Вчера Государственная противопожарная служба МВД России отметила свое 80-летие. Пожарным есть чем гордиться. Они довольно успешно справляются с крупными пожарами, спасают из огня сотни людей. Есть у юбиляров и проблемы: новое руководство МВД планирует передать службу Министерству по чрезвычайным ситуациям. При этом никто не гарантирует, что у пожарных сохранятся ведомственные льготы, компенсирующие им мизерную зарплату. О задачах, которые сегодня решают пожарные, корреспонденту Ъ СЕРГЕЮ Ъ-ДЮПИНУ рассказал начальник управления государственной противопожарной службы Москвы генерал-майор ЛЕОНИД КОРОТЧИК.
— В правительстве обсуждается передача противопожарной службы из МВД в систему МЧС. Как вы к этому относитесь?
— Общеизвестно, что крупный пожар требует четкого взаимодействия различных служб МВД: собственно пожарных, ГАИ и охраны порядка. Для оперативных действий в условиях критических ситуаций необходимо единое руководство и персональная ответственность. Как бороться с огнем, если все наработанные десятилетиями связи будут разрушены, я не представляю.
К тому же будет довольно сложно сохранить в нашей системе профессионалов. По моему глубокому убеждению, столицу должны охранять москвичи. Поэтому солдат-срочников из регионов мы больше не призываем и полностью перешли на профессиональную, контрактную основу. Костяк управления составляют фанаты своего дела, для которых борьба с огнем стала семейной традицией. Бойцам-контрактникам предоставлен удобный график работы — сутки--через трое, все льготы системы МВД, и хотя зарплата небольшая — рядовой сотрудник получает чуть больше 800 рублей в месяц,— недостатка в кадрах мы не испытываем.
— Соответствует ли техническая оснащенность вашей службы потребностям современного мегаполиса?
— В целом, да. Мы готовы оказать достойное сопротивление любому пожару. Во многом потому, что городские власти принимают участие в решении всех наших проблем. Фактически мы уже не федеральная, а муниципальная служба. С помощью города введено в действие 20 новых пожарных депо, сформирован приличный парк автотранспорта — из 750 автомобилей в ремонте находится только 13, постепенно обновляются подъемные механизмы и рукавное хозяйство.
На вооружении пожарных скоро появятся индивидуальные установки импульсного тушения: узкая струя воды, находящаяся в мелкодисперсном состоянии, гораздо эффективней обычного брандспойта. Мы планируем оснастить ими в первую очередь школы, больницы и поезда метро. Кстати, Лужков предложил совместить подобные установки с автоматом Калашникова — для подачи жидкости к очагу пожара будет использоваться энергия пороховых газов. Это весьма перспективная идея.
Для тушения пожаров в многоэтажных зданиях у нас есть высотные коленчатые подъемники. Но будущее не за ними. Высоту подъемника нельзя увеличивать до бесконечности — рост этажности современных зданий происходит быстрее, поэтому у нашей службы появился пожарный вертолет. Он может сбросить на крышу горящего здания до 5 тонн воды, а также эвакуировать людей с верхних этажей.
— Вертолет прилетает практически на все крупные пожары, но используется далеко не всегда. Оправдывает ли себя столь дорогая "игрушка"?
— Никакими деньгами нельзя измерить ужас, который испытывают заложники огня в высотных зданиях. Увидев в небе вертолет, люди понимают, что пожарные сделают все для их спасения. Вертолет — это их надежда, моральный фактор, позволяющий предотвратить панику, а это, поверьте, оправдывает любые затраты.
— В Москве немало крупных промышленных объектов, пожары на которых могут привести к непоправимым последствиям. С начала года уже трижды горел, к примеру, НПЗ "Капотня". Мы на грани катастрофы?
— Я бы не стал драматизировать ситуацию. При возникновении крупного пожара на той же "Капотне", скорее, можно говорить об экологической угрозе. Взрыва и разрушений мы, конечно, не допустим, но вредные выбросы в атмосферу предотвратить не в состоянии. Радикальным решением подобных проблем является только вывод НПЗ и других пожароопасных предприятий за пределы города. Сейчас этот вопрос обсуждает правительство Москвы.
— В Москве появилось очень много высотных зданий. Пожар в таких домах особенно сложен и нередко приводит к трагедиям. Недавно горело общежитие Академии нефти и газа, погиб человек...
— Сегодня гибель на пожаре скорее исключение, чем правило. Вьетнамский студент предпринял попытку самоспасения и разбился еще до того, как мы приехали на пожар. Остальных студентов бойцы успешно эвакуировали.
Пожары в многоэтажных домах легче предотвратить, чем ликвидировать. Наши требования должны учитываться при проектировании, строительстве и, что самое главное, эксплуатации высотных зданий. К примеру, коридорная система в сочетании с вертикальными каналами — лифтовыми шахтами, лестничными маршами — создает условия для стремительного распространения огня под действием воздушных потоков. Если коридоры захламлены, на дверях не работают устройства автоматического закрытия, кабельные шахты не перекрыты на этажах, как это было в упомянутом общежитии,— любое загорание приводит к пожару высшей категории сложности.
— А что делать с домами, которые были построены, когда ваша служба еще не существовала? По статистике, они горят чаще новостроек.
— К сожалению, именно эти дома и доставляют нам проблемы. Яркий пример — сгоревшее недавно здание Службы морского флота Минтранса России. Деревянные перекрытия и перегородки, многочисленные пустоты под полом и внутри стен затрудняют не только доступ к огню, но и его своевременное обнаружение. Сотрудники министерства обратились к нам за помощью только через час после возгорания. За это время огонь успел распространиться по пустотам, а открытого огня люди не видели.
Большинство таких проблемных домов требуют реконструкции, причем не просто перекраски фасада, как это зачастую делают владельцы, экономя деньги, а капитального ремонта с учетом всех наших требований. Только это избавит их от пожаров.
— Сотрудников вашей службы часто обвиняют в кражах. Действительно, велик соблазн все списать на огонь. Насколько это соответствует действительности?
— Времена, когда голодные солдаты-пожарные таскали колбасу из холодильников погорельцев, давно прошли. У нас работают профессионалы, уважающие себя и других. Скорее актуален вопрос о культуре работы на пожаре. Допустим, увидев картину на стене, пожарный не должен поливать ее водой из брандспойта. Но до сих пор действует ведомственная инструкция, по которой пожарные не несут ответственности за ущерб, связанный с тушением огня.