Коротко


Подробно

2

Фото: Стас Левшин

"Жизель" массового поражения

Михайловский театр в Лондоне

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 14

Гастроли балет

На сцене театра "Колизей" балетом "Жизель" открылись двухнедельные гастроли Михайловского театра в Лондоне. Петербуржцы зашли с козыря: романтический балет в редакции Никиты Долгушина танцевали кумиры лондонской публики Наталья Осипова и Иван Васильев. Из Лондона — МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА.


В британскую столицу Михайловский театр приезжает исправно, за последние пять лет — это уже третьи гастроли, и к ним труппа подошла во всеоружии. Репертуар подобран без единого промаха: вслед за засмотренной до дыр беспроигрышной классикой, "Жизелью" и "Дон Кихотом", Михайловский театр покажет свой эксклюзив — советский хит "Лауренсия" Вахтанга Чабукиани, реконструированный Михаилом Мессерером, а под финал припасена программа одноактных балетов Начо Дуато "Многогранность. Формы тишины и пустоты", "Без слов", "Nunc Dimittis" и "Прелюдия"; последние два — петербургские постановки испанского худрука театра, их Лондон увидит впервые. Стратегически верно выбрано и время гастролей: текущий сезон в Лондоне богат на гостей из России (впереди — Кремлевский балет, Большой театр и Музтеатр Станиславского), и Михайловский решил брать англичан первым, пока русские не успели набить оскомину.

Но все же главным оружием гендиректора театра Владимира Кехмана против именитых конкурентов остаются артисты. Здесь в ход пущено оружие массового поражения — Наталья Осипова и Иван Васильев (именно Лондон семь лет назад разнес по миру славу о невероятной молодой паре из России, только в 2006 году они были солистами Большого, а теперь — Михайловского), Олеся Новикова и Леонид Сарафанов, которых также переманили, но из Мариинки, третья звездная пара, приглашенная из Американского балетного театра, увы, распалась — из-за полученной травмы партнером Полины Семионовой станет не Марсело Гомес, а Денис Матвиенко.

Открывающая гастроли "Жизель" в редакции Никиты Долгушина — особенная гордость Михайловского театра. Интеллектуал и один из лучших в истории балета Альбертов, он сделал свою версию специально для труппы в 2007 году. Не отступая от канона, Никита Долгушин обогатил хореографию мельчайшими деталями и расставил акценты так, что назубок знакомый сюжет Готье про обманутую графом крестьянскую девушку и полчище мстительных виллис предстал философской драмой о двойственной сущности любви и непримиримости телесного и душевного.

Анонсируя гастроли, лондонские журналисты предлагали на выбор две Жизели: демоническую в исполнении Осиповой и романтическую Олеси Новиковой. И хотя еще за несколько дней до открытия в продаже оставались билеты, во вторник зал "Колизея" был полон. Лондонская публика готова смотреть своих кумиров — Осипову и Васильева — в любом репертуаре, хотя перед началом спектакля мой сосед-англичанин, вспомнив коронные роли артистов, признался, что волнуется: "А вдруг вместо Жизели и Альберта будут Китри и Спартак?" Все опасения оказались напрасны: оторвать глаз от этой пары было невозможно.

Наталья Осипова не делит свою героиню на "земную" несмышленую простушку в первом действии и отрешенного призрака в мире виллис — во втором, а ведет ее к трагической развязке постепенно. Предчувствие смерти балерина вкладывает в едва уловимый, сдерживающий амплитуду движения жест, в краткий опущенный взгляд. Свою роль она переживает, кажется, до малейшего вздоха. Ее Жизель складывается из полутонов, и даже в минуты абсолютного счастья, когда их любви с Альбертом еще ничто не угрожает — в суете танцев с подружками, в общении с матерью, в попытках унять навязчивого Ганса, она то и дело останавливает себя, как-то невзначай опускает руку, неуверенно, робко приобнимает любимого.

Про то, что Иван Васильев по всем своим физическим параметрам не принц Альберт, забываешь на первых минутах спектакля. Его герой прекрасен не формой ног, но той легкомысленной трепетностью, которая к концу первого акта перерастает в отчаянную ярость, а во втором на смену отчаянию приходит осознание всепоглощающего чувства, той любви без остатка, лишенной укора, которой его одарила Жизель.

Кульминационная неистовая сцена сумасшествия Жизели — а с такой самоотдачей умирать за любовь способна только Наталья Осипова — произвела сильнейшее впечатление на публику: людей парализовало напряжением, и если бы не включили свет, они, наверное, и не сдвинулись бы с места. Мой сосед-англичанин только и смог выдавить: "И почему я в молодости не женился!?"

Экзамен на совпадение с ролью был с блеском пройден в первом акте, проверка на технику предстояла во втором. Но и тут артистам не было равных. Наталья Осипова была безупречна: без малейшего усилия она зависала над сценой и, словно не опускаясь, вновь вспархивала в бесшумном полете; ее арабески медленно и бесконечно плыли в воздухе, а стопа дрожала в ювелирных рондах. Иван Васильев с блеском отработал свои вариации, выдав то, чего от него ждали,— мощные прыжки, но при этом не забывал про чистоту техники. Конкурировать со своими премьерами в этот вечер труппа Михайловского театра была не в силах: и кордебалет, и первые солисты померкли в их тени.

Когда же пара кумиров вышла на финальные поклоны, вверх устремились десятки мобильных телефонов: вечер закончился стоячей овацией.

Комментарии