Коротко

Новости

Подробно

Печать зла

Журнал "Коммерсантъ Секрет Фирмы" от , стр. 66

Харизматичный лидер, уникальный продукт и крупные инвестиции — идеальные параметры для успешной компании. Новосибирская "Сан", которая занимается производством инновационных принтеров, обещала стать для "Роснано" одним из самых ярких проектов. Но все закончилось громким скандалом. Сегодня бывшие партнеры развивают параллельные бизнесы и общаются друг с другом через посредников.


Текст: Дмитрий Крюков


— Я тут сел писать книгу веселую про инновации,— говорит основатель компании "Сан" Владислав Мирчев.— У меня жизнь богатая, будет что рассказать: производство, выход на международные рынки...

— И время для писательства, наверное, есть?

— Время есть,— соглашается Мирчев.

С августа прошлого года на работу он не ходит, потому что полностью отстранен от управления. Партнер Мирчева по бизнесу — госкорпорация "Роснано" — подозревает его в мошенничестве, ущерб от которого предварительно оценивается в 100 млн руб. Будучи генеральным директором, Мирчев якобы не только управлял компанией неэффективно, но и создавал параллельные структуры, через которые выводил из общего бизнеса активы.

Сам Мирчев считает, что обвинения надуманны, а их цель — запугать его и отобрать бизнес. Ведь хотя он и не принимает участия в управлении компанией "Сан", но по-прежнему остается ее основным владельцем с 55% акций. Словом, будущая книга новосибирского предпринимателя обещает быть интересной.

Король и свита


Любимая книга самого Владислава Мирчева — "Стратегия голубого океана" Чан Кима и Рене Моборн о создании новых рынков, свободных от конкуренции. В середине 2000-х Владислав, до того торговавший комплектующими для принтеров, нашел свой "голубой океан". Он вложил $8 млн в разработку и производство УФ-принтеров, способных печатать на любых поверхностях: стекле, дереве, металле и даже воде. Уникальный даже по мировым меркам продукт мог заинтересовать дизайнерские и строительные компании, производителей рекламных конструкций, мебели, плитки. Каждый принтер стоил в среднем около $100 тыс.

В 2008 году на одной из выставок необычная технология привлекла внимание главы "Роснано" Анатолия Чубайса. По бизнес-плану стороны должны были инвестировать в проект 750 млн руб. Из этой суммы 166 млн руб. шли непосредственно от "Роснано", 134 млн руб. — от банка "Уралсиб", которые получали 25% и 20% компании "Сан" соответственно. Еще 300 млн руб. выделял Номос-банк в качестве кредита под 12,5% годовых. Оставшиеся 150 млн руб. должна была привлечь сама компания.

Инвесторы вошли в проект весной 2010 года, рассчитывая окупить затраты в течение двух с половиной лет, а к 2015 году довести выручку ООО "Сан" до 5,7 млрд руб. По итогам 2009 года она составила, по данным "СПАРК-Интерфакс", всего 281 млн руб., а чистый убыток компании — 4,5 млн руб. "Когда мы входили в проект, продукт был уникальным, как по цене, так и по качеству печати на необычных поверхностях",— объясняет управляющий директор "Роснано" Дмитрий Лисенков.

Однако за последующие пару лет технологическое преимущество было утрачено (похожие принтеры появились у Mimaki, Roland и OCE, хотя они и дороже российских аналогов), финансовые показатели "Сан" ухудшились. В 2011 году выручка ГК "Сан" снизилась до 263,6 млн руб., чистый убыток, напротив, вырос до 182,4 млн руб. (итоги за 2012 год не подведены). "Отставание от бизнес-плана было серьезное,— говорит Лисенков.— Оно было бы не так страшно, если бы компания работала в ноль, но Влад продолжал наращивать расходы". Сам Владислав объясняет возникшие трудности кризисом и недостатком финансирования.

