Премьера / Театр
В Киевском театре драмы и комедии на левом берегу Днепра состоялась премьера эксцентрической комедии "Опискин. Фома!" по повести Федора Достоевского "Село Степанчиково и его обитатели". Чем сегодня может удивить, увлечь и рассмешить хрестоматийная классика, разбиралась ИРИНА ЧУЖИНОВА.
Рецепт, по которому "приготовлен" "Опискин", Алексей Лисовец использовал и раньше, когда ставил на этой же сцене "Ромео и Джульетту" Шекспира и "Куда подует ветер" Пиранделло. Как и в предыдущих случаях, режиссер переносит действие повести Достоевского в условные 50-60-е годы прошлого века. Впрочем, как и прежде, постановщика интересуют не столько календарный день и час, сколько атмосфера и колорит определенного исторического времени.
Повествование спектакля ведется от имени простодушного молодого человека Сергея (Андрей Исаенко). В прологе он попадает в залитый летним солнцем и наполненный зеленью дачный мирок, в центре которого красуется нелепое двухэтажное сооружение с крышей, поросшей молодыми деревцами, с наглухо заложенным кирпичом окошком и приколоченной вместо балкона скамейкой (художник спектакля — Олег Лунев). Сюда юношу привело странное письмо, полученное от дяди, полковника-вдовца Ростанева (Анатолий Ященко), в котором тот умоляет племянника жениться на его миловидной гувернантке Настасье (Анастасия Тритенко). Чуть позже ситуация прояснится неожиданным образом: оказывается, сам Ростанев по уши влюблен в эту девушку, но смертельно боится выдать свои чувства, опасаясь осуждения некоего Фомы Опискина (Лев Сомов), живущего в доме на положении приживала, но имеющего здесь безграничный авторитет и влияние. Велеречивые проповеди этого загадочного субъекта пользуются невероятной популярностью среди обитателей поместья. Фома же где станет, там и скажет то выспреннюю речь об отличиях между народной и "благородной" культурами, то очередную нотацию о высокой морали, примером которой, разумеется, является сам.
Каждый монолог Опискина превращен режиссером в отдельный мини-спектакль, эдакое шоу словоохотливого идола. Как только он открывает рот, прочие персонажи рассаживаются на стульчики в ряд, будто перед телевизором, и млеют от удовольствия. В этом импровизированном зале восседают и взбалмошная старуха-генеральша Крохоткина (Неонила Белецкая), и ее перезрелая дочь (Татьяна Комарова), и полоумная девица Татьяна Ивановна (Татьяна Круликовская), которую прочат в жены Ростаневу, и гордая приживалка Перепелицына (Светлана Орличенко), и контуженый на всю голову поручик Мизинчиков (Михаил Кукуюк), и жалко паясничающий отец Настасьи (Владимир Заднепровский), и амбициозная мещанка Обноскина (Олеся Жураковская), проявляющая заботу лишь о своем отпрыске-оболтусе (Михаил Досенко). Количество персонажей в спектакле настолько велико, что практически все они вскакивают в сюжет на считаные минуты, довольствуясь парой-тройкой реплик или крохотным эпизодом. И тут надо отдать должное актерам — свои роли они исполняют так броско и энергично, что, кажется, после окончания представления можешь детально рассказать биографию каждого из этих героев.
При желании даже в Фоме можно опознать бывшего партийного работника, ответственного аппаратчика, привыкшего вершить чужие судьбы. Но, судя по всему, Алексей Лисовец отнюдь не намерен критиковать советскую систему — он разоблачает кризис сознания, бессилие воли, интеллектуальную немощь всех без исключения героев. Поскольку, по мнению режиссера, во все времена люди беспечно выписывают генеральные доверенности на управление собственными судьбами разного рода проходимцам, избавляя себя от мучительной необходимости самостоятельно принимать решения и разбираться в проблемах бытия. Понять эту мысль дорогого стоит, и именно это звучит в спектакле вполне отчетливо. Огорчает лишь то, что, вынося на афишу неблагозвучную, двусмысленную фамилию главного героя, театр будто яркой мулетой машет перед носом настроенной только на развлечение публики, которая вряд ли способна по достоинству оценить россыпи драгоценных нюансов актерской игры и деликатное чувство юмора режиссера. Хотя, возможно, именно для этих зрителей прежде всего и важны идеи, заложенные в этом остроумном представлении.