Жена заказала

"Черная вдова"

       В Милане завершился длившийся почти полгода судебный процесс по делу об убийстве Маурицио Гуччи, менеджера компании Guccio Gucci SpA, продукция которого, украшенная эмблемой GG хорошо известна богатым модникам всего мира. Перед судом предстали пять человек, в том числе вдова убитого — Патриция Реджиани Мартинелли, по заказу которой и был застрелен Гуччи.
       
Привилегия
       Патриция Реджиани Мартинелли была второй женой Маурицио Гуччи. Первая супруга промелькнула в жизни популярного модельера, не оставив заметного следа. Даже итальянские журналисты поленились узнать, как ее звали. Известно лишь, что эта женщина страдала графоманией и в одной из своих любительских детективных повестей написала пророческую фразу: "Это привилегия — быть убитым наемным убийцей".
       Менеджер крупнейшего в Италии финансово-промышленного дома Gucci 45-летний Маурицио Гуччи был убит на лестнице, ведущей в его офис, четырьмя выстрелами из пистолета. Наемный убийца подкараулил его по дороге в офис. Киллеру удалось скрыться с места происшествия.
       Убийство Гуччи потрясло мир также, как спустя два года потрясет убийство Джанни Версаче. Итальянские СМИ дружно обвинили в случившемся мафию. Общепопулярная версия была такова. Гуччи собирался открыть казино в Швейцарии, чтобы отмывать деньги мафии. Возникли какие-то финансовые разногласия, и два высококлассных профессионала, специально выписанные с Сицилии, ликвидировали модельера.
       На расследование громкого дела были, разумеется, брошены лучшие силы уголовной полиции. Следствие сразу опровергло предположение о профессионалах. Наемный убийца стрелял из пистолета калибра 7,65 мм, непопулярного среди уважающих себя киллеров. Покушение было совершено не на улице, а в помещении, что снижало возможности скрыться с места преступления. Маршрут бегства проходил мимо полицейского участка. А самый большой прокол убийцы состоял в том, что его видели многочисленные свидетели, и полиции легко удалось составить фоторобот. Правда, последний — контрольный — выстрел в голову свидетельствовал о том, что убийца все же имел некоторое представление о том, как надо стрелять.
       Увы, после этого следствие зашло в тупик. И вышло из него лишь чудом. За торговлю наркотиками был арестован погрязший в долгах владелец маленькой пиццерии Орацио Чикала. Хотя он даже на суде утверждал, что никогда в жизни не стрелял ни в кого из пистолета, следователям удалось выяснить, что Чикала зачем-то неоднократно встречался со вдовой Маурицио Гуччи — Патрицией Мартинелли.
       Возникла версия причастности родственников убитого к преступлению, впоследствии оказавшаяся правильной.
       
Сага о Гуччи
       По традиции уголовного розыска следователь должен задавать себе вопрос: "Кому выгодно преступление?" В случае с Маурицио Гуччи список врагов был обширен — в него входили чуть ли не все представители многочисленного семейства Гуччи.
       Основателем династии Гуччи был Гуччо Гуччи, чьи инициалы и увековечены во всемирно известном торговом знаке. Он родился во Флоренции в 1881 году. Его отец продавал в магазине соломенные шляпки собственного изготовления. Магазин прогорел, сын поругался с отцом и убежал в Англию, где устроился работать в отель Savoy носильщиком. Каким-то образом разбогатев на этом посту, он вернулся в Италию, где женился, родил шестерых детей и в 1922 году открыл во Флоренции первый магазин кожаных изделий Gucci.
       Бизнес успешно рос. После смерти Гуччо в 1953 году дело перешло к трем сыновьям, которые долго судились между собой, а также с оставшейся без доли в бизнесе сестрой, чтобы пересмотреть завещание. 50% акций досталось старшему сыну — Альдо.
       Альдо умер в 1983 году, и его долю унаследовал его сын — Маурицио. Родня подала на него в суд, обвинив в подделке подписи на завещании с целью уклонения от уплаты налога на наследство. Маурицио бежал из Италии, был заочно приговорен к году тюрьмы, но позднее был оправдан апелляционным судом и, вернувшись на родину, вступил во владение фирмой.
       О жизни семейства можно рассказывать еще долго. О том, что заседания совета директоров фирмы нередко сопровождались руганью, а один раз дело дошло и до мордобоя. О том, что едва ли не каждый член семьи как минимум разок судился с любым другим: брат подавал в суд на брата, племянник на дядю и т. д. О том, что чуть ли не каждый из мужчин семейства Гуччи имел привычку уходить к любовнице, причем бывшая жена после развода обычно получала не алименты, а кучу долгов.
       Гуччи настолько погрязли в семейных склоках, что в конце концов их бизнес был скуплен бахрейнским инвестиционным банком Investcorp. В 1989 году свои акции продали братья Роберто, Паоло и Джорджио, получив примерно по $40 млн каждый. В 1993 году со своим пакетом акций расстался и Маурицио (он получил $100 млн). Правда, после раздачи долгов на руках у него осталась в сто раз меньшая сумма.
       Однако, следствию удалось выяснить, что бывшие партнеры по бизнесу не причастны к убийству Маурицио. Главной подозреваемой оказалась его бывшая жена.
       
