После жизни

       Как известно, Борис Федоров мечтает — среди прочего — о том, чтобы собрать налоги со старушек, нелегально торгующих у станций метро, у вокзалов и на рынках. Почти нет сомнений в том, что эта мечта главы ГНС не сбудется. Потому что если старушки начнут платить налоги, их бизнес кончится. Такова уж его специфика, отличающая, кстати, весь уличный бизнес.
       Журнал "Коммерсантъ-Деньги" уже рассказывал о том, как устроен один из сегментов этого бизнеса — бизнес нищих. Сегодня — о том, как зарабатывают на улицах пенсионеры.
       
       Признайтесь, не мечтали ли вы прорыть подземный ход к своей квартире, чтобы только не ловить на себе цепких взоров бабушек, вечно сидящих в карауле у подъезда? Раньше наверняка мечтали. А вот сейчас нет надобности. Потому что старушки с лавочек перед подъездами ушли и вернулись в свои квартиры. Вернулись не просто так, а по делу. Я тут зашла к одной.
       — Некогда мне разговоры разговаривать, дел невпроворот,— с порога заявила она и засеменила на кухню. Там посреди обеденного стола — швейная машинка, а вокруг гора лоскутов.— Стельки вот обувные шью и на рынке продаю.
       — И что, берут?
       — А то! — загордилась бабушка.— Я еще варежки шью меховые для рыбаков, а сейчас, летом, среди дачников стельки нарасхват. Так что рублей 300, а то и больше я к своей пенсии зарабатываю. Теперь и собачкам своим все лучшее покупаю, и себе не отказываю. Хоть и не шикую, конечно.
       — И что, всякий может на рынок прийти и торговать?
       — За деньги — всякий, только я со своих доходов не могу платить. Гоняют, конечно, но я приноровилась. Пораньше встану, пока контролеры рыночные и милиция еще спят, а как они придут, так я сразу ухожу. Мне ведь много не надо.
       Значит, не из-за сериалов покинули многие бабушки свои прежние посты на скамейках, а денег ради. И посты у них теперь на рынках, у метро и около вокзалов. Каково им там?
       
Москворецкий антиквариат
       За ответом я пошла на Москворецкий рынок. Внимание мое привлекли две стоявшие рядом старушки. Обе сухие-сухие, как два осенних дерева, обеим по 85 лет, у обеих дочери с учеными степенями меньше их пенсий получают. У той, что пониже ростом,— Ольги Ивановны, глаза живые, движения быстрые, суетливые. Всю войну она прошла в контрразведке, 58 лет партийного стажа. Почтовые ящики в доме у нее поломали, так она, как призналась, невзирая на свой полиостеохондроз, в редакцию "Правды" за свежим номером сама регулярно ездит. Другая, Валентина Михайловна, напротив, отверженной большую часть жизни прожила, а все из-за самовара и двух деревянных корыт. Потому что у них в доме были, а у соседей нет. Вот и наплели они ("Как раз вот такие",— и на Ольгу Ивановну кивает) на деда всякую напраслину. Пришли ночью люди и деда забрали. А вот теперь они рядом на рынке стоят и пытаются заработать.
       Двинулась я по рядам. Торгуют пенсионеры всем. Открылись древние сундуки с накопленным за годы добром — все в дело пошло. Кто из ситцев да сатинов халаты, кепочки-панамочки или постельное белье мастерит, кто из ниток воротнички и манжетики вяжет. Да и бабушкиных пирогов на рынке полно: ведь по целым дням люди на рынке — кому домашнего не захочется?
       Баба Зина встает в четыре утра, ставит тесто, печет пирожки и до шести вечера торгует. Выручка неплохая — 300 рублей в день. Из этих денег 140 уходит на продукты, 30 — на оплату места, еще 30 — на такси и по 15 — за койку себе и парализованному сыну, потому как они беженцы из Баку. Так что на двоих получается 50-70 рублей дохода.
       Ну а дедушки завалили входы в рынки всякими железками.
       — Где ж вы, дедушка, металлолом берете? — спрашиваю.
       — Да на помойке, где ж еще,— усмехнулся дед.
       — Да разве же кто что-нибудь хорошее выкинет?
       — А что ты думаешь! Богатых теперь много. Кто ремонт делает, старое — в мусор. Где дом сносят, там тоже много сантехники — мы туда. Так и промышляем на свалках. Отмоем — и сюда,— разговорился дед.— Хозяева рыночные, правда, денег требуют, а нет — прогоняют. Но на хлеб с молоком я всегда заработаю. Пробовал было сигаретами торговать, да нельзя мужикам — бьют. Бабок вот не трогают, а мужиков бьют.
       — Как это бьют?
       — Как-как, бац — и в морду. Иди жалуйся.
       — Ну а, к примеру, в месяц сколько удается заработать?
       — Да разве ж мы зарабатываем? — поспешил закончить этот разговор дед.— Мы мучаемся. Это вот те, что у метро стоят, они настоящие деньги зарабатывают. У них и спрашивай.
       
