Коротко


Подробно

Весна откладывается

Культурная политика

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 10

Покушение на Сергея Филина, вырвавшее художественного руководителя балета из жизни Большого минимум на пять месяцев, пагубным образом сказалось не только на имидже, но и на творческих планах театра. В конце прошлой неделе стало известно, что хореограф Уэйн Макгрегор, чья постановка "Весны священной" должна была открывать грандиозный фестиваль в честь 100-летия этого балета Стравинского и грозила стать мировой сенсацией, в Москву не приедет — премьера откладывается на неопределенный срок.


Первым эту новость сообщил в четверг британский музыкальный критик Норман Лебрехт в интернет-издании artsjournal.com. Причиной срыва премьеры он считает обстановку, сложившуюся вокруг Большого: иностранцы-де не могут чувствовать себя в безопасности, а потому отказываются ехать в Москву. В пятницу информация о том, что "дирекция Большого театра России и постановочная группа во главе с Уэйном Макгрегором приняли совместное решение о переносе постановки балета "Весна священная"" в связи с отсутствием Сергея Филина, появилась и на официальном сайте театра.

Выдвинутая Норманом Лебрехтом версия о пугливых иностранцах возможна, но не кажется основной. Все дни, прошедшие со дня трагедии, в Большом работают ассистенты Матса Эка над постановкой его балета "Квартира", в ближайшее время в Москву прилетит и сам шведский классик. В апреле на фестиваль "Весен" приедут труппа Мориса Бежара, Вуппертальский танцевальный театр с постановкой Пины Бауш и балет Финской национальной оперы. Уже после нападения на Сергея Филина Большой театр завершил переговоры с Фондом Джона Крэнко о переносе в Москву его балета "Онегин": балетмейстеры, ответственные за спектакль, приедут в срок — премьера назначена на июль. Американец Дэвид Холберг, штатный премьер Большого, тоже заявил, что явится в Москву точно по согласованному расписанию.

Причина, названная самим театром, — Уэйн Макгрегор не хочет начинать постановку, не имея поддержки в лице худрука Филина,— кажется более вероятной. Хореограф уже переносил на сцену Большого свой балет "Chroma" и, конечно, успел ознакомиться со спецификой московского театра, в котором одновременно с репетициями нового балета идет текущий репертуар. В других труппах мира (Парижская опера, миланский "Ла Скала", лондонский "Ковент-Гарден") артисты, занятые в новой постановке, освобождаются от других спектаклей. В Большом же балетмейстер вынужден работать с теми, кто в данный момент не репетирует и не танцует основной репертуар. Количество репетиционного времени тоже зависит от афиши.

Тут стоит добавить, что энтузиазм в связи с грядущей постановкой испытывали далеко не все. Труппа Большого в целом весьма консервативна (сейчас, скажем, по кулуарам театра, репетирующего "Квартиру" Эка, гуляет такая шутка: "Раньше было па-де-де, а теперь па с биде"). Почтенные педагоги-репетиторы Большого (коим в среднем более 70 лет) современный балет считают не благом, а скорее бедствием, от которого страдает классическая форма их подопечных. Легко понять, что единственным гарантом более или менее успешного и непрерывного репетиционного процесса является тот, кто заинтересован в постановке. В случае "Весны священной" — это Сергей Филин.

Ситуацию усугубляет тот неоспоримый факт, что перенос готового спектакля и постановка нового балета требуют совершенно разных физических, интеллектуальных и эмоциональных затрат. Одно дело — разучить известные па и их отрепетировать (пусть даже лексика балета непривычна для артистов-классиков): здесь даже необязательно присутствие самого автора — достаточно его ассистентов или хранителей наследия. Совсем другое — создать спектакль с нуля, сочинив совершенно оригинальный текст, причем без всяких гарантий того, что родится шедевр. Зато ценность эксклюзивных постановок неизмеримо выше переносов — далеко не каждый сезон даже лучшим мировым компаниям удается заполучить creation. Собственно на таких эксклюзивах и строится репутация компании. Вот почему не к московской "Квартире" (хотя хореография гениального Эка впервые будет исполнена российской труппой), а именно к "Весне священной", которую должен был ставить лучший британский хореограф в главном российском театре, и было приковано всеобщее внимание — премьеру собирались транслировать около тысячи кинотеатров по всему миру.

