Среди преобразований в образовательном поле мало найдется столь раздражающих, как слияние школ. При этом никаких нормативных актов, регламентирующих этот процесс, нет и в законе "Об образовании" написано сухо: реорганизация возможна только после проведения экспертизы. Чиновники уверяют, что все делается добровольно. Итоги добровольного порыва впечатляют: согласно постоянно уточняющимся данным, стремление "слиться в экстазе" вдруг практически синхронно охватило несколько сот московских школ и детских садов. Слияние сопровождается скандалами. Департамент образования на все упреки отвечает: мы ни при чем, все происходит по инициативе снизу. Более того, столичный министр образования Исаак Калина заявляет, что решение о слиянии не принимается без предварительного согласия управляющего совета учреждений, а также родителей и педагогического коллектива. В ответ родители и педагоги (последние неофициально) заявляют о многочисленных случаях подтасовок в проведении голосования, оформлении протоколов, давлении и дезинформации со стороны директоров и представителей окружных управлений образования.
В чем же смысл столь шумного мероприятия, которое, по некоторым оценкам, уже уронило рейтинг доверия к Собянину на несколько процентов? Меньше всего реальные причины массового слияния школ и детских садов можно понять, исходя из официальных объяснений.
Непосредственным поводом для разговоров о слияниях стали объявленные прошедшей весной результаты электронной записи в школы, по итогам которых было объявлено, что 83 учебных заведения, не набравших необходимого количества первоклассников, будут слиты для повышения конкурентоспособности с тем же числом школ успешных. Таким образом, единственным резоном объединения объявлялась необходимость повышения качества образования.
Так оно, конечно, так, но волна слияний и поглощений (именно так можно обозначить развернувшийся процесс, так как школа, проигравшая в бюрократической борьбе за существование, теряла и номер, и статус) приобрела масштабы, далеко превосходящие первоначальные 83+83. Ныне создание "образовательных комплексов", именно так теперь велено называть "колхозы", в которые зачастую входят больше четырех школ и детсадов, обосновывается новыми условиями финансирования образовательной сферы. Факт остается фактом: школа, проигравшая в количестве детей, может оказаться банкротом. Отсюда внешне необъяснимая тяга к укрупнению, охватившая директоров московских школ и детских садов. Еще одна неафишируемая причина — стремление поднять среднюю зарплату педагогам. Именно этот показатель с подачи президента стал основным при оценке работы и директора школы, и руководства региона. Поднять этот показатель можно либо повышая объем выделяемых средств, либо сокращая часть педагогического и иного персонала и за счет увеличения нагрузки на оставшихся. Излишне говорить, что в итоге такой подход способен лишь профанировать объявленную цель.