Дальневосточечные меры

Власти меняют концепцию развития Дальнего Востока: вместо фронтальной поддержки приоритет получат точечные проекты. Причина проста: на поддержку всего и вся больше нет денег.

У Хабаровска не много шансов стать не только местом дислокации Минвостокразвития, но и реальным центром принятия решений

Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ  /  купить фото

ЕВГЕНИЙ СИГАЛ

Отставка на фоне стихии

Последний день лета стал финальным и для Виктора Ишаева на постах главы Министерства по развитию Дальнего Востока и полномочного представителя президента в этом федеральном округе. Новым полпредом и одновременно вице-премьером назначен помощник президента и бывший глава Минприроды Юрий Трутнев. Об этом президент Владимир Путин объявил во Владивостоке во время чрезвычайного совещания по ликвидации наводнения. Как всегда, разбираться с его последствиями пришлось в ручном режиме. Однако отставка, по словам Путина, никак со стихией не связана.

Она, кстати, стала уже пятой за год и четыре месяца работы правительства Дмитрия Медведева. Напомним, что ранее правительство покинули глава Минрегиона Олег Говорун, министр обороны Анатолий Сердюков, министр экономики Андрей Белоусов и вице-премьер Владислав Сурков.

Отставка Ишаева, впрочем, была предсказуемой: претензии к нему копились давно. В ноябре 2012 года президент заявил, что Минвостокразвития пока не выполнило своего предназначения (напомним, оно было создано в мае 2012 года), и обвинил его главу в "провалах в работе" и "размывании ответственности". Как сказал "Деньгам" источник в администрации президента, полноценным министерством оно так и не стало: "Это failed department с плохо сформулированными функциями и без фактических полномочий". Он, впрочем, добавил, что решение об упразднении пока не принято: "Решение о назначении нового министра, переформатировании ведомства или его ликвидации будет приниматься после согласования новой стратегии развития".

Фронтальное отступление

Впрочем, не так уж важно, какая именно схема управления будет выбрана: с полпредом в статусе вице-премьера, как на Северном Кавказе, или сохранят Минвостокразвития в качестве промежуточного звена. Принципиально, что власти, похоже, решились на пересмотр всей концепции развития Сибири и Дальнего Востока, от фронтальной поддержки всего и вся к точечному финансированию отдельных проектов. Причем не от хорошей жизни.

Стратегию развития Дальнего Востока и байкальского региона до 2025 года правительство утвердило 29 марта текущего года. И почти сразу с ней начались проблемы. Уже 7 мая стратегия подверглась жесткой критике президента. Главная причина — отсутствие средств на реализацию. Вместо предусмотренного программой финансирования из федерального бюджета в размере 3,8 трлн руб. у Минфина есть пока только 240 млрд руб. "Спрашивается, зачем утверждали документ, если непонятно, как и за счет чего его исполнять",— удивился президент. И назвал его не более чем протоколом о намерениях.

Планов меж тем было громадье: реконструкция БАМа и Транссиба, строительство моста на Сахалин, создание рабочих мест в авиа- и судостроении, увеличение перевалочной мощности старых портов и возведение новых, создание современной транспортной и энергетической инфраструктуры. И даже интеграция Дальнего Востока в систему Азиатско-Тихоокеанского региона. Сначала на все это Минвостокразвития просило 5 трлн руб. Утвердили 3,8 трлн, в наличии только 240 млрд, а общий объем средств, необходимый для реализации программы, министерство оценивало в 10,6 трлн руб.

Такие прожекты вызвали скепсис не только у экономистов, но и у первого вице-премьера Игоря Шувалова, курировавшего развитие Дальнего Востока и подготовку к проведению саммита АТЭС. С уходом прежнего руководства Минвостокразвития возобладала концепция, предполагающая привлечение внешних инвестиций и поддержку только тех проектов, эффективность которых просчитываема и доказана экспертизой.

"Финансирование множества проектов может привести к снижению их качества, что в результате ставит под вопрос получение ожидаемой отдачи. Точечная и выверенная поддержка позволит повысить эффективность управления инвестициями и в значительной мере избежать неэффективных бюджетных трат",— сказал "Деньгам" председатель правления "Ренессанс капитала" Игорь Вайн, принимавший участие в совещании по Дальнему Востоку 31 августа. По его мнению, реализовать потенциал региона можно за счет "объединения возможностей государства с эффективностью и опытом частных компаний".

Новый вице-премьер Юрий Трутнев знает толк в восточных единоборствах

Фото: Хуберт Голстейн, Коммерсантъ

Реинкарнация сверхкорпорации

Баталии по поводу того, как развивать Дальний Восток, а точнее, через какие структуры направят даже относительно небольшие государственные средства, идут уже почти два года. В январе 2012-го глава МЧС Сергей Шойгу предложил "создать корпорацию развития Восточной Сибири и Дальнего Востока от западных границ Красноярского края до Камчатки, Курильской гряды и Сахалина". Корпорации предлагалось не только доверить развитие этих территорий, но и передать в управление все ресурсы и чуть ли не подчинить губернаторов. Шойгу же видели на посту руководителя. Затем чрезвычайная ситуация сложилась в Московской области, а потом и в армии, и Шойгу перебросили на другие горящие объекты.

