Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от , стр. 10

 Федор Конюхов


Федор Конюхов пересек экватор

       20 октября участники кругосветной парусной гонки Around Alone 1998/99 начали пересекать экватор. Первым это сделал француз Марк Терселин. Вслед за ним в Южное полушарие ворвалась единственная женщина и его соотечественница Изабель Атиссье. Третьим был англичанин Джош Холл. Российский шкипер Федор Конюхов на яхте "Современный гуманитарный университет" прошел линию экватора на пять дней позже лидеров, зато умудрился в море сдать экзамены по римскому праву. О том, как складывается для ФЕДОРА КОНЮХОВА эта кругосветка, он рассказал по спутниковому телефону корреспонденту "Коммерсанта" ДМИТРИЮ Ъ-ВОСКРЕСЕНСКОМУ.
       
       — Федор, чем объясняется твое отставание от лидеров гонки? Ведь опыт хождения под парусом вокруг света у тебя не маленький!
       — Да, действительно, я дважды ходил вокруг света, но ни разу не участвовал в спортивной кругосветной гонке. Не только я, но и никто из российских яхтсменов никогда не участвовал в таком серьезном испытании. Так что основная причина моего отставания — нехватка гоночного опыта. Я разбил первый этап из Чарлстона в Кейптаун на несколько задач. Первое — это быстро пересечь Гольфстрим. Второе — пересечь Долдрам (самое узкое место между Южной Америкой и Африкой) как можно быстрее, после чего спуститься на широту Кейптауна. При этом надо было еще умудриться не попасть в зону высокого давления в Южной Атлантике. И последнее — прийти в столицу ЮАР до 28 ноября, чтобы хотя бы неделю отдохнуть до старта следующего этапа.
       — Почему этот Долдрам надо было пересечь как можно быстрее?
       — Дело в том, что это пояс между Америкой и Африкой, где встречаются северный и южный климатические фронты Атлантики, а также горячие ветры из Африки встречаются с влажностью Амазонки. Это район очень сильной турбулентности. Ветер в течение часа меняет направление четыре раза, управлять яхтой в таких условиях очень сложно. Сейчас прошел шквал в 45 узлов (85 км/ч), пришлось убирать геную (передний парус.— Ъ). Через 20 минут ветер снизился до 5 узлов. Опять распустил паруса — и так уже пятые сутки работаю. Каждая пройденная миля дается очень тяжело. В особенности тяжело то, что я совсем один и не с кем посоветоваться. Ведь никто в России не ходил этим маршрутом, тем более в одиночку. Встретил как-то на рассвете двух китов, они еще спали, и стало мне от этого очень грустно. Их-то двое, а я один.
       Почему кругосветные гонки одиночек считаются самыми сложными? Потому, что в отличие от гонок с экипажем, где каждый выполняет определенную задачу, мне приходится быть и навигатором, и тактиком, и рулевым, и с парусами работать. В общем, моя жизнь зависит только от меня одного, от моих действий, да еще от Бога.
       — Как тебе твоя яхта? Ведь ты же до этого не управлял экстремальными спортивными яхтами?
       — Во-первых, большое спасибо тебе за то, что ты помог мне подготовить яхту к старту. Во-вторых, по сравнению с яхтами соперников моя лодка старовата. Зато она уже дважды успешно прошла вокруг света, я ей доверяю и уважаю. Естественно, что впервые управлять спортивной яхтой не так легко. Иногда мне становится просто страшно, особенно когда она выходит на глиссирование при скорости 20 узлов. У всех участников Around Alone яхты имеют схожий дизайн, корпус широкий — 5 метров, длинный киль — 4,5 метра, и при попутном ветре они идут очень быстро. А вот при встречном ветре, когда дует на протяжении 30 дней с момента старта, яхта ведет себя очень плохо, ее огромный корпус врезается в волны, трещит и гремит, как барабан.
       — Какие у тебя впечатления от самого этапа?
       — В этой гонке просто нет легких этапов, все сложные. Другое дело, что я не предполагал, что это будет настолько тактический этап. Здесь, как в шахматах: прежде чем сменить галс, надо подумать: как это скажется на скорости яхты через пять дней. Все время решаю подобные головоломки.
       — Ты следишь за другими участниками регаты?
       — Да. Я знаю, кто из них и где находится. У меня есть компьютер, и раз в 6 часов я получаю сообщение с координатами всех яхт. Даже на своей бумажной карте откладываю несколько курсов: свой, маршрут лидера Марка Терселина и маршрут Виктора Языкова, чтобы знать, где находится мой друг.
       — Как дела с учебой в университете? Остается ли у тебя время на занятия?
       — Одну задачу я уже выполнил: доказал, что можно обучаться дистанционно и в экстремальных условиях. На днях проштудировал римское право и сдал 40 экзаменов из 120. Надеюсь, что ректор Современного гуманитарного университета Михаил Карпенко позволит мне защитить диплом юриста уже в Окленде. В океане я не получаю газет, нет телевизора, радио, поэтому не получаю никакой новой информации. Созерцаю океан, работаю с парусами и поражаюсь, что в свои 47 лет усваиваю учебный материал так же, как и 20 лет назад, когда учился в мореходке. Да, что касается мореходки, вчера ночью встретил наше судно из Петербурга. Разговорились с вахтенным начальником по рации. Оказалось, что мы вместе в один и тот же год заканчивали Кронштадтскую мореходку: я на механика, а он на штурмана. Очень было приятно, что встретил земляков и своего однокашника, да еще не где-нибудь, а на экваторе.
       

Комментарии
Профиль пользователя