Коротко

Новости

Подробно

3

С гипнозом без души

Игорь Гулин о «Трансе» Дэнни Бойла

Журнал "Коммерсантъ Weekend" от , стр. 24

Девушка, грабитель и жулик-искусствовед составляют нечто вроде любовного мексиканского треугольника. Каждый опасается и одновременно желает другого. В центре всех этих страстей — утраченный Гойя...


Саймон (Джеймс Макэвой) — молодой амбициозный работник аукционного дома. Его роль, в частности, заключается в том, чтобы спасать объекты в случае возможного ограбления. Но в этот, самый ответственный раз не получается: неизвестные крадут шедевр Гойи "Ведьмы в воздухе", ценой в двадцать с чем-то миллионов. Сам Саймон получает прикладом дробовика по голове, оказывается в больнице, становится героем газет, но, окончательно очнувшись, понимает, что помнит далеко не все. Эта частичная амнезия несет явную угрозу его жизни. Дело в том, что Саймон — на самом деле соучастник преступления, и картина находится у него. Где именно — он не помнит. Бандиты во главе с эксцентричным французом Фрэнком (Венсан Кассель) сначала его немножечко пытают, затем понимают, что это ни к чему не приведет, и решают попробовать другой метод — гипноз. Они останавливают выбор на эротичной гипнотизерше Элизабет (Розарио Доусон). Та мгновенно находит доступ к подсознанию Саймона, но работать дальше соглашается, только если ее возьмут в долю.

Девушка, грабитель и жулик-искусствовед составляют нечто вроде любовного мексиканского треугольника. Каждый опасается и одновременно желает другого. В центре всех этих страстей — утраченный Гойя. Дело осложняется тем, что действие периодически перемещается в подсознание Саймона, отличить его от реальности становится все сложнее. И постепенно становится ясно, что история началась гораздо раньше, чем нам поначалу рассказывают.

"Транс" поначалу напоминает веселые фильмы об ограблениях в духе 60-х ("Как украсть миллион", "Блеф" и так далее), а к концу превращается в нечто наподобие мрачного варианта "Вечного сияния чистого разума". Впрочем, Бойл и его сценаристы — конечно, не Чарли Кауфман, поэтому минут за сорок до конца фильм начинает напоминать какую-то вовсе не управляемую белиберду, и к этому надо быть готовым.

Это — очень бойловский фильм: пикареска-перевертыш, кубик Рубика, который собирается у нас на глазах, защемляя героев и иногда даже логику ради великолепия сборки. Еще здесь — музыка друзей Бойла группы Underworld. Любимый бойловский герой, обаятельный сомневающийся подонок,— сразу в трех экземплярах. Рыжий воинственный рохля Джеймс Макэвой в этом контексте смотрится как новый Эван Макгрегор. Венсан Кассель в свои почти пятьдесят стал уже сокрушительно красив. Могучие стати и выдающуюся челюсть Розарио Доусон можно рассмотреть со всех ракурсов. И все это, в общем, замечательно. К тому же "Транс" больше, чем все, что Бойл делал в последнее десятилетие, похож на его ранние, лучшие фильмы — "Неглубокую могилу", "Трейнспоттинг". Проблема разве что в том, что это увлекательное кино с хорошими людьми сделано будто бы машиной, без всякого участия эмоций, души. Оно похоже на наблюдение за сжимающейся и распрямляющейся пружиной: красиво прыгает, но утомляет.

В прокате с 4 апреля

Комментарии

Рекомендуем

обсуждение

Профиль пользователя