А теперь главное — постановка "Весны священной" стала бы авралом в любом случае. Даже если бы не было зверского покушения на Сергея Филина. Амбициозный проект поставил под угрозу сам театр еще восемь месяцев назад, когда репертуарная коллегия, в которую входят представители дирекции, всех коллективов и постановочной части, утвердила балетный репертуар на вторую половину февраля и март 2013 года — то есть как раз на время постановочных репетиций. Сказать, что этот репертуар плотный и сложный, не сказать ничего: он беспримерен. С 19 февраля по 17 марта труппа покажет "Аполлона Мусагета", "Классическую симфонию", "Dream of Dream", две "Коппелии", четыре "Корсара", шесть "Драгоценностей", пять "Спящих красавиц" — самые трудные и самые многолюдные спектакли, в которых занято по сотне человек. Причем это балеты совершенно разных стилей, из-за чего каждый из них требует отдельных напряженных репетиций. (Для сравнения: Парижская опера, тоже имеющая две сцены, всю первую половину февраля танцует один и тот же балет Иржи Килиана; потом почти на месяц уступает сцену оперной труппе, чтобы к середине марта выступить с программой давно известных спектаклей Ролана Пети.) А вот в Москве параллельно с чередой ежедневных представлений артисты еще должны репетировать и "Квартиру" Матса Эка.

Легко представить себе, каково было бы Уэйну Макгрегору, чей приезд намечался на 18 февраля, узнать о том, что вся работоспособная часть балета Большого (известно, что из 220 человек труппы в нужной кондиции пребывает едва ли половина) с утра до ночи, не покладая ног, репетирует и танцует классические блокбастеры. Это все равно как если бы Квентин Тарантино, которого уломали написать сценарий и поставить фильм специально для русских, приехал на "Мосфильм" и вдруг обнаружил, что артисты, которых он отобрал на кастинге, заняты в местных проектах и на его съемки будут приходить только в те часы, когда освободятся от основной работы.

Невозможно понять, каким образом руководители театра, заинтересованные в уникальном проекте, по доброй воле могли утвердить такое немыслимое расписание. Балетному худруку пришлось бы вывернуться наизнанку, чтобы высвободить для постановочных репетиций требуемых артистов,— и не факт, что это удалось бы. Впрочем, спектаклей было немного меньше — их количество увеличилось (а репетиционное время, естественно, сократилось) в соответствии с требованиями Министерства культуры: чиновники сочли, что Большой театр недостаточно загружен. Продлевая контракт генеральному директору Анатолию Иксанову, министр Владимир Мединский однозначно обязал его увеличить число представлений — видимо, полагая, что работа театра сродни заводскому конвейеру.

Но тут следует оптимистический финал: несмотря на форс-мажорные обстоятельства, мировая премьера "Весны священной" в Большом все-таки состоится. Руководители театра нашли выход из патовой ситуации — балет поставит Татьяна Баганова, лучший российский хореограф, работающая в жанре современного танца. Для отважной руководительницы екатеринбургских "Провинциальных танцев", согласившейся уложиться в столь сжатые сроки, это будет первая работа с классической труппой — остается только скрестить пальцы и пожелать ей и театру ни пуха ни пера. История с импортным эксклюзивом, однако, на "Весне" не кончается. В следующем сезоне намечается не менее статусная премьера: лучший хореограф Франции Жан-Кристоф Майо готов поставить в Большом оригинальный полнометражный балет "Укрощение строптивой" на музыку Шостаковича. Если и этот проект, не дай бог, сорвется, найти причину не составит труда.

Татьяна Кузнецова


Комментарии