Десантники улетали из Иванова трое суток. Вчера наконец улетели. Вместе с ними к миротворческой операции в Косово приступил специальный корреспондент издательского дома "Коммерсантъ" АНДРЕЙ Ъ-КОЛЕСНИКОВ.
Вылет был намечен на 4 июля, но разве бывает все так хорошо? 6-го вечером наконец дали добро первому борту. Командир дивизии генерал-майор Ленцов попрощался с десантниками на аэродромном поле. Он не стал подниматься на трибуну, заготовленную для этого, а запросто подошел к миротворцам.
— В Косово летите? — задал он им неожиданный вопрос.
— Так точно!
— Вопросы?
Десантники мялись. Наконец у одного сдали нервы:
— Товарищ генерал-майор, да ведь ни одной СВД в штате нет!
Он, без сомнения, имел в виду снайперскую винтовку Драгунова.
— Я удивляюсь, что вам автоматы с подствольниками выдали! — рассердился комдив.— Вы что, туда воевать едете? Вы едете разводить конфликтующие стороны. А полицейские функции пускай останутся у тех, кто 4 июля отмечал День независимости от коренного населения.
Так генерал в двух словах обрисовал роль, которую играют в Косово Соединенные Штаты Америки. Впрочем, десантников политика не заинтересовала. СВД-то не дали. Они еще спросили про то, как будут доставлять их письма на Родину, и долго выясняли, будут ли платить зарплату по доверенностям, которые они оставили родным. Генерал ответил на все вопросы, поднялся на трибуну и зачитал свою прощальную речь. Первый ивановский борт улетел.
Мы улетели в Косово только на следующее утро, со вторым самолетом. Когда "Ил", загруженный станцией космической связи, оторвался от земли, десантники возликовали. Они кричали неизвестные мне слова, смеялись и обнимались — они наконец взлетели. Они, как маленькие дети, сгрудились возле иллюминаторов и старались хоть краешком глаза разглядеть что-нибудь стоящее за бортом. Они ждали этого месяц. Счастливы были их лица. Я не выдержал и спросил у одного десантника из Ивановской области, приходилось ли ему когда-нибудь раньше летать самолетом на такие расстояния. Он застеснялся и опустил глаза.
После этого весь самолет с облегчением заснул. А через три с половиной часа мы приземлились на знаменитом теперь аэродроме "Слатина". Аэродром оказался очень большим, даже очень. Честно говоря, сначала даже и не очень понятно, как это 200 наших молодцов смогли его так молниеносно захватить.
Наш борт был последним на этом этапе переброски косовского десанта. Прилетели около 300 десантников из Рязани, Пскова и Иванова. Они разместились пока около аэродрома, в бывших казармах югославских военных. Сначала, когда 200 десантников совершили свой знаменитый марш-бросок из Боснии, они заняли очень хорошие казармы. В них были свет, горячая вода, душевые, немыслимые удобства в туалетах и вообще. Югославы, покидающие эти казармы, были приятно шокированы появлением русских. Их тут не ждали, и поэтому успели, к примеру, засыпать все толчки песком.
Увидев наших, югославы сами все быстро раскопали. Но через два дня генерал Заварзин приказал десантникам переселиться поближе к аэродрому — он сказал, что тут все простреливается. Миротворцы с неохотой расставались с комфортом. К этому времени всем уже было ясно, что никто и не собирается пока в них стрелять.
На следующий день казармы заняли мирные албанцы и вынесли из них все, что сумели. Они разбирали душевые кабины, свинчивали раковины. Десантникам это было очень обидно, тем более что через несколько дней они уехали и с аэродрома.
Но не только этого они не могут простить генералу Заварзину. Не могут простить серебристого "Опеля" с кондиционером, в котором он сопровождал колонну; не могут простить того, что присоединился к ней только в Белграде (а до того ее вел полковник Рыбкин, начальник отдела кадров ВДВ); не могут простить того, что был все это время без погон — на всякий случай, если что-нибудь сорвется и придется отвечать. Не могут простить, наконец, того, что не отказался от присвоенного "за проявленный героизм" звания генерал-полковника.
Вчера, когда генерал улетал из "Слатины" в Москву, с ним, говорят, не пришел проститься почти никто из офицеров — все только вздохнули с облегчением. На хозяйстве остались генералы Попов и Евтухович, которые сейчас ведут активную рекогносцировку местности, где предстоит разместиться миротворцам. Это произойдет, по предположениям, 11 июля, когда подойдет основная бронетехника.
А пока пополнение начинает менять на блокпостах вокруг аэродрома десантников из Боснии, которые уже почти месяц ждут смены. У них через две недели ротация, и им надо быть на базе в Углевике, где остались заработанные за полгода деньги.