Из офшоров сделали выводы

Администрация президента обнародовала свою позицию по актуальному коммерческому вопросу

Начальник экспертного управления президента Ксения Юдаева вчера прокомментировала текущее состояние дискуссий в администрации президента (АП) по повышению привлекательности российской юрисдикции для бизнеса. Пока в рамках "деофшоризации" на совещаниях в АП не рассматривается прямых запретительных мер, за исключением намерения ограничить приватизацию на площадках за пределами РФ. В числе инициатив, обсуждаемых АП,— правка Гражданского кодекса (ГК), в том числе включение в него новых механизмов доверительного управления, коммерческий арбитраж Таможенного союза с упрощенным признанием решений в РФ, развитие режима отложенных расчетов на бирже и Центрального депозитария.

Госпожа Юдаева на брифинге в АП представила и прокомментировала презентацию, отражающую текущее состояние обсуждений в АП с заинтересованными структурами инициатив в рамках выполнения поручений президента по "деофшоризации" экономики РФ. Напомним, "борьба с офшорами", провозглашаемая с 2009 года на уровне президента и правительства,— одна из существенно беспокоящих деловое сообщество тем. Из-за дефицита информации о самой формулировке проблемы в АП и Белом доме, непрозрачности обсуждений, высокой чувствительности крупного бизнеса к изменениям в схемах трансграничного движения капитала и активного манипулирования этой тематикой в политических целях к "инициативам по деофшоризации" причислялись в последние годы самые разные разработки внутри власти — от изменений в системе контроля параллельного импорта до коррекции соглашений об избежании двойного налогообложения. Экспертное управление АП как координатор реальной работы в рамках выполнения поручения вчера представило собственный взгляд на суть проблемы и способа ее решения — Ксения Юдаева пояснила, что ее презентация не содержит исчерпывающего набора обсуждаемых тем, однако в большинстве случаев представленная "программа деофшоризации" — это именно то, что под этим по состоянию на февраль 2013 года подразумевают в АП.

Термина "деофшоризация" госпожа Юдаева практически не использует, предпочитая говорить о "повышении привлекательности российской юрисдикции". Описание проблемы выглядит так: РФ "позволила центру ценообразования на свои активы сместиться за рубеж", ликвидность по российским компаниям перетекла на зарубежные рынки (например, 18% оборотов на лондонской LSE обеспечивается торгами по российским бумагам). 12% дел в лондонском коммерческом арбитраже LCIA имеют отношение к России, 4% — к СНГ. Большая часть IPO происходит вне России. Сейчас неофициальные ориентиры для программы "укрепления юрисдикции", на которые ориентируется АП, звучат так: к 2015 году на российском рынке акций должны инвестироваться 50% пенсионных накоплений (в 2011 году менее 1%) и 15% средств резервных фондов, доля размещений российских компаний на внутреннем рынке должна вырасти с 6% до около 100%, оборот по бумагам российских эмитентов внутри РФ должен вырасти с менее 50% от совокупного оборота российских инструментов до более 90%.

По крайней мере сейчас экспертное управление АП не обсуждает серьезных запретительных мер, направленных на выполнение такой программы,— кроме предложения о проведении приватизационных сделок на "домашних" площадках РФ. Предлагается обязать агентов по реализации активов в ходе приватизации продавать активы только в виде локальных инструментов, рекомендовать Российскому фонду прямых инвестиций и институтам развития воздержаться от приобретения российских активов в нелокальных инструментах, изменить правила инвестирования накоплений Пенсионного фонда и НПФ с допуском их к IPO и приватизационным сделкам. На рынке РФ также предлагается завершить проект создания Центрального депозитария и открытия торгов с отложенными расчетами ("торги Т+2" с отменой передачи права голоса).

В целом стимулирующие меры АП делит на четыре группы: повышение гибкости законодательства, защита прав собственности и сделок, развитие рынков капитала, изменения в налогообложении. Сейчас наиболее разработанными и согласованными выглядят изменения в правовом режиме и в защите прав инвесторов. В частности, презентация предполагает совершенствование процедуры управления частным капиталом в конструкции "частного фонда" (аналога stiftung в законодательстве ФРГ), который госпожа Юдаева видит эквивалентом траста в англосаксонских юрисдикциях. АП также обсуждает изменения в оформлении режима наследования в РФ с целью приближения института к потребностям передачи по наследству бизнесов. Кроме того, в АП видят проблемы с правовым регулированием рынка производных фининструментов (в том числе решения арбитражей по делам против Юникредитбанка, отрицающие обязательства по таким инструментам). По словам госпожи Юдаевой, наиболее крупной проблемой, которую видит АП в этой сфере, является императивный, а не диспозитивный характер защиты договора в российской судебной практике (напомним, как уже писал "Ъ", эта проблема была центральной в дискуссии вокруг новой редакции ГК, принимаемой сейчас Госдумой) — экспертное управление имеет предложения по правке ГК в сторону укрепления свободы договора, но они пока не обнародуются.

Привлекательность РФ как юрисдикции также предлагается повышать созданием Центра международного арбитража (ЦМА) в рамках Таможенного союза (ТС). Предполагается, что ЦМА будет конкурировать с LCIA как коммерческий арбитраж через привлечение авторитетных иностранных арбитров, возможно, созданием в нем апелляционной инстанции по международным спорам в ТС, а также упрощенным порядком признания решений в странах ТС — выдачу "евразийских исполнительных листов" вплоть до отмены национальной валидации решений арбитража ЦМА. Наименее подробны разработки в рамках налогового стимулирования. В АП обсуждается введение института "индивидуальных инвестиционных счетов" у брокеров и доверительных управляющих со специальным налоговым режимом как вариант массового продукта для индивидуальных пенсионных накоплений — впрочем, очевидно, что эти вопросы напрямую зависят от дальнейшей судьбы пенсионной реформы.

В целом "деофшоризационная программа" в изложении АП выглядит достаточно технологичной и подробной. Так, экспертное управление рассматривает в качестве мер по поддержанию ликвидности на рынке РФ такие вопросы, как учет на балансах пенсионных фондов облигаций с суверенным рейтингом по цене приобретения и удовлетворение законодательством РФ требований, предъявляемых в США фондами иностранных активов в рамках "правила 17f-7". Впрочем, нельзя не отметить, что за пределами собственно регулирования рынка предлагаемая стратегия АП — это попытка в течение нескольких лет быстро "расшить" наиболее узкие места в регулировании инвестиций в РФ, подготовив одновременно инфраструктуру для более масштабной реформы — создания внутреннего финансового рынка для накоплений, в том числе для быстрого развития рынка коллективных инвестиций и по итогам пенсионной реформы. Между тем пока непонятно, в какой мере инициативы экспертного управления по этим секторам согласованы с инициативами других околовластных структур в смежных секторах — от изменений в механизмах рефинансирования и распространения регулирования ЦБ на финансовый рынок до проектов "инфраструктурных облигаций" и среднесрочной стратегии Минфина на рынке госдолга. С большой вероятностью дискуссии в соседних с экспертным управлением департаментах АП и в Белом доме будут оказывать на программу "улучшения юрисдикции" не менее существенное влияние, чем усилия ее создателей.

Дмитрий Бутрин

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...