Коротко


Подробно

Б. Г. О «Г. Б.»

«Аквариум» записал новый альбом — «Гиперборея». «Г. Б.», как его уже успели окрестить. По европейской мифологии, Гиперборея — страна по ту сторону северного ветра. Вроде бы туда отправляются мертвые — во всяком случае, там находится «замок колеса» или замок на стеклянном холме, принадлежавший Арианрод, давней знакомой «Аквариума» («никто не выйдет из дома / той, что приносит дождь»). «Огонек» прослушал новый альбом вместе с Борисом Гребенщиковым. Первое впечатление — как будто не было в истории «Аквариума» последних его дисков — «Кострома Mon Amour», «Навигатор» и «Снежный Лев». «Гиперборея» — песни из далеких 70-х, времен «Треугольника» и «Любимых песнях Рамзеса IV».


Муки зву

ОбложкаАквариум

— Насколько естественно для тебя петь старые песни сейчас?
— Если взять гитару и сейчас запеть «Mr. Tambourine Man», то это не будет старая песня — я пою то, что чувствую сейчас.

Альбом идеально описывает первую половину 97-го года, то, что будет происходить сейчас. После нескольких прослушиваний мне кажется, что этот альбом передает какую-то большую сумму знания. Есть верхний слой, то, что люди слышат сразу, местами это слушается даже весело, и внутренний — сумма знаний, недоданных за 90-е годы.

— Почему же тогда они не исполнялись на концертах?
— Их бессмысленно исполнять на концертах. Невозможно представить себе «Аквариум», который выезжает в русскую глубинку и поет «Время любви пришло». Это будет неправда, люди в Ижевске думают не об этом. Поэтому естественный выход из положения в тот период, когда группа перестает концертировать, это сделать по-настоящему то, что хотелось сделать все время. Мы писали без всякой задачи, с желанием просто оттянуться на старых песнях, хотели сделать маленький, веселенький альбомчик, а все раздулось до безумия. Хотелось все больше и больше. Записываешь и понимаешь — нет, этого мало. Переписываешь еще — и этого мало.

— У тебя не было искушения пригласить на запись какого-то из старых музыкантов?
— Зачем?

— Возможно, из уважения к тому, что они когда-то эти песни играли, чего-то придумывали.
— Там, где есть музыка, отношения между людьми перестают существовать.

Я просто пытаюсь сказать одну вещь, которую уже 25 лет говорю. Существует «Аквариум», который не мы придумали. Критики этого в упор принять не хотят. Есть «Аквариум», который придумал не я. Кажется, что я стою у руля. Но море не мое и пароход не мой. И на «Гиперборее» этот «Аквариум» себя проявил в полный рост. Он как будто говорил нам: «Шутите, ребята? Ну-ну, шутите. Тогда вам придется делать это, это, это». Мы сопротивлялись, пытались записать этот альбом быстро, весело, а «Аквариум» гнул свое. Тяжелая, утомительная работа по 12 часов в сутки.

Мы записали еще несколько старых песен — «Менуэт Земледельцу», «Письма с Границ Между Светом и Тенью», «Тяжелый Танцор», «Географическое», но в альбом вошли только те песни, которые сами себя отобрали, и не наше дело объяснять это. Даже КГБ не мог бы этого требовать. Это равносильно допросу Леннона — почему «Strawberry Fields», а не Тверская улица? Немного глупо.

— Какие из вошедших в альбом песен исполнялись в 70-е годы?
— «Время любви пришло» репетировалось, но сыграно так и не было.

— Никогда?
— Но, может, один или два раза. «Всадник между небом и землей» никогда в жизни не игралась никем, никак, ни в каком составе. Эта песня была сыграна один раз Майку Науменко. Один Майк ее и слышал в 78-м году.

«Апокриф» игрался один раз самым первым составом «Аквариума» и еще один раз в Москве в акустическом составе в 76-м году.

— Было время, ты говорил, что песни, написанные до 76-го года, вряд ли когда-нибудь возродятся.
— Я не до конца оценил ситуацию. С удовольствием в этом признаюсь.

— «Ангел дождя» — единственная песня, как-то связанная с предыдущими альбомами. Случайно?
— Сознательно. Просто разные реинкарнации. Основной текст был написан Джорджем (Гуницким. — Прим. ред.) в 1973 г. Она называлась тогда «Я знаю места». В том, первоначальном виде, песня была записана всего один раз, но запись была потеряна. Концовка дописана лет восемь назад. Тем не менее это «Аквариум» именно 97-го года, а не 73-го. Хотя «Аквариум» — вне времени. И этот альбом показывает, что «Аквариум» — это то животное, которое все, и мы — в первую очередь, старались обойти стороной, а оно все равно существует. «Навигатор» — пример подобной попытки. Группа сделала не то, что на самом деле должна была сделать. Не поймите меня неправильно, я очень люблю «Навигатор», но он должен был быть сольным альбомом. Может быть, вообще вся русская тема должна была идти под знаком Б.Г.

