Коротко


Подробно

 Завершился "Киношок"


Тоталитарное снова в моде

       Завершившийся в Анапе VII Открытый фестиваль кино стран СНГ и Балтии до сих пор называется "Киношок", хотя по шокирующему кино он специализировался лишь на заре своего существования. Теперь он ежегодно подбирает все значительные отечественные фильмы, ускользнувшие от "Кинотавра". Однако конкуренцию между двумя основными российскими кинофестивалями смягчает то, что "Киношок" исчерпывающе отслеживает кинопроцесс стран бывшего СССР, из которых кинематографическими регионами остаются Украина, Прибалтика, Грузия и Казахстан.
       
       Анапский конкурс чаще всего воспроизводит модель интернациональных взаимоотношений внутри Советского Союза: все братские республики равны, но Россия равнее. На этот раз российских фильмов было сравнительно мало — всего треть, но основной фаворит, как обычно, выдвигался из их числа. "Тоталитарный роман" Вячеслава Сорокина выполнял в этом году примерно ту же функцию "осеннего фильма #1", что и "Вор" Павла Чухрая — в прошлом.
       Однако тогда жюри под руководством Даниила Гранина проявило коварство и бросило только что обласканному в Венеции "Вору" утешительную кость в виде жюри дистрибуторов, а Гран-при, к злорадному удовольствию многих, отписало примитивистской грузинской притче "Райские птички". Нынешнее жюри во главе со Святославом Бэлзой национальной самобытностью не прельстилось, сюрпризов не преподнесло и вручило приз расплакавшемуся на сцене Сорокину. Актрисе из "Тоталитарного романа" Галине Бокашевской вполне заслуженно достался и приз за женскую роль сдобной провинциальной барышни образца 60-х, до полусмерти напуганной своим романом со столичным оболтусом, который скрывается в глубинке от длинных рук советской власти.
       Впрочем, Грузия тоже в обиде не осталась. Отъявленный гуманизм и безапелляционность жизнеутверждающего пафоса в картине "Здесь рассвет", завершающейся редким по простодушию катарсисом, принесли спецприз жюри 33-летнему режиссеру Зазе Урушадзе. История о том, как один крутой мужчина все бросает и посвящает себя выхаживанию своего неизлечимо больного ребенка, вызывает тот же вопрос, что и один из лучших фильмов фестиваля — "Георгики" сорокалетнего эстонца Сулева Кеэдуса: почему такие молодые люди снимают такие старческие, тяжеловесные, насупленные фильмы?
       Прибалтика вообще который год демонстрирует очень густую и наваристую кинематографическую культуру, настолько трудно и медленно усваиваемую, что даже профессиональному зрителю заведомо недостаточно одного просмотра для проникновения в суть. Фильм "Нас мало" лидера прогрессивного литовского кино Шарунаса Бартаса стал сенсацией на "Киношоке" два года назад, на прошлом фестивале "Ожерелье из волчьих зубов" тоже литовца Альгимантаса Пуйпы два часа услаждало внимание публики изысканнейшей операторской работой, а теперь вот "Георгики" заставили тех, кто не читал Вергилия, почувствовать себя идиотами.
       В несколько другом роде отличился латвийский корифей Ян Стрейч, представивший "Жернова судьбы" — фольклорное недоразумение о том, как любовь побеждает раковую опухоль, разъедающую изнутри героя Ивара Калныньша. Приз за режиссуру этому слабому фильму стал самым шокирующим решением жюри, один из членов которого Николай Олялин высказался об увиденном так: "Первую треть фильма я с ним знакомился, а все остальное время — плакал".
       На глазах расцветает махровым сюрреалистическим цветом украинское кино. Консервативные круги фестиваля были очень недовольны присуждением приза критики ботанической драме Алены Демьяненко "Две Юлии", в которой орхидеи отбивают мужей у человеческих женщин и претерпевают на операционном столе кесарево сечение. Критики долго чесали в затылках, припоминая, где они могли видеть нечто подобное, ничего, кроме фильмов ужасов о плотоядных растениях, не вспомнили и благословили молодого украинского режиссера на дальнейшую разработку темы: "Чем лучше я узнаю людей, тем больше я люблю растения".
       Прошлогодний массированный десант студии Горького в лице "Упыря" и "Мытаря" продолжил Александр Хван с фильмом "Дрянь хорошая, дрянь плохая...", который мог быть как-то отмечен, если бы кинематографическая общественность не познакомилась с ним еще полгода назад. Мог быть отмечен и побывавший в Канне "Киллер" казахского режиссера Дарежана Омирбаева, видимо показавшийся слишком простым и незамысловатым.
       Но едва ли какие-то шансы были у картины Ивана Дыховичного "Незнакомое оружие, или Крестоносец-2", взятой в конкурс не глядя. Большинство расценивают этот сиквел популярного боевика о съемках фильма про средневековье как провал. На самом деле это просто пейзаж после битвы режиссера с продюсером Александром Иншаковым, ключевой фигурой первого "Крестоносца". Ирония и формальные фокусы Дыховичного вступили в неравный бой с унылым, принципиальным, правильным кино про мужественного героя-каскадера, любимца женщин и детишек. Музыка Антона Батагова, ночные кадры с блестящим мокрым асфальтом и дрожащими бликами на воде, тщательная композиция кадра — все эти рудименты Дыховичного должны ужасно раздражать Иншакова, который, говорят, собирается перемонтировать картину по-своему, по-крестоносовски, разрубив своим мечом гордиев узел взаимоотношений авторского и коммерческого кино.
       ЛИДИЯ Ъ-МАСЛОВА
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение