Раздувание Штатами

США и Китай вступили в борьбу за доминирование в торговле Азиатско-Тихоокеанского региона. Главный инструмент противостояния — создание конкурирующих торговых зон. Россия пока так и не определилась, с какой из двух соперничающих сторон она хочет объединяться.

15 июля в малайзийском Кота-Кинабалу соберутся на свое очередное, уже 18-е, заседание переговорщики по Транс-Тихоокеанскому партнерству (ТТП). Десять дней представители 12 стран будут заседать за закрытыми дверями отеля Sutera Harbour и в обстановке строжайшей секретности обсуждать создание мощного объединения, которое в скором будущем должно стать ведущей площадкой для торговли на самом динамичном рынке мира — в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР).

ТТП — едва ли не самая молодая экономическая структура в АТР, где и так не протолкнуться от различных организаций, главной целью которых является развитие торговли и экономического сотрудничества. Самая крупная и значимая из них — Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС), созданное в 1989 году и объединяющее 21 экономику бассейна Тихого океана. В экономиках-участницах проживает около 40% мирового населения, на них приходится почти 54% глобального ВВП и 44% мировой торговли. Есть механизм Восточноазиатских саммитов (ВАС), где представлены 16 стран Восточной Азии, а также Россия и США — правда, ВАС в последнее время стараются концентрироваться на политических вопросах. Главным мотором экономической интеграции во всем АТР является региональная Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), куда входят Бруней, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, Лаос, Малайзия, Мьянма, Сингапур, Таиланд и Филиппины. В рамках АСЕАН действует самый продвинутый режим взаимной торговли, а также запущены различные механизмы координации экономической политики. Наконец, на американской стороне Тихого океана существуют свои объединения — Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА), объединяющее США, Канаду и Мексику, а также объединение латиноамериканских стран МЕРКОСУР (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Парагвай и Уругвай являются прямыми членами, а Боливия, Колумбия, Перу, Чили и Эквадор — ассоциированными).

На этом фоне деятельность ТТП до недавнего времени выглядела более чем скромно. ТТП было создано в 2003 году Сингапуром, Новой Зеландией и Чили для либерализации торговли в АТР. В 2005 году к соглашению присоединился Бруней, а годом позже ТТП вступило в силу. Столь ограниченное партнерство не привлекало особого внимания других стран, пока в сентябре 2008 года президент США Джордж Буш не уведомил Конгресс, что Вашингтон еще в феврале начал переговоры с "четверкой" о присоединении к ТТП. В ноябре 2008 года к переговорам подключились Австралия, Перу и Вьетнам. В октябре 2010 года в переговоры с ТТП вступила Малайзия, еще через два года диалог начали два партнера Америки по блоку НАФТА — Канада и Мексика. А в марте 2013 года о формальном запуске переговоров с ТТП объявила и Япония. В течение трех лет было проведено 17 раундов переговоров, на каждом из которых работало от 20 до 24 рабочих групп. Чиновники стран—участниц процесса всякий раз говорят, что переговорщики обсуждают не просто присоединение новых стран к уже существующему формату ТТП, а создание на базе партнерства региональной организации с самым либеральным и продвинутым торговым режимом во всем АТР. Правда, в чем заключаются конкретные отличия ТТП от других форматов, пока непонятно: стороны переговоров всеми силами сохраняют максимальную секретность.

Сенатор-демократ от штата Массачусетс Элизабет Уоррен уже не первый месяц ведет войну с администрацией Барака Обамы за то, чтобы переговоры по созданию ТТП были максимально публичными. "Я крайне обеспокоена тем, как обстоит дело с раскрытием информации у офиса торгового представителя США, особенно что касается соглашения по ТТП. Если бы избиратели знали, что происходит на переговорах на самом деле, они бы это остановили",— заявила она 19 июня во время слушаний в Сенате США относительно будущего ТТП.

Переговоры о будущем ТТП изначально были окружены завесой тайны. Ведет их офис торгового представителя США Рона Керка, который от лица президента курирует все международные переговоры в сфере торговли. Сотрудники Керка ограничили доступ к любым документам, касающимся переговоров, узким кругом лиц. В частности, в него вначале почему-то не попали ни конгрессмены, ни сенаторы, ни сотрудники их аппаратов. Когда сенатор Уоррен написала Керку гневное письмо с вопросом, почему ее сотрудники не могут ознакомиться с важнейшими документами, офис торгового представителя ответил ей в том духе, что, "если эта информация куда-то утечет, дальнейшие переговоры и достижение каких-либо договоренностей окажутся невозможными".

