Как известно, кризис здорово ударил по карманам всех граждан страны. Однако подорожавший общепит продолжает кого-то кормить. Мы спросили у наших читателей:
А вы ходите в рестораны?
Владимир Жириновский, руководитель фракции ЛДПР:
— Какие рестораны в наше время! Мне просто некогда туда ходить: работаю по 15 часов в сутки, приезжаю домой поспать, а потом снова на работу. Я вообще не был особым любителем ресторанных посиделок, да и дома мне заседать некогда. А уж после кризиса так и вообще никаких разговоров не было про то, чтоб в ресторан сходить.
Владимир Семаго, депутат Государственной думы:
— Хожу в основном за границей. Две недели назад в центре Рима мы смогли очень хорошо вчетвером пообедать за $120. Любимых ресторанов у меня много: в Париже, Амстердаме, Лондоне, в том же Риме. А вот в Москве рестораны меня поражают. Как могут люди у нас спокойно есть с серебряной посуды обед за 500 долларов, когда за стеной пенсионеры роются в помойке? Особенно это отвратительно во время нынешнего кризиса. Поэтому я в Москве стараюсь ходить в рестораны как можно реже, хожу только в свой клуб.
Михаил Кузнецов, вице-президент фирмы "Партия":
— В связи с кризисом частота посещений ресторанов у меня не изменилась. Хожу в основном к Аркадию Новикову: в "Елки-палки", в "Клуб Т", "Белое солнце пустыни" или "Гранд Опера". "Клуб Т", я думаю, лучший французский ресторан в Москве. Хотя и цены там соответствующие — обед от 50 до 100 долларов без вина. Но там не обсчитывают и не отравляют. А вообще, хочется, чтобы к сегодняшнему качеству вернулись цены 70-х. А вообще, пока будут деньги, буду ходить.
Владимир Довгань, председатель совета директоров ЗАО "Довгань-холдинг":
— Я часто обедаю и ужинаю в ресторанах, потому что живу сейчас один. Кризис кризисом, а правильно питаться надо всегда; вопроса, как сэкономить на обеде, у меня не возникает. Без этого долго при такой нагрузке не протянешь. Хожу в "Белое солнце пустыни" и в "Сирену", хотя средний заказ там обычно обходится в 100 долларов. Обеды и ужины по регламенту, конечно, были и будут, но долгих дружеских застолий в ресторанах я не люблю. Лучше дома посидеть.
Сергей Соловьев, режиссер:
— Нечасто, больше люблю домашнюю кухню и дружеские застолья. Мне наши нынешние рестораны не очень-то нравятся. Раньше был какой-то ресторанный этикет. А теперь посещение ресторана — это, скорее, дуракаваляние: прийти, деньгами посорить. Оно бывает приличное: в "Царской Охоте", в "Белом солнце пустыни", в "Сирене" — это еще куда ни шло. Там мне нравится. А бывает, вынесут вам кусок гадости за 500 долларов, и что хочешь с ним, то и делай. Нет у нас ресторанной культуры, а теперь и вообще не будет, потому что нормальные люди в рестораны уже не ходят, а остались одни бандиты. Поэтому я теперь, наверное, совсем ходить перестану, разве что по делам, когда не отвертишься.
Юлия Меньшова, ведущая программы "Я сама":
— Хожу, как и раньше. Кризис не повлиял на частоту посещений ресторанов, а вот по "карману" ударил. Безусловно, платить за обед на двоих рублей шестьсот очень и очень накладно. Обычно я выбираю ресторан по удобству расположения. Так получилось, что это рестораны "Трам" и "Дядя Ваня", потому что находятся в центре. Очень удобно, вкусно, и я успела привыкнуть к их кухне. Хотя в "Траме" обед подорожал практически в 2-3 раза.
Владимир Винокур, артист:
— Я люблю японские рестораны. Во всем мире они дешевые, а у нас — наоборот, особенно в "Токио" или в "Сакуре", одна закуска долларов пять стоит. А рыба часто несвежая, и рис плохо приготовленный. Как до кризиса ходил, так и сейчас хожу — это моя страсть. Однажды со мной такая история случилась. Ехал я с дачи, и мне в машину позвонили друзья, говорят: приезжай к нам в "Белое солнце пустыни". Я туда приехал, вышел из машины, а охрана меня не пускает: я тогда постригся наголо, был в спортивном костюме. Мурыжили меня минут двадцать. Но когда все разъяснилось, директор прислал нам с извинениями бутылочку Hennessy.
Константин Боровой, депутат Госдумы РФ:
— Для меня посещение ресторанов связано в первую очередь с работой. В ресторанах я встречаюсь с послами и крупными иностранными предпринимателями, и, естественно, я выбираю рестораны "Максим" или "Театро". После 17 августа там цены, конечно, выросли. К примеру, ланч на двоих стоил 120 долларов, а теперь — 150. Да и ходить я стал гораздо реже, встреч стало меньше: иностранцы уезжают, им не до ресторанов. Публика вообще сильно изменилась. Недавно я встречался с помощником президента США в ресторане "Шинок". Так нам ее испортили какие-то бандиты своим безудержным весельем и наглыми пьяными выходками. Вообще, домашние застолья гораздо лучше ресторанных. И не беда, что они сейчас снова возвращаются, лучше "в тесноте да не в обиде".
Ефим Шифрин, артист:
— Я в основном по ресторанам хожу на гастролях с организаторами. Это страшная мука, когда официантки узнают, что я вегетарианец, они начинают меня жалеть и причитать. Еще я не выношу пьяные приставания, расспросы братвы "за жизнь" и приглашения на "белый танец". Это страшно раздражает. В ресторане невозможно ни расслабиться, ни по душам поговорить. Посидеть с друзьями дома, на кухне — вот это самое милое дело. А сейчас, когда на горизонте снова маячит дефицит, я думаю, мы вообще по ресторанам перестанем ходить. Будем опять встречаться с друзьями на кухне, пить водку, петь под гитару.