Коротко


Подробно

"С кем-то объединяются только слабые"

Владимир Жириновский о коалициях политиков

В рамках специального проекта "Коммерсантъ FM" "Кандидат 2012. Прямой разговор в прямом эфире" на вопросы политического обозревателя радио новостей Станислава Кучера ответил Владимир Жириновский.


— Вечер добрый всем, кто нас сейчас слышит. В студии Станислав Кучер, и передо мной Владимир Жириновский. Здравствуйте, Владимир Вольфович.

— Добрый вечер.

— Спасибо, что пришли к нам.

— Почему Зюганова позвали сперва, а потом меня? Вот как это у вас?

— Неправда.

— Но вчера он был у вас?

— Совершенно верно, но это не значит, что мы его позвали первым. Мы разослали приглашения одновременно и вам, и Зюганову, и Прохорову, и Путину. Но получилось так, что чья пресс-служба как отреагировала, так мы вас и распределили.

— Я не возражаю, я только о том, что мы не можем освободиться от коммунизма. У нас везде КПРФ, КПРФ, вот она везде идет на выборах, он везде на выборах в президенты, он второй, он второй, партия… Мы сами провоцируем нашу зависимость от левой идеологии. И здесь вот. Сегодня "Независимая газета" публикует по алфавиту портреты кандидатов в президенты, и первым ставит Зюганова! Значит, у них там в редакции уже не русские сидят. Первая в алфавите буква "ж", потом "з", потом "м" и две на "п" фамилии у нас. Все. Жириновский, Зюганов, Миронов, Прохоров, Путин. Все давно сказал Избирком, показал всем. Нет, ставят Зюганова первым, Жириновского – вторым. Я не обижаюсь, но вы чего алфавит-то уже коверкаете?

— Владимир Вольфович, я думаю, что вас это не должно беспокоить, такого опытного политика. Подумаешь, какая разница, кто. Запоминается все равно самое яркое, самое новое, что человек сказал, а не то, как его там где поставили. Смотрите, обычно мы начинаем наш разговор с обсуждения последних новостей, но сегодня таких прямо громких, ярких новостей практически нет. За исключением, пожалуй, вот, Игорь Юргенс, глава Института современного развития (ИНСОР), который всегда считался "медведевским", вдруг взял и заявил, что Дмитрий Медведев не будет очень успешным премьером. По его мнению, соратники Путина, цитирую, "растерзают Медведева на этом посту". Ваш комментарий по поводу этого?

— Я с уважением отношусь к деятелям культуры, там, политологам, и деятелям, может быть, из окружения. Человек выбирает по ветру, куда начинает ветер дуть, он готовит запасные аэродромы. Вот в этом мое отличие в России. Я никогда не смотрел, что там к Горбачеву приблизиться, там, Путин, Медведев, или еще что-то. А он, несчастный, понимает, что вот тут как бы ситуация такая, что Медведев уже не будет точно президентом, а вдруг его премьер-министром назначат, и куда ему податься? Кто ИНСОР будет финансировать? То есть, мерзкий, отвратительный тип. Бегают все, как проститутки: Пугачева, там, ты такой высокий, ты издалека видишь. Она – дура, Пугачева! Это верзила такой, это больной человек с таким ростом. Она начинает: ах ты такой высокий… Это в русской сказке далеко видят, а здесь сегодня очки надо одевать.

— Владимир Вольфович, а не опасаетесь или, наоборот, хотите новых судебных исков? С Пугачевой судиться или…

— Да плевать я хотел на эту Пугачеву, от нее страна устала уже. Эдит Пиаф умерла, и забыли ее. Сейчас Хьюстон умерла, и забудут ее. А эта жива и пятого мужа уже меняет. Сколько можно уже показывать?

— Владимир Вольфович, давайте так. Мы сейчас…

— Сколько у нее мужей?

— Владимир Вольфович, вы же мужчина, правильно?