В главы корпорации кого только ни прочили, от первого вице-премьера Игоря Шувалова до бывшего председателя Госдумы Бориса Грызлова. В итоге в качестве операционной структуры выбрали Фонд развития Дальнего Востока и байкальского региона при ВЭБе. Его решили докапитализировать, а организационно-правовую форму — изменить. Как говорят на Старой площади, кадровые перестановки вернули в повестку дня вопрос о создании госкорпорации: именно в нее могут преобразовать фонд.

"Я считаю, что необходимость объединения усилий и создания единой государственной структуры, координирующей процессы развития сибирских территорий, назрела уже очень давно. И речь должна идти не только о Дальнем Востоке и Забайкалье, а обо всем восточносибирском макрорегионе",— заявил "Деньгам" гендиректор "Русала" Олег Дерипаска. По его мнению, реализация инвестпроектов откладывается из-за разобщенности интересов отдельных регионов, власти и бизнеса, забюрократизированности и множества центров принятия решений.

"Если бы решение о реализации подобных проектов принималось органом надрегионального характера, то регионы могли бы избежать инвестиционных потерь,— считает Дерипаска.— Создание министерства по Дальнему Востоку — инициатива в правильном направлении. Но для комплексного решения проблем региона, прежде всего с инфраструктурой и инвестициями, одного министерства явно недостаточно".

В качестве примера он приводит подотчетную федеральному правительству корпорацию The Tennessee Valley Authority, которая была создана во время Великой депрессии для развития семи штатов в долине реки Теннесси: "Эффективность работы госкорпорации подтверждена временем: структура, созданная в качестве антикризисной меры, сработала настолько успешно, что активно работает в течение вот уже 80 лет". Впрочем, на вопрос, будут ли госкорпорация или Фонд развития более эффективными, чем министерство, Олег Дерипаска отвечает: "Поживем — увидим".

Природные богатства Дальнего Востока уже много лет не могут получить достойной оценки

Фото: Павел Кассин, Коммерсантъ

Не называйте меня секвестром

Как привлечь частные деньги, причем на фоне продолжающегося пятый год оттока частного капитала из страны,— пока главный вопрос. Олег Дерипаска предлагает ввести для сибирского макрорегиона специальный налоговый режим. Но вряд ли власти сейчас решатся на дополнительное выпадение доходов бюджета. Минфин и так прогнозирует недополучение 1,6 трлн руб. доходов в 2014-2016 годах. Темпы роста экономики стремятся к нулю: промпроизводство по итогам первой половины этого года прибавило символические 0,1%, ВВП — 1,4%.

Правительство с лета оптимизирует бюджетные расходы, а попавший на прошлой неделе в прессу проект бюджетной стратегии до 2030 года вполне может потянуть на нечто большее, чем оптимизация. Минфин планирует сокращение доходов и расходов бюджета с 37-38% ВВП в 2013 году до 30-31% в 2020-м, отказ от принципа бездефицитности бюджета, а также поэтапное сокращение дотаций из федерального бюджета в Пенсионный фонд, которое к 2020 году приведет к снижению доходов ПФР с 8,6% до 4,9% ВВП. А 30 августа замминистра финансов Алексей Лавров сообщил, что и этот вариант бюджетной стратегии не финальный: ведомство будет его "уточнять" после пересмотра прогноза социально-экономического развития.

Все встает на место: денег не хватает не только на Дальний Восток. И нашли объяснение вброшенные недавно из близкой к властям экспертной среды предложения об отмене выплаты материнского капитала с 2016 года, отмене выплаты базовой части пенсии работающим пенсионерам, повышении пенсионного возраста для женщин до 60 лет. Власти таким образом просто зондировали почву: как отреагирует общество на грядущее сокращение расходов.

Все стало совсем прозрачно, когда президент во время поездки по Дальнему Востоку заявил, что наращивать социальные расходы дальше невозможно: "Сейчас правительство стоит перед непростым выбором: где-то придется уже заранее исходить из реалий, где-то подрезать предполагавшиеся ранее расходы".

В условиях надвигающейся стагнации сокращение расходов выглядит неизбежным. 4 сентября в интервью "Первому каналу" Владимир Путин попросил не называть сокращение секвестром и сказал, что коснется оно как инвестиционных, так и социальных статей бюджета. О планах по сокращению расходов на армию, спецслужбы и правоохранительные органы пока не сообщается. На это власти решатся, видимо, только в самом крайнем случае — когда упадет цена на нефть.

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...