Коротко

Новости

Подробно

2

Фото: Владимир Миловидов / Коммерсантъ

Пакеты стратегического назначения

Журнал "Коммерсантъ Деньги" от , стр. 11

В России начинается новая приватизация, главными бенефициарами которой станут топ-менеджеры приватизируемых госкомпаний. При этом доходы бюджета от продажи госактивов окажутся ниже запланированных.


ЕВГЕНИЙ СИГАЛ


В начале июля премьер-министр Дмитрий Медведев подписал распоряжение, дающее фактический старт новой трехлетней программе приватизации федерального имущества. На настоящий момент государство является акционером 2337 компаний: 1256 из них власти контролируют полностью (100% акций). В 100 компаниях государству принадлежит от 50% до 100% акций, в 227 компаниях — от 25% до 50% акций, в 754 компаниях — 25% и менее. Государству также полностью принадлежит 1795 ФГУПов. По утвержденной программе в 2014-2016 годах планируется приватизировать 436 компаний и 514 ФГУПов.

Правительство планирует, что к 2016 году государство завершит процесс выхода из капитала компаний несырьевого сектора, не относящихся к субъектам естественных монополий и организациям оборонного комплекса. Значительная часть государственного имущества действительно не монстры производства, а разбросанные по стране многочисленные автобазы, совхозы, нерестовые хозяйства и лесозаготовительные предприятия. Большая часть компаний, в которых у государства есть доля, сконцентрирована в сфере сельского хозяйства (225), строительства (145), оптовой торговли (123) и издательской деятельности (116).

Помимо приватизации мелких предприятий правительство планирует и большую приватизацию: в 2014-2016 годах государство должно полностью выйти из капитала "Ростелекома", "Росспиртпрома", "Роснано" и Объединенной зерновой компании. А в связи "с развитием московского авиаузла" прекратить участие в капитале "Международного аэропорта Шереметьево", "Аэропорта Внуково" и "Международного аэропорта Внуково".

До 2016 года правительство также планирует сократить участие государства до 25% плюс 1 акции в "Аэрофлоте", "Совкомфлоте" и АЛРОСА. В случае с алмазодобывающим гигантом речь идет не только о сокращении пакета, находящегося в федеральной собственности, но и о сокращении пакета, принадлежащего Республике Саха (Якутия).

До 50% плюс 1 акции планируется сократить участие государства в капитале "РусГидро" и банка ВТБ. Правительство также собирается сократить долю участия "Роснефтегаза" в капитале "Роснефти" до 50% плюс 1 акции. До 75% плюс 1 акции планируется сократить участие государства в капитале "Транснефти" и РЖД.

А к 2024 году государство должно сократить долю в Объединенной авиастроительной корпорации до 50% плюс 1 акции, а в Объединенной судостроительной корпорации — до 75% плюс 1 акции.

Пожалуй, это самая амбициозная программа приватизации со времен 1990-х годов. В нее даже попала кузница кадров для сторонников вовсе не рыночных методов хозяйствования: Научно-производственная корпорация "Уралвагонзавод" им. Ф. Э. Дзержинского. Государство на "Уралвагонзаводе" по плану тоже должно сократиться, но пока только до 75%.

Стратегия и списки


Самое время для истошных криков, что страну снова распродают, а государство вот-вот потеряет контроль в таких стратегических отраслях, как авиация или добыча алмазов. Но их не слышно. Во-первых, потому, что передача предприятия в частные руки в нашей системе управления совершенно не означает потерю государством контроля. "Собственность в России условна,— говорит руководитель Института национальной стратегии политолог Станислав Белковский.— И сменить собственников не сильно сложнее, чем назначенных государством управляющих. Просто для этого потребуются следственные органы, прокуратура и суды".

А во-вторых, потому, что в медведевские планы приватизации несильно верится. Еще в 2008-м, накануне инаугурации, недавно избранный президентом Дмитрий Медведев в интервью Financial Times заявил, что курс на приватизацию при нем будет продолжен. Все годы его президентства шли разговоры о необходимости снижения доли государства в экономике, но она только увеличивалась. Сначала это объясняли кризисом: мол, правительство и госбанки приходят на помощь терпящему бедствие частному сектору. Потом острая фаза кризиса миновала, а скупка активов продолжилась.

Вот сделки только за I полугодие 2013 года: завершилась покупка госкомпанией "Роснефть" частной ТНК-ВР, госбанк ВТБ купил четвертого по величине сотового оператора "Tele2 Россия", а его "дочка" "ВТБ Капитал" приобрела долю в "Триколор ТВ" — крупнейшем операторе спутникового телевидения в стране.

Но самыми показательными стали события весны 2012 года. 21 мая недавно утвержденный на посту премьер-министра Медведев дает поручение правительству ускорить приватизацию госкомпаний, назвав это одной из приоритетных задач. На следующий день президент Владимир Путин внес "Роснефть", "РусГидро", ФСК и холдинг МРСК в список стратегических предприятий, что означает фактический запрет на их приватизацию.

"Роснефть" и "РусГидро", кстати, значатся и в новом правительственном списке на приватизацию в 2014-2016 годах. Белый дом постарается найти для этого лазейку. Например, в плане приватизации отдельно оговаривается, что он "прогнозный", "будет дополняться", а на основании "отдельных решений также будут приватизированы пакеты акций крупнейших компаний, занимающих лидирующее положение в отраслях".