Нежелание чиновников раскрывать подробности готовящейся сделки вполне понятно. Первые же утечки с переговоров уже вызвали колоссальный скандал. Все началось в мае 2012 года, когда конгрессмен-республиканец Даррелл Айсса выложил на своем личном сайте американскую редакцию одной из глав будущего договора о создании ТТП, которая касалась вопросов интеллектуальной собственности и патентного права. По словам Айссы, раскрыть содержание документа его заставило упорное нежелание Рона Керка идти ему навстречу и приоткрывать избирателям суть переговоров. Оформив себе после долгих мытарств доступ к документам, Айсса немедленно слил один из них. Утечка вызвала большой переполох. Выяснилось, что США лоббируют максимально жесткий режим в отношении прав интеллектуальной собственности, а также стремятся распространить правила своего национального законодательства на все страны—участницы ТТП. Например, жесткие нормы в отношении патентов на лекарственные препараты серьезно затрудняли производство аналогичных препаратов другими компаниями после того, как у изначальной компании-правообладателя истекут эксклюзивные права на рецепт препарата. Эта норма закрепляет положение на рынке больших фармацевтических компаний и затрудняет доступ беднейших стран Азии к лекарствам, указывали правозащитники.

Еще большую критику вызвала публикация на сайте Citizens Trade Campaign документа, который описывает позицию США в отношении разбирательства различных спорных вопросов между корпорациями и национальными правительствами. Как следовало из документа, США согласны на создание особого арбитражного суда в рамках ТТП, в котором могли бы рассматриваться иски корпораций к государствам и оспариваться отдельные положения национального законодательства. Предложения создать режим, который максимально защищал бы иностранных инвесторов в любой стране, сразу же вызвали шквал критики со стороны правозащитников, экологов и профсоюзов. ТТП сразу же объявили продуктом "тайного сговора транснациональных корпораций", а самого Обаму немедленно обвинили в нарушении собственного предвыборного обещания "не создавать торговых союзов наподобие НАФТА". Еще большее возмущение вызвал тот факт, что доступ к документам был у примерно 600 людей, включенных в состав консультативного комитета при торгпреде США,— почти все эксперты представляют именно транснациональные корпорации. "Теперь я понимаю, почему ТТП называют "НАФТА на стероидах"",— написал в июне своим сторонникам конгрессмен-республиканец Алан Грейсон.

Несмотря на критику, администрация Барака Обамы продолжает активно продвигать проект ТТП. Как заявил советник президента США по национальной безопасности Том Донилон, ТТП — часть большого стратегического замысла по укреплению позиций США в регионе. "Центральное место в экономическом ребалансировании занимает ТТП,— заявил Том Донилон.— Мы всегда рассматривали ТТП как растущую платформу для региональной экономической интеграции. Эта платформа должна быть открыта для присоединения других стран при условии, что они готовы принять высокие стандарты ТТП. Наши цели являются не только экономическими, но и стратегическими. Многие считают экономическую силу главным инструментом мощи в XXI веке. В Атлантике и на Тихом океане цель США заключается в том, чтобы, укрепляя многостороннюю торговую систему, создать такие же мощные экономические партнерства, как наши союзы в сфере дипломатии и безопасности. ТТП — это абсолютная декларация долгосрочных стратегических обязательств США в АТР".

Таким образом, ТТП должно решить два вопроса. Во-первых, помочь экономике США получить новые точки роста в Азии. Дополнить ТТП в этом аспекте призвана похожая зона — Трансатлантическое партнерство,— которую Вашингтон намерен создавать с ЕС. По оценкам Белого дома, создание ТТП поможет в пять раз увеличить американский экспорт на азиатские рынки в течение пяти лет, что приведет к росту количества рабочих мест в США.

Вторая важная задача — военно-политическая. ТТП должно стать инструментом для укрепления позиций США в регионе. Основные задачи этой политики, прописанные в 2011 году бывшим госсекретарем Хиллари Клинтон в ее программной статье "Тихоокеанский век Америки" в журнале Foreign Policy, подразумевают сдерживание Китая. Экономическая составляющая сочетается с общей стратегией наращивания военного присутствия США в АТР. Объявленная в 2011 году инициатива Вашингтона по размещению под австралийским Дарвином американской базы морских пехотинцев численностью 2,5 тыс. человек — один из первых демонстративных жестов на этом пути. Заявленное Пентагоном сокращение военного бюджета на $450 млрд за десять лет не затронет азиатское направление. Кроме того, Вашингтон намерен укреплять обороноспособность своих союзников. Япония получит по контрактам новые истребители F-35, Южной Корее завершена поставка истребителей F-15K. В свою очередь, палата представителей США одобрила продажу Тайваню истребителей F-16C, а Хиллари Клинтон в свое время пообещала помочь Вьетнаму и Филиппинам в споре с Китаем за острова в Южно-Китайском море.