— О, испугались! Хозяин — Усманов. Сейчас позвонит, скажет: Кучер, что ты там разрешаешь Жириновскому ворковать? У нас же несвободная страна. Я знаю, что у нас нет свободы!

— Владимир Вольфович, кофе отхлебните, пожалуйста, и чуть поспокойнее.

— Даете отравленный кофе и думаете, я буду пить?

— Вы не волнуйтесь, вы же меня прекрасно знаете. Вряд ли кто-то здесь может чего-то испугаться.

— Я не волнуюсь, вы думаете, что я расстроился что ли? Но если противно мне смотреть на нашу эстраду? Надоели!

— Да не смотрите. Мы здесь не про эстраду пришли разговаривать, а про вас. Вы ж кандидат в президенты.

— Давайте, пожалуйста.

— То, что противно смотреть на эстраду — от вас не это хотят услышать. Если Пугачева подаст на вас в суд — будет между вами и ей. С Усмановым я сам как-нибудь разберусь, поверьте.

— Разбирайтесь, разбирайтесь.

— Начнем с вопроса нашего слушателя Григория. Вы доктор наук, ваше интеллектуальное превосходство над соперниками в предвыборной борьбе бесспорно…

— О, молодец, Григорий! Пожалуйста, человек со стороны.

— А как вы считаете, физически вы сильнее своих оппонентов? Согласились ли бы вы вместо проведения этой имитационной выборной кампании, стоящей бюджету миллиарды, решить дело в честном поединке? Каков бы был ваш выбор оружия, какой тактики вы бы придерживались против каждого из соперников?

— Григорий, я хорошо стреляю, 97 из 100. И шпага, я в детстве начинал заниматься фехтованием. Еще мог чай попить с кем-нибудь из соперников. Тоже соревнование, кто больше чая выпьет.

— Тогда потом придется другое соревнование организовывать.

— Какое?

— Кто быстрее от чая избавится.

— Да. Значит, Григорий, когда мы переходим на соревнование по физической силе, ты должен понять, что силовой вариант — это удел тупых и больных людей, у которых нет интеллекта, и они делают упор на силу. Вот возьмите Явлинский, его любят некоторые, "Явлинский, Явлинский". Почему он не способен ни на что? Он боксом занимался, был чемпионом города Львова. Что такое боксер? Все время бьют по голове. Вот он закончил свою карьеру давно уже. Американцы закончили, они его списали. Вот был у нас генерал такой, Лебедь, он признавался, что прыгал много раз с парашютом и много раз терял сознание. При потере сознания мозги отмирают. Миронов тоже десантник, тоже полно ушибов, падений, тоже часть мозга не работает. Как можно идти в президенты? Прохоров — баскетбол. Сколько раз били по голове мячом, передача мяча, то, другое, бегает, бегает. Путин. Уже в санки залез. То подводная лодка, то он, понимаете, на самолете, то за комбайном, ведь это все… Коммунисты все. Это противно смотреть.

— Секундочку, а можно уточнить, а по поводу мозгов Путина вы что думаете?

— Вот я и говорю об этом. Он уже в санки залез. Что это такое вообще? Зачем? Кандидат в президенты сел в саночки, поехал. Как называется? Бобслей, да. Зачем это нужно? О чем это все говорит?

— О чем все говорит?

— Не хватает поддержки людей. Куда угодно залезут сейчас. Позовут на подмогу кого угодно спасти рейтинг. Ни у кого нет 50%, а уже объявляют 60 почти. Я никого никогда не привлеку, мне это стыдно, противно, это унизительно, когда актеры, спортсмены, все эти пенсионеры, там, от политики, они там все "ой, какой Путин", "ой, я хочу", "я за него" и так далее. Это все чушь.

Все, кто прибегают к чужой поддержке, — слабые. Все, кто с кем-то объединяется, — слабые. Я иду самостоятельно и не надо никаких вариантов, что "давайте соревнование в чем-то другом". Или интеллект, или сила.



Сила, пожалуйста, вон бои без правил. Вон у нас в тюрьму посадили — силу применил. Русский парень лежит в могиле, а он пытается выйти из тюрьмы.

