Правила игры
не оправдали надежд корреспондента отдела бизнеса Егора Попова
В пятницу правительство одобрило госпрограмму развития промышленности до 2020 года, которую разработал Минпромторг. Разложив на столе 400 страниц неопубликованного еще документа, я был уверен, что это источник тем минимум на неделю: 17 подпрограмм по всем отраслям от металлургии до народных промыслов. Я рассчитывал, что в каждой подпрограмме будет набор новых мер по поддержке той или иной отрасли. Но тщетно. Во-первых, большинство предложенных мер во всех отраслях почти идентичны. Во-вторых, о большинстве из них уже не раз говорилось. И главной новостью стало наличие отсутствия — радикальных идей, которые так активно высказывались до вступления России в ВТО, больше просто нет.
Основной упор в документе сделан на обновление технологической базы предприятий, стимулирование научных исследований и создание конкурентоспособных образцов отечественной техники, инвестиции в НИОКР, создание эффективной системы техрегулирования, развитие частно-государственного партнерства и т. д. Конечно, все это очень хорошо, но звучит до боли общо. Всем и так давно понятно, что нужно развивать собственные разработки и обновлять оборудование, но в большинстве случаев пока дальше слов это не заходит. Из более действенных мер можно выделить субсидирование российским предприятиям процентов по кредитам на техперевооружение, различные налоговые льготы и допустимые в ВТО меры таможенно-тарифной защиты, например антидемпинговые расследования.
Но в целом очевидно, что вступление в ВТО урезало перечень инструментов господдержки. Взять хотя бы энергомаш — я хорошо помню прошлогоднюю стратегию развития отрасли. Там значилось гораздо больше мер защиты, например, "законодательное запрещение" поставок иностранного оборудования, если их доля в энергосистеме достигнет 20%. А теперь в госпрограмме говорится о безобидном "использовании гибкой налоговой политики" и так далее. Более того, государство активно дистанцируется от прямой поддержки промышленности. В документе говорится о сокращении объемов прямого госфинансирования, участие в программе бюджета — всего 15%.
Получается, что после вступления в ВТО у государства из очевидных мер поддержки остались только утилизация, локализация и затяжные антидемпинговые расследования. Но, как показывает опыт автопрома, утилизация уже вызывает массу вопросов у ВТО, а обязательства по локализации иностранцы могут принять только добровольно.