инженерных услуг, туристических услуг, развлечений, телекоммуникаций, автоперевозок, рекламы, оборота недвижимости, научно-технического консалтинга и на многие другие никого не пускать и обязательств по открытию этих рынков не давать. Даже «на после 2010 года». Больше того, оставить за собой право в любой момент закрывать любые рынки «по соображениям национальной безопасности».

Иностранным финансовым институтам вообще нечего у нас делать. «Следует сохранить жесткие ограничения на долю иностранного капитала в банках и страховых компаниях», — пишет профессор. Видите ли, у наших банков низкая капитализация (так меньше бы клиентов кидали! — Б.Г.), и западные банки, дай им волю, наших съедят. Вот в Восточной Европе иностранные банки пустили на рынок — и им уже принадлежит 70 — 80% банковского капитала. Они контролируют там наиболее эффективные сферы экономики. Потеря независимости, панимаишь...

Профессор предупреждает: перед нами стоят важнейшие задачи — восстановление единого экономического пространства на территории СНГ и становление союзного государства с Белоруссией. Наше поспешное и непродуманное вступление в ВТО может поставить под угрозу выполнение этих важнейших задач.

Мне это очень напоминает анекдот про актера, которого приглашают сниматься за миллионный гонорар в Голливуде, а он в слезах отказывается: «Не могу, Новый год, у меня в детсадах елки!»


ПОГОВОРИМ О СТРАННОСТЯХ ЛЮБВИ

Я остановился на «особом мнении» Сергея Глазьева не потому, что все кругом белые и пушистые, а Сергей Юрьевич — Баба-яга против. Просто в его выкладках как в капле воды — умонастроения весьма немаленькой части наших элит и всего общества. А это уже серьезно.

Передо мной еще одна аналитическая записка, подготовленная в недрах одного из наших сырьевых гигантов. Авторы записки предупреждают: если снизятся пошлины и в страну хлынут товары — в нее никогда не придут инвестиции. Зачем что-то производить в стране, где уже все есть?

Хлестко? На самом деле блеф. Чехия получила за прошлый год примерно столько же инвестиций, сколько Россия. То есть на душу населения раз в десять больше. При этом Чехия ни для кого не закрывала свой рынок и товарный голод для привлечения инвестиций, ясное дело, не создавала. Но нас пугают: вступим в ВТО — перестанем быть производителем. А это, конечно же, катастрофа. Прямо-таки самоубийство.

Не дай бог публично заикнуться, что на свете есть почти ничего не производящий Кипр, прекрасно живущий туризмом. Не дай бог добавить, что не отказался бы пожить, как киприот. Затопчут, размажут по стенке. Не у одного, не у двух — у подавляющего большинства наших политиков, правых и левых, стойкое убеждение, что Россия должна непременно быть производителем. Я спрашивал у психологов, откуда это убеждение? Мне сказали: нормальный подростковый комплекс. Замечали, что у всех российских блатных шансонье утрированно «мужицкие» голоса? Страна комплексует. Все мучительно хотят быть то ли страшно взрослыми, то ли страшными и взрослыми. Быть производителем — это вроде как быть взрослым. Так подросток спорит с одноклассником, что уже в состоянии трахнуть училку (то есть быть производителем, если разобраться). В понимании комплексующего политика, не производить — это вроде как не повзрослеть.

Но ведь подобные убеждения и есть детство золотое! Если нам на роду написано жить туризмом, сферой услуг и рентой за транспортные коридоры — страна все равно к этому придет. Если нам на роду не написано делать автомобили — мы все равно рано или поздно перестанем делать эти чудовища. Вопрос лишь в том, сколько людей будет доведено до ручки и судеб сломано за то время, пока мы будем сопротивляться своей исторической судьбе. Хотелось бы, чтобы поменьше.

Но даже если на минутку встать на сторону отважных защитников отечественного производства, будет нетрудно заметить, что защищают они его весьма своеобразно.

Возьмем, к примеру, заниженный курс рубля. Принято считать, что это манна небесная для нашей индустрии. Но один из наших опытнейших финансистов бывший зампред Центробанка Александр Хандруев на днях высказался предельно жестко: заниженный курс — это гибель производителя. Слабый рубль мешает закупкам за рубежом высокотехнологичного оборудования, рублевая цена которого становится непомерной (при том что и высокие пошлины на ввоз оборудования никто не отменял!). А ждать инвестиций, когда в страну несчастный станок не ввезешь, — занятие пустое.

А сопротивление патриотов приходу западных финансовых институтов в Россию — так ли уж оно прагматично? Что, Восточная Европа уже загнулась оттого что в нее пришли доступные кредитные ресурсы? Хотел бы я, чтоб мы так загибались. Как наши левые собираются без участия иностранных банков спасать любимый авиапром? Самолет ведь можно продать только в очень длинную рассрочку. А для этого под боком должен быть банк с хорошей капитализацией — то есть западный банк. Который в Россию не пускают.

Значит, на самом деле защищают отнюдь не производителя. Тогда кого же?