Киевский табак
       Выхожу из метро у Киевского вокзала. В шеренге стоят бабушки — те, что, по мнению деда с Москворецкого рынка, деньги делают. Удачливые бизнесмены. Только и они жалуются. Милиция их гоняет, все норовят с них взять мзду деньгами или сигаретами: местные постовые, муниципальные и подвальные (так уличные торговцы между собой милицию метро окрестили).
       — Меня три раза на суд возили, по 50 рублей штрафа платила, а не то весь товар отобрали бы,— жалуется одна.
       — А я отказалась одному заплатить,— начинает другая,— так он меня в отделение. А его спрашиваю: "У вас в тюрьме диетическая еда найдется, а то ведь у меня на фронте желудок оставлен?" Ну, он документы мои посмотрел — и акт разорвал.
       А бывало, подгоняли автобус — и всех гуртом в суд. Дела рассматривали, товар конфисковывали. Так власти боролись с бабулями. Потому что по закону безналоговая торговля с рук запрещена. Но куда конфискованный товар потом девать? Волокиты много, пользы никакой. А главное, ситуация для всех в равной степени унизительна. Бабушки свой теперешний бизнес всегда считали спекуляцией и до сих пор его стыдятся. А местные власти понимают, что для стариков такая торговля — источник существования, а не прибыли. Вот и махнули они на них рукой, поручив контроль за ними головным организациям — тем, что арендуют зоны возле метро и отвечают за порядок.
       А головникам — по большей части "лицам кавказской национальности" — бороться с бабулями тоже не с руки. Хотя пенсионеры мешают арендаторам — сбивают торговлю, мусорят.
       — Мы коробку сигарет теперь продать за неделю не можем, бабушки за час продают,— жалуется головник Рафик.— Нас вот обязали построить торговые центры, сделать культуру для народа, мы вбухали кучу денег, а народ покупает у бабок. Товар у них в основном левый, безакцизный, а потому дешевый. Мне такой продавать нельзя — оштрафуют сразу. А безакцизные сигареты еще и лучшего качества — я сам у бабушек покупаю.
       — Значит, и вы с бабульками справиться не можете?
       — А мы и не пытаемся: это ж матери наши. Вот вы бы им лучше помогли официальное разрешение на торговлю получить или другую работу предоставили.
       Нет, официальное разрешение бабушек не устроит. Табак — основной объект их бизнеса — включен в перечень акцизных товаров, на торговлю которыми надо иметь лицензию. Лицензия стоит 3 тыс. новых рублей в год. Чтобы ее получить, надо быть юридическим лицом или иметь регистрационное свидетельство о частном предпринимательстве, нужен устав, юридический адрес. За все это надо платить. А еще — зарегистрироваться в налоговой инспекции и регулярно платить налоги, иметь кассовый аппарат, вести отчетность. Старым и больным людям это не по силам, так что официальность напрочь лишает смысла их бизнес. Поэтому и любая другая работа их вряд ли устроит.
       
Секреты мастерства
       — Неужто все это ради 20-30 рублей дохода? — спросила я разговорчивую бабу Веру (в прошлом, кстати, психолога).
       — Врут бабки, хорошо зарабатывают,— уверенно заявила она.— Извините, что я так говорю, но я баба завистливая и злопамятная. Когда у метро хотела встать, они не пустили.
       — А что, разве вот так, запросто, не встанешь?
       — Как же! Палками забьют! У них расписание по часам. Одна на смену другой встает, как часовые, и не вклинишься. Некоторые по 400 рублей в день зарабатывают, но это, конечно, профессионалки, они 50 милиции отдают. Я вот недавно торгую и то по 40 зарабатываю, а как-то раз за час 45 заработала. Так у меня ж нет пока денег, чтобы "картинку" хорошую сделать. Ну, в смысле — витрину. А они-то давно торгуют. А в нашем деле, как и в любом другом, все от профессионализма зависит.
       — Может, поделитесь некоторыми секретами?
       — Ради Бога! Прежде всего каждому пенсионеру, решившему заняться торговлей, необходимо потерять стыд и заменить в своем сознании слово "спекуляция" на "бизнес". При этом, если к моменту выхода на пенсию вы неплохо сохранились, придется поработать над своим имиджем. Цель — выглядеть старым, несчастным и бедным. Это прибавит вам покупателей и отчасти избавит от проблем с милицией. Лучше всего продавать сигареты, которые можно приобрести на любом оптовом рынке (конечно, водку продавать выгоднее, но куда опаснее: дешевая водка вся "левая" — выпьют и тебе же бутылкой по голове). Для того чтобы сделать приличную товарную "картинку", нужно примерно 1,5 тыс. новых рублей. Если столько нет, не отчаивайтесь: начинать можно хоть с одного блока. Покупайте сигареты разных сортов, безакцизные и акцизные — спрос есть и на те, и на другие.
       Самое сложное — найти место. У метро, конечно, торговля выгоднее. Но туда можно попасть разве что по знакомству. Если связей нет, начинать можно у рынков и вокзалов. Лучше всего торговать ранним утром и поздним вечером, когда милиция и палаточники спят. Это все понимают, поэтому в эти часы и конкуренция сильнее, и бабки злее. И последнее: встреч с милицией избежать нельзя, но договориться всегда можно.
       
       ЗАЛИНА ДЗЕРАНОВА