- Скажите, - спросил я, - а старые шины можно оставить у вас на утилизацию?
- Конечно, - ответил мастер, он же - владелец небольшой мастерской, - сто рублей за колесо.
- А куда отправятся эти колеса? - продолжал интересоваться я, явственно представляя себе, как получив четыреста рублей и дождавшись моего ухода, атлетического вида специалист играючи запулит шины в ближайший мусорный контейнер.
- Вам зачем знать? Есть места.
Я насторожился. Мастер, увидев мое смятение, продолжил:
- Вообще, мне невыгодно брать колеса на утилизацию. Потому что выбрасывать их как простой мусор нехорошо, тем более взяв с вас денег, а заводы по переработке шин, которые так любят показывать по телевизору, берут партии от 15 тонн. Мне что, ангар специальный держать? Так что единственный выход - ждать, пока колеса возьмут для организации очередной пейнтбольной площадки.
В итоге старую резину я отвез на дачу. Может, в хозяйстве пригодится.
Меня можно назвать экологическим фриком. Некоторые этим пользуются. Товарищ с глумливой улыбкой как-то отдал мне в командировке батарейки от диктофона, с тем, чтобы я отвез их домой, положил в специальный ящик у себя в квартире, а потом отправил на переработку. Он знал, что я не выкину батарейки просто так.
А еще я собираю перегоревшие энергосберегающие лампочки. Они содержат ртуть, и выбрасывать их "просто так" - экологический грех. В какое место их засовывать, когда лампочек набирается слишком много, не очень понятно. До сих пор я пользуюсь добротой одного магазина, организовавшего в своей сети сбор опасных отходов. Но магазин не обязан этого делать. Несколько писем, написанных лет пять назад в департамент любви к природе правительства Москвы - куда девать опасные лампочки, переходить на которые советует социальная реклама - до сих пор остались без ответа.
Не удалось мне узнать, где в Северном округе Москвы принимают на переработку пластик - бутылки от воды. Я знаю, что существуют предприятия, принимающие пластик и макулатуру у населения. Но почему я, житель энергетической сверхстолицы Вселенной, должен тратить для цивилизованного расставания с отходами полтора часа, а обитателю, скажем, белорусского Могилева достаточно выйти во двор и подойти к контейнеру с соответствующей маркировкой - пластик, стекло, бумага?
Недалеко от моего дома, рядом с тем местом, где строится развязка новой трассы Москва-Петербург, высится мусорная Джомолунгма. Огромные самосвалы на ее вершине, с которой наверняка виден Кремль, смотрятся вшами на колесах. Нормальной переработки и утилизации мусора нет даже в Москве, что уж говорить о провинции, где считается, что Россия занимает такую площадь именно для того, чтобы у народов, ее населяющих, до конца света не возникло проблем с продуктами жизнедеятельности человека разумного.
Короче, держа весь этот мусор в голове, я узнаю, что с 1 сентября вводится утилизационный сбор на новые автомобили, импортируемые в нашу страну. Ну не дичь? Для начала, почему я сразу должен оплачивать утилизацию вещи, с которой, может, расставаться вовсе не собираюсь, а поставлю ее на вечную память у себя на даче?! И почему сбор касается только "их" автомобилей, а не "наших" - потому что "они" дают 12-летнюю гарантию от сквозной коррозии кузова, а во многие отечественные машины с советских времен закладывается тщательно разработанная программа самоуничтожения, которая начинает разлагать автомобиль до состояния антиматерии с третьего года эксплуатации?
Такое перекладывание с больной головы на здоровую напомнило мне ситуацию, описанную много лет назад в советской газете. Автор с возмущением сообщал, что в цену отечественных телевизоров, вечно требовавших ремонта, всех этих "электроник", "березок" и "витязей", были включены многочисленные визиты мастера по гарантийному ремонту. Потребитель, не имея выбора, оплачивал плохую работу заводов. Мы не наладили цивилизованный прием мусора, но уже готовы взять с вас денег за последующую утилизацию автомобиля. Я сильно переживал. А потом узнал, что введение сборов никакого отношения к природе не имеет - во всяком, случае, пока. Это всего лишь компенсация падения таможенных сборов, на которые Россия должна была пойти в связи со вступлением в ВТО.
Все получилось хорошо, как в анекдоте. "Любимый, возьми меня!" - "Ну что ты, дорогая, мы никуда не едем".