По инвестиционному соглашению основная часть денег "Роснано" и "Уралсиба" должна была пойти на строительство производства и закупку оборудования. Но в кризис продажи принтеров упали, и Мирчев стал просить пустить эти деньги на текущие расходы: зарплаты сотрудникам, закупку комплектующих и т. п. Партнеры на это не пошли, потому как всерьез усомнились в эффективности использования уже вложенных в проект средств.

В апреле 2011 года представители госкорпорации добились того, чтобы в "Сан" пришел новый финдиректор. Но спустя три месяца Мирчев уволил его без согласования с акционерами с формулировкой "несоответствие занимаемой должности". Мирчев утверждает, что, назначая своего финдиректора, "Роснано" обещала выделить 150 млн руб. на текущие расходы, но этого так и не произошло. К концу 2011 года положение "Сан" стало критическим. Задержка по зарплате достигала трех месяцев. "Мы просили выделить денег, умоляли,— вспоминает Владислав.— Я продал дом и квартиру, чтобы не разбежались разработчики, финансировал как мог".

В ситуацию с "Сан" вмешался Анатолий Чубайс. Он трижды встречался с Мирчевым — ни одному другому проекту глава "Роснано" не уделял столько времени. Последняя встреча состоялась в декабре 2011 года в Новосибирске. По ее итогам стороны пришли к компромиссу. Мирчев согласился оставить пост гендиректора "Сан", но с условием, что кандидат от "Роснано" получит его одобрение. Компромиссной фигурой оказался человек из энергетики — Иван Благодырь. При этом Мирчеву досталась должность директора по стратегии и он должен был сохранить за собой контроль над продажами. В компании также оставалась его команда.

"Я думаю, что Анатолий Борисович — суперменеджер, но, к сожалению, короля делает свита",— сетует сегодня Мирчев. По его словам, придя из отпуска в январе прошлого года, он обнаружил, что правила игры изменились и Иван Благодырь отстранил его от управления продажами.

Через полгода сам Благодырь покинул компанию — его пригласили стать заместителем министра РФ по развитию Дальнего Востока, а на его место пришел Юрий Курочкин. "Я не устраивался в компанию ни следователем, ни Дедом Морозом. Моя цель была объективно посмотреть, как налажено производство",— вспоминает Курочкин. Увиденное его не порадовало.

Взгляд в бездну


Энергичный, яркий, способный заряжать эмоцией других — даже противники Мирчева по корпоративному конфликту признают его талант серийного предпринимателя. В компании "Сан" ощущался дух новаторства и вместе с тем, как отмечает Юрий Курочкин, "глубокий кризис непонимания производства как такового": бизнес-процессы были выстроены так, как если бы компания по-прежнему была инновационным стартапом, а не претендовала на роль крупного производителя.

Вместо того чтобы выпускать стандартный продукт, компания кастомизировала его под каждого клиента. Из-за отсутствия полной конструкторской документации оценить целесообразность этих доработок оказалось невозможно. Сервисные инженеры не поспевали за изменениями, в итоге страдало послепродажное обслуживание. Управленческие процессы были не автоматизированы, поэтому отчетность шла с отставанием месяц. Комплектующие и сырье зачастую закупались по завышенным ценам.

Кроме того, Мирчеву поставили на вид чрезмерные траты на дорогое оборудование для металлообработки и раздутый штат, из-за чего компания едва сводила концы с концами. "Надо было более ответственно относиться к каждой копейке. Как ни крути, это не "Роснано" виновато, это риски чисто управленческие",— рассуждает нынешний гендиректор "Сан".

Помимо управленческих рисков вскрылись и другие отягчающие обстоятельства. По словам Курочкина, важные разработчики оказались выведены за штат в отдельную фирму, которая не имела отношения к "Роснано" и выполняла технические задания по заказу "Сан" часто на условиях 100-процентной предоплаты. Часть патентов были зарегистрированы на Мирчева, часть изобретений не защищены вовсе. Однако главное недовольство "Роснано" вызвал розничный проект Мирчева. Предприниматель решил, что продвигать инновационные принтеры будет проще через партнерскую сеть печатных студий. Идея была не менее новаторской, чем само оборудование: ни один из производителей принтеров в мире так не делал.