Роковая женщина
       Патриция Реджиани Мартинелли познакомилась с Маурицио Гуччи в 1970 году. Двумя годами спустя они поженились, несмотря на яростные протесты отца Маурицио (по его словам, Патриция была "безродной, бедной девчонкой"). Брак их длился до 1990 года, когда Маурицио ушел к другой, оставив Патрицию с двумя детьми. Как вспоминают ее друзья, она говорила тогда: "Он оставил меня без будущего".
       По условиям развода Патриции досталась яхта, квартира в Милане и два дома — в Сент-Морице и Нью-Йорке. Она постоянно переезжала из одного места в другое. Багаж бывшей супруги известного модельера состоял из 100 чемоданов, набитых одеждой.
       Маурицио платил алименты в размере $860 тыс. в год. Получив эти деньги первый раз, Патриция сказала: "Этого хватит только на тарелку чечевичной каши! Чтоб он сдох!" А чуть позже поинтересовалась у личного адвоката: "Сколько мне дадут, если я его убью?" Еще одна ее знаменитая фраза звучала так: "Я буду лучше рыдать в 'Роллс-Ройсе', чем радоваться жизни верхом на велосипеде". Все эти высказывания стали известны потому, что после развода Патриция полюбила общаться с прессой и рассказывать подробности своей жизни с "душевнобольным импотентом".
       Позже она немного успокоилась, но слухи о том, что "душевнобольной импотент" намерен жениться в третий раз и может оставить детей без наследства, вновь разожгли ее гнев.
       В это время судьба свела ее с некоей Джузеппиной Ауриеммой, занимавшейся психоанализом и оккультными науками. Две женщины быстро подружились. Одним из их любимых совместных развлечений были спиритические сеансы. На одном из них духи намекнули, что бывшего мужа Патриции надо убить.
       Подруги решили обратиться за помощью к профессионалам. Увы, знакомого киллера ни у одной из них не было. Тогда Ауриемма стала искать его через своих друзей. Ей согласился помочь Ивано Савиони, привратник скромного миланского отеля, номера в котором сдаются с почасовой оплатой. Вскоре он представил заказчице двух желающих выполнить заказ — владельца пиццерии Орацио Чикалу и безработного автомеханика Бенедетто Чераулу.
       Все расходы по убийству взяла на себя, естественно, Патриция. Савиони получил за посредничество 50 млн лир, Чикала — 350 млн лир и Чераула — 150 млн. Неравномерная плата киллерам связана с тем, что Чикала должен был стрелять, а Чераула — лишь страховать напарника и помочь ему скрыться с места преступления на автомобиле. Еще 50 млн лир получила Ауриемма.
Таким образом, жизнь бывшего мужа Патриция оценила в 600 млн лир (около $350 тыс.).
       
Жадность киллера сгубила
       Все виновные в смерти Маурицио Гуччи имели большие шансы избежать правосудия. Но Чикале показалось, что 350 млн лир — слишком мало, и он стал названивать Патриции с требованием заплатить еще. "Безутешная вдова" категорически отказывалась. Именно эти звонки и удалось засечь полиции, следившей за Чикалой, заподозренным в торговле наркотиками. Если бы киллер довольствовался уже заплаченной суммой, ему грозило лишь несколько лет тюрьмы, а Патриция Мартинелли и вовсе осталась бы на свободе. Но жадность Чикалы нанесла вред всем.
       Патрицию Мартинелли арестовали в феврале прошлого года. К полицейской машине она вышла в норковой шубе до пят, увешанная ювелирными украшениями. На первом же допросе вдова заявила о своей невиновности. Молчал и киллер. Но когда полиция арестовала Ауриемму, Савиони и Чераулу, те сразу сознались в своей причастности к убийству и начали давать показания.
       Суд по делу Гуччи превратился в традиционную для семейства Гуччи склоку. Вдова придерживалась очень странной позиции. Она утверждала, что Чикала и Чераула шантажировали ее. Они якобы говорили, что в случае уплаты денег будет убит муж, а в случае неуплаты — она сама. Поскольку первый вариант был для нее предпочтительнее во всех отношениях, Патриция решила заплатить. Адвокаты вдовы заявляли, что после операции по удалению опухоли мозга их подзащитная находилась в состоянии "умственной нестабильности" и не могла отвечать за свои слова и поступки. В их словах есть доля истины, поскольку и на скамье подсудимых Патриция позволяла себе весьма своеобразные комментарии. Например, по поводу суммы, заплаченной за убийство, она сказала: "Именно столько он и стоил".
       Все подсудимые, кроме киллера, постоянно тыкали пальцами в Патрицию со словами: "Это она во всем виновата! Это она все придумала!" Бывшая подруга Ауриемма сообщила суду, что "Черная вдова" предлагала ей 2 млрд лир ($1,1 млн), в случае если она возьмет всю ответственность за убийство на себя. И только убийца Чикала меланхолически поглощал бутерброды, предпочитая говорить поменьше.
       
Приговор
       Хотя все осужденные по делу Гуччи подали апелляцию, маловероятно, что приговор в их отношении будет изменен. Непосредственный исполнитель убийства Чикала приговорен к высшей (по итальянскому законодательству) мере наказания — пожизненному заключению. "Черная вдова" — к 29 годам лишения свободы (прокурор требовал пожизненного заключения и для нее). Психоаналитик Джузеппина Ауриемма получила 25 лет; привратник-посредник — 26; помогавший киллеру скрыться с места преступления Чераула — 29.
       Все подсудимые выслушали приговор молча. А в зале суда заплакала 17-летняя Аллегра, младшая дочка Гуччи. Старшая, 21-летняя Аллесандра, на суде не присутствовала. Позже она заявила: "Моя мама — не 'темная леди', как хочет это представить пресса, она — ранимая маленькая птичка. Мы будем ждать, когда она вернется домой".
       
       ЭЛ Ъ-КЕЙСИ

Картина дня

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...