— Все понятно, Владимир Вольфович. Кстати, про русскую тему, естественно, обязательно сегодня поговорим. Вопрос от Николая. Сейчас существует реальная возможность смены власти, — говорит Николай.

— Да.

— Для этого необходимо хотя бы трем кандидатам в президенты — Зюганову, Жириновскому и Миронову договориться о том, что два из них снимают кандидатуры в пользу третьего и призывают избирателей голосовать за него. Полагаю, это должен быть тот, кто может набрать наибольшее количество голосов. Единый кандидат в президенты делает политическое заявление о том, что первыми его действиями будут предложения о внесении поправки в часть 3 стать 81 Конституции: одно и то же лицо не может занимать должность президента РФ более двух сроков, и внесение законопроектов, которые хотя бы отчасти могут гарантировать честные выборы. Готов ли Владимир Вольфович на такое соглашение? Может ли он снять свою кандидатуру в пользу кого-то еще, например, Зюганова?

— Я только что сказал: ЛДПР никогда ни с кем не блокировалась и не будет блокироваться. И я никогда никому подмахивать и поддакивать не буду. Это сумасшедшим нужно быть, чтобы я снял кандидатуру в пользу Зюганова. Я всю жизнь положил на борьбу с коммунизмом. Мой дед убит из-за войны, начатой практически коммунистами. Мой отец в трудовом лагере сидел. А мне говорят: снимись в пользу убийц твоей семьи. Это исключается.

Прохоров и Миронов — это подставка. Это друзья Путина. Их для этого и поставили. Что вдруг кто-то начнет блокироваться, взаимный съем кандидатур или еще что-то. Поэтому и идут сейчас пятеро. Реально трое — Путин, я и Зюганов. А два это подтанцовывают. Прохоров справа для Путина подтанцовывает, Миронов слева. И Зюганов никогда не будет ни с кем блокироваться. Коммунисты умирают на своем посту.



— Грубо говоря, у любого нормального человека, который бы, скажем, прилетел в нашу страну с другой планеты, и он не знает всего прошлого коммунистического, не знает, чей человек Миронов, не знает про вашу партию. Он просто видит предвыборный расклад, что есть Путин, есть те, кто против Путина, за смену системы. И они понимают, что если те, кто против Путина, за смену системы, объединятся, тогда у них есть шанс победить.

— Объясняю. Не получится. Наш главный враг, для всех для нас — это фальсификация выборов. Даже если мы все объединимся и будет Путин против нас всех, а от нас один кандидат, то дело не в том, сколько нас объединится, даже сто человек объединится, а 5 марта объявят, что Путин победил.

Нам нужно исключить прикосновение грязных человеческих лиц к бюллетеням. Чтобы считала машина. Вот если мы добьемся этого, что будут считать, или, может быть, даже по интернету будет проходить голосование, тогда есть шанс у оппозиции победить. Пока 1150 лет никто никогда от оппозиции к власти в России не приходил.



— Я правильно понимаю, ваша точка зрения – что, даже если бы вы объединились, вот ответ на этот вопрос, просто таких вопросов много, все равно власть сфальсифицировала бы выборы и не допустила победы единого кандидата?

— Конечно, сейчас у меня до сих пор билборды портят и не вывешивают. Это что, выборы? Через 10 дней выборы уже, осталось 10 дней, а еще вывесить наружную рекламу не могу. Священный город Саратов. Позор такой!

— Вы в Думе выступали, у вас было очень яркое, эмоциональное выступление, которому аплодировали очень многие, которое получило большую популярность в интернете. Когда вы сказали, обращаясь к "Единой России", за дословную цитату не ручаюсь, но вы меня поправите, если что, что если вот мы все призовем сейчас своих избирателей — Зюганов, Миронов и я — то ваша власть вообще не просуществует, — вы сказали.

— Да.

— Они выйдут на улицы, миллионы людей, и все.

— Да.

