Девочке три года. У нее тяжелый порок сердца. Очень тяжелый. С остановками сердцебиения, реанимациями, частичной нетранспортабельностью и полной в России неоперабельностью. Оперировать Таню берутся только в Германии. И еще у девочки одна беда — родители работают. Не иждивенцы, не бюджетники, а малые предприниматели. Держат в Калининградской области магазинчик "Овощи-фрукты". И оттого что они предприниматели, все благотворительные фонды отказывают им в помощи. Думают, раз предприниматели, значит, богатые, значит, яхты и виллы на Ривьере. И поди докажи, что не то что вилл нету, а даже и единственный дом свой продали, чтобы лечить Таню.
Первый сердечный приступ случился с Таней на второй неделе жизни. Девочка посинела и перестала дышать. Повезли в районную больницу в Гурьевск, вызвали реанимобиль из Калининграда. В Калининграде выяснилось, что не только порок сердца, но еще и пневмония успела развиться из-за недостаточного кровоснабжения легких. Вылечили пневмонию, сели в самолет, полетели в Москву, в Бакулевский центр. Но не долетела Таня. Взлет и посадка слишком тяжелым испытанием оказались для ее сердца. Был еще приступ. В аэропорту у трапа встречал реанимобиль МЧС. Опять откачали и довезли до Бакулевки. Чтобы узнать, что исправить ничего нельзя, можно лишь сделать три паллиативные операции, которые облегчат состояние девочки, но не спасут от смерти, а лишь оттянут ее наступление.
И все это, казалось бы, было бесплатно. По государственной медицинской страховке. Но хрупкое благосостояние Таниных родителей уже начало таять. Они ведь сами работают в этой своей овощной лавке. Сами закупают овощи-фрукты у оптовиков, сами стоят за прилавком. И если жена с младшей дочкой едет в Бакулевский центр в Москву, так, стало быть, надо нанять вместо нее работника. А если дома остаются еще двое старших детей, так, стало быть, с ними должен сидеть муж. И стало быть, хочешь не хочешь, а и второго работника найми. И никто ведь не платит никаких компенсаций, не дает никаких больничных по уходу за ребенком. Частный ведь бизнес: больничный оформить можно, но это значит, что из одного кармана деньги берешь и в другой перекладываешь. Так до всякой еще коммерческой медицины стала семья Бабакишиевых беднеть. Оставшаяся без хозяйского глаза лавка приносила не больше 15 тыс. руб. в месяц. Вот и пойди проживи на 15 тыс. с тремя детьми да на два города — Москву и Калининград.
А тут еще, как назло, московские врачи отказались от Тани, сказали, что девочка неоперабельна. Пришлось искать врачей за границей. И ведь нашли в Берлине. И готовы были берлинские врачи оперировать. Но выставили счет — €31 тыс. Где взять деньги? Продать бизнес?
Но овощная лавка — это ведь не нефтяная компания. Овощная лавка приносит, конечно, если трудиться, какой-никакой доход, но продать ее нельзя. Помещение арендованное. И никакая "Стэндарт энд Пурс" не станет оценивать овощную лавку, исходя из объема разведанных запасов овощей. Нету никаких запасов. Всех и активов-то в этом бизнесе — кассовый аппарат и лицензия о государственной регистрации индивидуального предпринимателя.
Чтобы лечить девочку в Германии, продать Бабакишиевы могли только дом, вернее полдома, потому что целого дома у них не было, а жили в отдельно стоящем доме через стенку с соседями. Впрочем, и этого продать не могли, потому что по закону нельзя продать жилье, в котором прописаны дети. Нельзя, даже если продаешь жилье, чтобы одного из прописанных в этом жилье детей спасти от смерти.
Слава богу, сотрудники органов опеки оказались людьми невнимательными, а соседи Бабакишиевых оказались людьми добрыми — прописали детей к себе, на свою половину. Юридически дети Бабакишиевых оказались живущими по тому же адресу и на такой же площади, и органы опеки разрешили Бабакишиевым продать их половину дома. Этого хватило, чтобы поехать в Германию, провести серьезные обследования, получить счет на предстоящую операцию и разъяснения, что при удачном исходе операций будет три.
На "удачный исход" у Бабакишиевых денег нет. Обычно в таких случаях люди обращаются к благотворительным фондам. И Бабакишиевы обращались. Однако ж благотворители, увидев у Бабакишиевых в документах слова "частный предприниматель", отказывали, не разбираясь. Полагали, видимо, что на помощь может рассчитывать человек, только если и так сидит на шее налогоплательщиков. А если трудишься, зарабатываешь на хлеб своими руками, то помощи не жди. Хотел быть сам по себе, вот и будь сам по себе, даже если беда, случившаяся с твоим ребенком, стоит на порядок дороже доходов от овощной лавки.
И все же они ждут помощи. Работают — бросить нельзя. Старших детей — в школу и садик. Маленькую Таню каждый день рвет от сердечной недостаточности. Но мама радуется этой рвоте, потому что вместе с рвотой выходит из легких слизь, предупреждая новую пневмонию. Пневмонией заболеть нельзя. Надо работать. Старших детей забрать из школы и садика. Дождаться денег и ехать в Германию. Первая операция назначена на 6 ноября. Это Танин день рождения.