Двоякий франчайзинг


Первые две студии Мирчев открыл на свои средства в 2008-2009 годах в Новосибирске и Москве вместе с другими сотрудниками "Сан" — Антоном Борушем и Василием Минтюковым. На их примере был разработан брэнд-бук, а в 2010 году зарегистрировано ОАО "Франчайзинговая компания "Сан"", которое начало продавать франшизу SUN Studio.

Франчайзи платили разовый паушальный взнос в размере 300 тыс. руб. и ежемесячное роялти — 10 тыс. руб. (сейчас приблизительно 400 тыс. руб. и примерно 20 тыс. руб. соответственно). Учитывая вложения в оборудование, бизнес получался недешевый: на открытие SUN Studio требовалось минимум 4,5 млн руб., тогда как наиболее популярные франшизы предполагают инвестиции в пределах 1,5 млн руб. Тем не менее к лету 2012 года, когда конфликт акционеров "Сан" перешел в открытую стадию, сеть SUN Studio насчитывала около 80 франчайзинговых точек в России и за рубежом, в том числе в Дубае и Париже. "На раскрутку франчайзингового проекта, участие в выставках я потратил свыше $1 млн собственных средств",— говорит Мирчев. Помогли и личные связи в деловом сообществе. Например, одним из крупных франчайзи стал хороший знакомый Владислава, владелец компании "Экспедиция" Александр Кравцов.

На сеть SUN Studio приходилось 50-60% продаж компании "Сан". По словам Курочкина, дилеры "Сан" в обязательном порядке становились еще и франчайзи. Однако франчайзинговая компания оставалась личным проектом Мирчева, полностью независимым от "Роснано". Как следует из списка аффилированных лиц, до 30 июля Мирчеву принадлежало в ОАО "Франчайзинговая компания "Сан"" 75%. К 30 сентября его доля уменьшилась до 4% в пользу ABE SAKEM Engineering и Integration Technology. Первая являлась дилером "Сан" на Ближнем Востоке, вторая — в Китае, Гонконге и на Тайване. При этом, как считает Дмитрий Лисенков, "Франчайзинговая компания "Сан"" нередко получала принтеры по себестоимости и перепродавала франчайзи уже по рыночной цене. Мирчев этот факт отрицает: "Франчайзинговая компания никогда сама не продавала ни принтеры, ни чернила "Сан", а только рекомендовала их своим клиентам".

С осени 2012 года продажи принтеров "Сан" через франчайзинговую сеть были прекращены. Гендиректор франчайзинговой компании Антон Боруш признает, что сейчас переориентируется на принтеры других производителей. При этом из трех УФ-принтеров, представленных на сайте франчайзинговой компании, два идентичны моделям "Сан", правда, немного отличаются названиями. Например, принтер, который на сайте "Сан" называется Neo UV-LED 1,6, здесь обозначен как Neo Art UV-LED Black 1,6. Боруш объясняет это временной недоработкой — страницу не успели актуализировать. В "Сан" видят в этом злой умысел. "Наша технология и клиентская база ушли во "Франчайзинговую компанию "Сан",— утверждает Юрий Курочкин.— Клиентов намеренно вводят в заблуждение, что они имеют дело с компанией "Сан", хотя на деле это совершенно другая фирма. Мы в прошлом месяце звоним и спрашиваем: "Вы готовы заключить договор?" А нам отвечают: "Да мы же с вами уже заключили"".

Разные мнения у сторон и по поводу положения дел в самой компании "Сан". Владислав Мирчев отмечает, что после его ухода продажи упали с 10-15 принтеров в месяц до двух-трех. В итоге компания существует в основном за счет возврата НДС, льгот от государства и от правительства Новосибирской области. Юрий Курочкин признает, что продажи уменьшились, но не намного: по предварительным данным, в 2012 году выручка по сравнению с 2011-м сократилась всего на 6%. Одновременно компания значительно умерила свои аппетиты. Если раньше "Сан" участвовала в нескольких десятках выставок в год, то сейчас — в единичных мероприятиях. Был оптимизирован штат сотрудников, из менеджеров по продажам остались только самые эффективные. Недавно "Сан" подписала договоры с дилерами в Германии, США, Польше и Сингапуре. До этого, говорит Курочкин, разговоры о партнерстве безуспешно велись несколько лет. В итоге в конце 2012-го "Сан" впервые за несколько лет вышла на операционную окупаемость.