— Тем не менее, вы этого не сделали. Вы это сделаете, как вы думаете? При каких условиях?

— Значит, я предупреждал власть и делаю это 25 лет. С 15 мая 1987 года занимаюсь политикой.

— Но предупреждаете власть, а власть уже не боится предупреждений, получается.

— Вот это их причина будущего падения. Ведь нужно было элементарно сделать. Допустим, не "Справедливую Россию" искусственно создавать под Миронова, а зарегистрировать "Парнас", загнать туда еще кто там обычно ошивается, там Лимонов, допустим, Каспаров. Ну, как сегодня. Туда же того же Парфенова и Шендеровича, Пархоменко. Все. И пусть они идут на выборы, вот сейчас в 2011 году они бы получили свои 30 мандатов. Все! И провести честные выборы, на которых "Единая Россия" получила бы максимум 150, ЛДПР – 150, и коммунисты. Вот мы получили бы эти 450, но честно. И коалицию они бы организовали бы, "Единая Россия". И пошли бы честно на выборы президента только трое — Путин, я и Зюганов. И в первом туре никто не набирает 50%. Но во втором туре — я или Зюганов против Путина — Путин смог бы набрать буквально на один голос. И все.

Можно было дважды провести честные выборы. Не хватает мозгов, не хватает советников. Они зачистили, стерилизовали все политическое поле, и получили взрыв. Вот это вот их ошибка. Не умеют.



Почему не умеют? Никогда не занимались. Они сверху шли. Они знают, что такое оппозиционная партия. Почему так плохо относятся к оппозиции? Они не были в ней, в этой шкуре они не сидели. Какая еще оппозиция? Они же у власти. Оппозиция это для них — как бы мешают. Кто такие? Вы что тут под ногами?

— Владимир Вольфович, ваш прогноз по поводу этих выборов? Два тура или один?

— Конечно, один. Они боятся второй. Вот тогда может произойти то, о чем вы говорите.

— Секундочку, то есть, вы считаете, что будет один тур?

— Все уже, протокол написан.



— Да ладно!

— Они ставят цифры 51 или 55, или 59. Если ситуация резко ухудшится, они напишут 51. И добавят Зюганову и мне. И Прохоров, и этот чудак Миронов им вообще не нужны. Чтобы как-то успокоить меня и Зюганова, добавят чуть больше. Даже сейчас они могли бы как сделать? Давай, уберем этого Прохорова прямо сейчас. Убирай! Прохоров, пошел вон! Миронов, пошел вон!

— А как они их уберут?

— А это же его люди! Снимут свои кандидатуры. В любой момент кандидат имеет право снять свою кандидатуру. Все, снял кандидатуру свою, по собственному желанию снимаю. И позови Путин нас, скажи: "Ну, Владимир Вольфович, Геннадий Андреевич, ну, я понимаю, ситуация вот-вот на грани. Оранжевая революция реально началась. Что нам делать? Ты понимаешь, что случится со страной? Вам не жалко страну? Давайте, я вот последний раз иду, на два года, не больше. Давайте, я напишу 51 мне, Зюганов – тебе 25, Жириновскому – 24. Через два года я ухожу точно. Давайте, вот март, значит, 2013 года. Проведем выборы новые, на новой основе в Думу и одновременно выборы президента. Возможно, пойдет Медведев. Пока он еще хочет остаться в политике. Но я не пойду точно, я уезжаю в Петербург и буду либо "Газпромом" заниматься, либо ЕЭП". Не хотят этого делать. Вот только нужно хозяином быть и ни с кем не разговаривать, близко даже. Какие-то переговоры – да пошли вы, кто вы такие?

— Вы очень давно в политике, вы чувствуете это все нутром. Я думаю, что и Путина знаете давно достаточно, вы общались с ним, и по-человечески вы чувствуете. В людях, вообще, разбираетесь, как я понимаю.

— Да-да.