— Выпуская новый альбом, ты повторяешь одну и ту же фразу: «Все, что было сделано до этого, — баловство. Теперь мы наконец-то сделали то, что хотели».
— Когда выходишь на новый качественный уровень, понимаешь, что раньше у тебя были связаны руки. Впрочем, про последние три альбома я не могу сказать, что руки были связаны, — жаловаться не на кого.

— На тех, кто встречал тебя на Невском с желтым томиком Дилана в середине семидесятых, ты производил впечатление марсианина. При этом ты слушал и пытался исполнять действительно музыку того времени.
— С моей точки зрения, ничего не изменилось. Просто у людей меняется представление о том, что является марсианским. Марсианским на сегодняшний день...

— Но «Ария Казанского зверя» похожа на песни Вертинского.
— На песни Вертинского — это сознательно. Мы придумали 5 или 6 вариантов, и это в работе над ней оказалось самое простое.

— А «Магистраль» выглядит современным вариантом «Треугольника».
— В этом альбоме тайных смыслов гораздо больше, чем музыки. Вся эта сюита — идеальная иллюстрация к вторжению хаоса в нашу жизнь, которое мы сейчас наблюдаем. Энциклопедия русской жизни. Все разговоры прекращаются, хочется помолчать. В упорядоченной стране люди могут бегать голыми по улице, целоваться с незнакомыми людьми, «ирокезы» себе строить, играть панк, а в неупорядоченной стране люди будут молчать. Когда вокруг хаос, люди очень задумчивы.

— Самый сильный альбом за последние пять лет — «Русский Альбом» — был написан в 91-м году, во время настоящего хаоса. Тебе же не хотелось молчать тогда?
— Сейчас хаоса гораздо больше. Сейчас разлагаются основы... Основы бытия здесь.

БГ

— Слушая этот альбом, часто возникает ощущение прямого цитирования из предыдущих альбомов нового «Аквариума». Многое — из «Рамзеса», что-то из «Костромы». Каждая пластинка «Аквариума» до 87-го года была откровением, да и «Русский Альбом» — резкий шаг в сторону. Нет ли желания сделать еще один радикальный шаг в сторону? Сейчас вы стоите на двух ногах: одна — в «русскости», другая — в психоделической музыке, так, как ее понимали в 67-м.
— Для меня одно от другого не отличается. Существует ограниченное количество размеров, ограниченное количество инструментов. Теперь нам остается либо радикально уйти от самой рок-н-ролльной формы, избавиться от песенной структуры, либо пытаться копать вглубь. Делать только новое? И что мы понимаем под «новым»? Можно, конечно, идя в ресторан, надеть юбку вместо штанов, повесить зонт на голову — будет ли это уместно? Для меня последний альбом — одна сплошная новизна. Ни одна из песен не делалась по шаблону.

— «Быстрый Светлый», замечательная финальная песня, снимает всю тяжесть альбома. По-твоему, всегда должен быть хеппи-энд?
— Вообще иногда приходит в голову, что каждый альбом «Аквариума» объясним только в контексте предыдущих альбомов — хотя «объясним» здесь опять-таки неверное слово, понимать тут нечего, но воспринимать — легче. Когда мы делаем альбом, он не воспринимается как легкий, тяжелый или... он встает так, как он встает — и это мне совершенно очевидно (и я рычу на всех за то, что они не видят этих совершенно очевидных вещей — мне-то они кажутся явными, как день). «Быстрый Светлый» встала на свое место по моим явным, но необъяснимым для других соображениям.

Она ждала своего часа десять лет. Ей не было места ни на одном предыдущем альбоме. «Равноденствие» был для нее слишком чопорным альбомом. В контексте всего альбома она стоит на своем месте и очень многое объясняет.

— А есть ли данные по тиражам альбомов «Аквариума»? Растут?
— От вранья наших звукозаписывающих компаний я устал. Но нанимать детективов? Этим альбомом, который выпускает наш друг, мы никак не связаны с шоу-бизнесом. Не нужно снимать клип, не нужно раскручивать. Пусть купят десять экземпляров — «Гиперборея» своим выходом уже выполнила свою функцию целиком.

Алексей ИПАТОВЦЕВ,
Владислав БАЧУРОВ

Фото М. Штейнбока

Журнал "Огонёк" от 25.05.1997, стр. 20
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

Социальные сети

обсуждение