Сквозь призму  Юрий Курочкин смотрит на происходящее в компании "Сан" с позиций "Роснано"

Сквозь призму Юрий Курочкин смотрит на происходящее в компании "Сан" с позиций "Роснано"

Фото: Мария Ионова-Грибина

Встреча недоверчивых


Сегодня в арбитражном суде Новосибирской области находятся шесть исков от "Роснано" и инновационной компании "Сан" к Владиславу Мирчеву и другим бывшим топ-менеджерам компании на общую сумму 23,5 млн руб. Это бонусы и выходные пособия, на которые претендует прежнее руководство, но которые "Роснано" не хочет выдавать, ссылаясь на неудовлетворительные результаты работы. Однако иски по основным претензиям (по ущербу, который нанесла команда Мирчева) пока не поданы. Почему, если "Роснано" так уверена в своей правоте? "Сейчас мы инициировали несколько разбирательств в гражданских судах,— отвечает Дмитрий Лисенков.— Но при этом все необходимые материалы были переданы и в следственные органы".

Раздувать скандал не в интересах "Роснано", по крайней мере, пока она надеется успешно выйти из проекта. В ноябре прошлого года "Сан" получила престижный статус резидента "Сколково". Если бы в отношении топ-менеджеров компании было заведено уголовное дело, это было бы невозможно.

Буквально за месяц до позитивного события президент фонда "Сколково" Виктор Вексельберг на пресс-конференции пообещал создать так называемый черный список предпринимателей, от сотрудничества с которыми инвесторам стоит воздержаться. Один из присутствующих журналистов тут же привел историю с Владиславом Мирчевым, и Вексельберг допустил, что черный список поможет исключить подобные инциденты. "Мы, безусловно, в курсе ситуации, но пока у нас нет вопросов к тому, как ведет себя компания "Сан",— поясняет старший вице-президент по развитию и коммерциализации фонда "Сколково" Алексей Бельтюков.— Нас устраивает уровень ее технологий, и мы не получили достаточную информацию, чтобы наказывать компанию или тех, кто там работает. В отношении ее руководителей не было вынесено вступившее в силу решение суда". К слову, Бельтюков считает, что формировать черный список (он должен появиться в течение 2013 года) надо очень осторожно: лучше оставить кого-то безнаказанным, чем закрыть двери перед невиновными. Очевидно, в "Роснано" тоже опасаются, как бы из-за конфликта с Мирчевым не заработать имидж притеснителей.

В ноябре прошлого года в новосибирском Академгородке по инициативе "Роснано" была организована публичная встреча местных ученых и предпринимателей, которые занимаются инновационными проектами, с Владиславом Мирчевым и членом правления "Роснано" Юрием Удальцовым. Присутствовали около 20 человек. Целью двухчасовой встречи было разъяснить профессиональному сообществу причины конфликта и, возможно, найти пути выхода из ситуации. "Это очень сложный конфликт, и здесь я не увидел однозначно белых или черных. Обе стороны частично признали свои ошибки и вели себя достойно и уважительно, что является позитивом,— описывает Андрей Брызгалов, основатель новосибирской компании "Унискан" и один из участников встречи, ее итоги. — Но найти решение, которое бы удовлетворило обе стороны, не удалось".

Даже если "Роснано" наладит операционную деятельность "Сан", корпоративный конфликт может помешать успешному выходу из проекта. А выкупать пакет Мирчева в госкорпорации не хотят. Финал книги, над которой работает Владислав, пока остается открытым.

Комментарии
Профиль пользователя