«Осенний день. Сокольники» Исаак Левитан. 1879 г.
Золотая середина
Девятнадцатилетний художник пишет картину, которую тут же покупает лучший музей страны — Третьяковская галерея. Вслед за тем Левитан так зазнался, что не стал заканчивать Училище живописи, ваяния и зодчества. Впрочем, после столь успешного дебюта ему оставалось жить до обидного мало — 20 лет, и тратить годы на учебу, возможно, и не стоило. Пейзаж не совсем левитановский — с женской фигурой сильно помог Леонид Пастернак. Позже Левитан человека из своих картин вообще вычеркнет, оставит лишь намеки на людское присутствие — брошенные у причала лодки или сани у крыльца. Он ревниво не позволит тосковать на лоне природы никому, кроме себя. В Сокольниках не просто тоска — смятение чувств. Мечется темный лес, растопырив по небесам отдельные нескладные стволы, завалилась набок, словно раненая, дорога. Жалкие тонкие клены до костей раздеты ветром. И последние дни доживает старенькая скамейка. Адекватное состояние человека подразумевается. Вроде бы случайный жест героини — то ли придерживает рукой шляпку, то ли причитает — очень даже просчитан. После «Сокольников» русское искусство запало на аллеи на целое столетие. И литература, и кинематограф: от Ивана Бунина до Никиты Михалкова. Аллея стала роковым местом: тут объяснялись в любви и прощались навсегда. В этом смысле дорога и аллея — антиподы: первая обещает будущее, вторая не открывает никаких перспектив, наоборот — выталкивает человека в спину и крепко захлопывает за ним дверь.
Людмила ЛУНИНАСмотрите 14 декабря, в субботу, «История одного шедевра» (1 канал, ОРТ)