Неудивительно, что в Китае планы США были восприняты как враждебные. "США укрепляют свои старые военные союзы, подрывают основы мира в Восточной Азии, обостряют территориальные противоречия между Китаем и его соседями, создают единый фронт против Китая, силой навязывают создание Транс-Тихоокеанского стратегического партнерства и срывают самостоятельный региональный процесс сотрудничества и интеграции",— писала о ТТП рупор Компартии Китая газета "Жэньминь жибао".

Пекин старается перехватить инициативу и сколотить свою региональную торговую группировку. Для этого Китай хочет использовать АСЕАН, а также его расширения: АСЕАН+3 (Китай, Япония, Южная Корея) и АСЕАН+6 (КНР, Япония, Южная Корея, Австралия, Новая Зеландия, Индия). На саммите АСЕАН+6, который прошел 20 ноября 2012 года, китайские представители объявили о начале переговоров по созданию Всеобъемлющего регионального экономического партнерства. Эта схема предусматривает гораздо менее глубокую интеграцию между участниками в сравнении с ТТП, что устраивает многие азиатские страны, которые опасаются пускать на свой внутренний рынок крупных игроков из США.

Будущее обеих организаций зависит от того, куда решит примкнуть АСЕАН. Пока что Китай является для всех стран "десятки" более важным партнером, чем США. В 2010 году объем торговли внутри АСЕАН составил $2,04 трлн; АСЕАН+3 — $7,4 трлн (24,6% мировой торговли); АСЕАН+6 — $8,4 трлн (28% мировой торговли). При этом доля США в торговле с АСЕАН составила 9%, инвестиции — 15,3% (общей объем — $74 млрд). Бруней, Малайзия, Сингапур и Вьетнам вступили в переговоры с обеими организациями (как и Австралия с Новой Зеландией). Остальные же члены АСЕАН стали объектами активных дипломатических маневров со стороны Китая и США.

Правда, в последние месяцы в динамике отношений США и Китая вокруг ТТП наметился новый поворот. В мае глава Минторга США Франсиско Санчес заявил, что Вашингтон был бы рад видеть Китай в рядах ТТП. В ответ представитель Минторга КНР Шэнь Даньян сказал, что Китай "изучит эту возможность". По словам представителей Госсовета КНР, последние несколько месяцев китайские ученые действительно занялись изучением возможных последствий от участия Пекина в переговорах по созданию ТТП либо от присоединения к организации на условиях, которые уже выработаны сейчас (насколько о них можно судить по доступным Пекину источникам). Участие в ТТП явно потребует от Китая гораздо большей открытости экономики, так что серьезность намерений Пекина по-прежнему остается под вопросом. Против приглашения КНР к дискуссии высказываются и многие американские эксперты. Они приводят пример Дохийского раунда переговоров в ВТО, которые уже десять лет находятся в тупике из-за различия в позициях участников.

Россия на данный момент никак не участвует ни в деятельности ТТП, ни в работе расширенных форматов АСЕАН. "Не понимаю пока, что из этого получится. Когда заработает, посмотрим, хорошо это или плохо",— отозвался о ТТП Дмитрий Медведев на саммите АТЭС в ноябре 2011 года. С тех пор Москва сохраняет выжидательный нейтралитет.

С одной стороны, такая позиция может оказаться проигрышной, поскольку активное включение США в жизнь АТР ставит перед Россией выбор. Включение в наиболее передовой торговый режим позволило бы России нарастить экспорт на рынки АТР. Правда, кроме сырья пока экспортировать особо нечего, а вот любые инициативы по поддержке промышленности низкие пошлины могут убить. С другой стороны, у Москвы есть вполне обоснованные сомнения относительно того, возможно ли успешное функционирование какой-либо группировки в АТР на данный момент без участия Китая. Так что пока Россия по-прежнему предпочитает оставаться на обочине интеграционных процессов в Азии.