БРАТСКАЯ ПАРТИЯ

Не знаю, замечал ли кто странную закономерность: если в российском обществе проделать экскурсию от верхних слоев к нижним, патриотизм резко убывает. Пришел в элитарный пресс-клуб — слышишь мудрые речи, что банки и страховые компании — кровеносная система страны, а она должна быть только национальной. Спустился в метро — а там народ вздыхает: «О, господи! Хоть бы кто-нибудь нас завоевал, что ли!»

Все ведь очень просто. Это нам с вами, простым смертным, ни денежки сберечь, ни кредит взять. Но покажите мне хоть одного губернатора, которому бы отказали в кредите! Или конкретного пацана, которому откажут в офшорной банковской операции. Будет очень забавно, если вы таковых обнаружите.

А теперь представьте, что к нам пришли иностранные банки. Они ведь начнут давать ссуды и кредиты не «своим людям», а всем, кто впишется в условия выдачи кредита. Каждая собака будет брать кредит и вести бизнес, не входя ни в какие тусовки и кланы. Это совершенно лишняя головная боль для наших бизнес-элит, расцветавших в неконкурентной среде. НИИ Центробанка России, на мнение которого ссылается Сергей Глазьев, определяет это весьма изящно: «Иностранные банки, занимающиеся кредитованием национальных субъектов, имеют специфические, чаще всего не совпадающие с национальными интересами, стратегические приоритеты». Проще говоря, пришельцы будут кредитовать ипотеку, ресторанчики и мотели, а не заниматься офшорными делами пацанов. При этом наши банки, занятые (во всех смыслах) пацанами, наверняка рухнут.

Стало быть, если придут варяги, у общества и у реальной экономики «кровеносная система» как раз появится! Финансовое кровообращение расстроится у конкретных ребят.

Не здесь ли подлинная причина трогательной заботы левых о сохранении национальной банковской системы? Не здесь ли корни многих других патриотических забот?

Вот любимейший аргумент патриотов против нашего вступления в ВТО: снижение таможенных пошлин ударит по доходной части бюджета. Но ведь известно, что сейчас таможне по полной никто не платит. Если снизить пошлины до приемлемого размера, выплаты в бюджет за счет увеличения товарооборота могут вырасти в разы. К тому же отпадет нужда в «серой» растаможке и этот сектор экономики декриминализуется.

Стоп. Что значит «декриминализуется»? Это значит — конкретные ребята, которые сейчас хорошо сидят на растаможке, сядут уже не так хорошо. К чему тогда эта детсадовская вэтэошная ясность с пошлинами?

В России сформировалась генерация политиков и бизнесменов, для которых, если воспользоваться оруэлловскими конструкциями, «бардак — это порядок». Они чувствуют себя уютно только в родном болоте телефонного права, преференций, разрешений, «серых» растаможек и зарплатных схем, лицензий, квот и регистраций. Их совершенно не радует перспектива открытой конкуренции с западным капиталом; причем не в родной стихии «запутанности жизни», а по нормальным банковским, таможенным и прочим законам. Ведь одно из условий вступления страны в ВТО — приведение в порядок законодательной базы.

Похоже, что интересы этих ребят и лоббируют левые под видом национальных интересов. В детстве я часто слышал выражение «братская коммунистическая партия», но не понимал, что это такое.

Теперь понимаю.

Борис ГОРДОН

На фотографиях:

  • ДВА ГОДА НАЗАД «СТАРУШКА» ВТО НАЧАЛА СТРЕМИТЕЛЬНО ОБНОВЛЯТЬСЯ. ПЕРВЫМ ДЕЛОМ, КАК И ПОЛОЖЕНО, ПОМЕНЯЛАСЬ ВЫВЕСКА. ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ ВСЕМИРНОЙ ТОРГОВОЙ ОРГАНИЗАЦИИ РЕНАТО РУДЖЕРО ПРЕДСТАВЛЯЕТ НОВУЮ ЭМБЛЕМУ ВТО
  • ВСТУПЛЕНИЕ РОССИИ ВО ВСЕМИРНУЮ ТОРГОВУЮ ОРГАНИЗАЦИЮ ОТВЕЧАЕТ КАК ИНТЕРЕСАМ РОССИИ, ТАК И ЕЕ ПАРТНЕРОВ. ТАКОЕ МНЕНИЕ ВЫСКАЗАЛ ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ ВО ВРЕМЯ НЕДАВНИХ ПЕРЕГОВОРОВ С ГЕНЕРАЛЬНЫМ ДИРЕКТОРОМ ВТО МАЙКЛОМ МОРОМ (ВТОРОЙ СЛЕВА)
  • ДЛЯ МНОГИХ МОСКВИЧЕЙ ВТО — ЭТО ТЕПЛЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ О ЩЕДРЫХ ЗАСТОЛЬЯХ В РЕСТОРАНЕ ВСЕСОЮЗНОГО ТЕАТРАЛЬНОГО ОБЩЕСТВА
  • В материале использованы фотографии: Михаила СОЛОВЬЯНОВА, Итар-ТАСС
Комментарии
Профиль пользователя