Правительство также убеждено, что в ближайшие годы будут частично отменены "утратившие актуальность ограничения на приватизацию определенных видов федерального имущества", а количество стратегических предприятий будет оптимизировано. Но считать главными участниками схватки вокруг приватизации Кремль и Белый дом было бы неверно. Круг участников гораздо шире.

"Ни правительство, ни администрация президента не являются едиными сущностями. Есть несколько десятков групп: они объединяются в ситуативные альянсы и расходятся,— говорит Станислав Белковский.— Собственность распихивают по разным группам, воспроизводится логика войны за активы. И в этой борьбе кланов включение в список стратегических предприятий — один из элементов войны, так как потом можно торговаться за исключение из этого списка".

Госкомпании не могут теперь приватизироваться на иностранных площадках, хотя самое успешное размещение последних лет — продажа акций Сбербанка на Лондонской бирже

Фото: Reuters

Скидка за патриотизм


Однако самым высоким барьером на пути приватизации госкомпаний стал запрет на размещение их акций на иностранных биржевых площадках. В октябре 2012 года с этой патриотичной инициативой выступил глава ликвидируемой ныне ФСФР Дмитрий Панкин. Тогда эта идея вызвала недоумение в силу экономической нецелесообразности. Но уже в январе 2013 года на совещании по развитию фондового рынка Путин говорил о введении этого запрета как о давно решенном вопросе. А в феврале начальник экспертного управления администрации президента Ксения Юдаева подтвердила: все так и будет, российским госкомпаниям придется размещаться внутри страны.

Хотя, по данным того же экспертного управления, в 2010-2012 годах только 20% размещений акций отечественных компаний пришлось на Московскую биржу. Да и самая успешная наша приватизационная сделка последних лет прошла в Лондоне: в сентябре 2012 года Сбербанк разместил на London Stock Exchange 7,6% своих акций, ЦБ выручил около 160 млрд руб.

Причина, по которой российские компании стремятся выходить на западные биржи, состоит в том, что именно там находится мировой рынок капитала, и открывается иной уровень возможностей его привлечения. В России таких денег просто нет, инвесторы с развитых рынков сюда идут неохотно, отток частного капитала из страны продолжается почти пять лет. А российские фондовые индексы зависли на уровне кризисных 2009-2010 годов, в то время как американский Dow Jones обновляет исторические максимумы. И судя по макроэкономической статистике, нет оснований полагать, что в ближайшее время ситуация выправится: производство стагнирует, экономика находится на грани рецессии, а драйверов роста пока не видно.

Вводя ограничение на размещение госкомпаний на иностранных площадках, власти фактически приватизируют их на худших условиях, по заниженной цене, а бюджет в результате недополучит доходов. Так, в конце июня оценки Росимущества и Минэкономразвития были скорректированы: в 2014 году бюджет от продажи госактивов должен получить 180 млрд руб. вместо предполагавшихся 230 млрд руб., в 2015 году — 140 млрд руб. вместо 445 млрд руб.

Хотя в проект бюджета изначально закладывалось, что в 2014-2016 годах приватизация госимущества принесет казне дополнительно около 1 трлн руб.

Еще 380 млрд руб. бюджет получил бы от приватизации пакета "Роснефти", если бы она была разрешена и если бы "Роснефтегаз", которому компания принадлежит, заплатил в бюджет дивиденды с этой прибыли. Впрочем, в правительственной программе отдельно оговаривается, что "для формирования дополнительных доходов бюджета могут быть приняты решения о приватизации пакетов акций, имеющих высокую инвестиционную привлекательность". Правда, что это за акции, не раскрывается.

Идеальная позиция


Официальное объяснение ограничения на размещение госкомпаний за рубежом — необходимость стимулировать развитие внутреннего фондового рынка и планы по превращению Москвы в международный финансовый центр. Но цель эта кажется такой фантастической, что верится в это объяснение с трудом. А если добавить к этому невысокую эффективность для бюджета от нового витка приватизации, далеко не самый удачный момент для выхода на рынок, попытки оградиться от иностранных инвесторов и низкую капитализацию российских компаний, то более реалистичным представляется другое объяснение: кому-то просто выгодно купить активы по невысокой цене.

Олигархи-комсомольцы 90-х, несмотря на сомнительность для значительной части общества итогов первой приватизации и невзирая на множество офшорных схем, владеют своими активами по праву собственности и могут передавать их по наследству.

Те олигархи нулевых годов, которые пришли в бизнес из силовых структур, управляют госкомпаниями, госбанками и госкорпорациями по праву назначения и лишь контролируют финансовые потоки. С точки зрения краткосрочной перспективы — позиция почти идеальная. С точки зрения игры вдолгую — не оптимальная.

Любое проявление нелояльности к власти грозит им потерей контроля над активами. Гендиректоров госкомпаний и председателей правлений госбанков можно сменить решениями советов директоров или собраний акционеров, в которых большинство принадлежит представителям государства, голосующим по директиве правительства. Так что новая приватизация позволит топ-менеджменту госкомпаний перейти из разряда управляющих в класс собственников и тем самым укрепиться в экономике и обществе.

Комментарии
Профиль пользователя