— Так вот, на ваш взгляд, Путин…зачем ему это все надо, почему? Почему он идет? Он власть так любит или он друзей так любит, желает сохранить? Или он о стране так заботится, как он заявляет. Зачем ему это все?

— Во всех случаях история всего российского государства — страх перед ответственностью за дела в стране, когда он был во главе страны. Все цари боялись уйти. Скажут: отвечать надо, Николай Александрович. Придет царь Михаил или Константин. Ленин боялся – его отравил Сталин. Сталин боялся – его Берия отравил. Они все друг друга травили. Никто не ушел нормально. И Брежнева отравил Андропов. Он понимал, что 12 ноября на пленуме может быть избран Романов генеральным секретарем. Никто не ушел просто так от власти. Страх отвечать за все содеянное.

— Вы считаете, что именно страх стоит за желанием Путина остаться?

— Конечно! Ельцин почему ушел досрочно? Он понимал, что он дольше не сможет протянуть, и вдруг реально на выборах победит какой-то оппозиционер, и ему конец. За все преступления – под суд, да еще к расстрелу. Поэтому он находит Путина, чтобы защититься. И первый указ Путина помните, какой? Сразу, на первый день?

— Безопасность Ельцина.

— Безопасность Ельцина. Вот для этого была сделана рокировка. Вот он первый тандем. Поэтому, сейчас за 13 лет ведь тоже много совершено, не самим Путиным, окружением. За все деньги, которые ушли из страны, за Чечню, продолжается этот конфликт. Столько проблем в стране, что тоже надо отвечать. А вдруг кто-то приходит к власти и завтра скажет: "Вот посади Путина в тюрьму, тогда мы тебя признаем новым президентом, либералом, демократом. И вернем деньги, вывезенные туда"? 500 млрд долларов лежит у всей элиты там. Почему у нас молчит она, элита? Деньги же там. Почему и Путин не всегда делает решительные шаги? Элита его душит, потому что деньги они все потеряют. Власть в капкане. Если бы власть была свободна… Вот у меня нет никого за границей, и никаких денег, моих друзей.

— Вы сказали уже, что уже все решено, что 51%, что протокол подписан, что судьба выборов решена?

— Да.

— Так, и что тогда? Через шесть лет что будете делать?

— В 2018 году Путин уходит, приходит Медведев на 12 лет. Последнее их нахождение у власти — 2030 год. Потом они готовы уступить другой команде, которую подготовят, но это будут уже не питерские – нас сейчас уже от питерских рвать будет к 2030 году, это еще 20 лет почти – подготовят они. Это будут другие люди – Собянин, например, Рогозин, найдут там категорию лиц, которым они передадут власть. То есть, выборов снова не будет.

— Владимир Вольфович, 10 лет назад, чуть меньше, мы с вами ехали в вашем поезде, то ли принадлежащем вам, то ли арендованном…

— Арендованном.

— Летом, и записали интервью. Вы там произнесли несколько очень важных вещей, которые, мне кажется, и сейчас не потеряли никакой актуальности.

Владимир Жириновский (запись): Я рос в голодной семье, я был всегда сытый. У меня всегда было пузо вот такое. Наконец, я воровал. Ввели магазины с самообслуживанием. Я зашел и конфетки в карман положил. Могли поймать. Мне было интересно.

— Это был тот фрагмент, который мы хотели дать потом, когда поговорите о вашей юности, о том, как вы становились на ноги, как научились зарабатывать, и так далее. И, раз уж мы его сейчас дали, то я бы хотел задать вам простой вопрос. Я только поясню для наших слушателей — это часть разговора, и там Владимир Вольфович тогда говорил о том, что он был всегда очень активным, очень энергичным, и не боялся никаких проблем совершенно, и поэтому в детстве, в смысле, не воровал, а хулиганил. Но, тем не менее, есть вещи в жизни, за которые вам стыдно?

— Вряд ли. Может быть, я был неправ. Мама… Появились кроссовки, мода на кроссовки. Я достал случайно. Я думал, кому отдать: Игорю, ему было 12 лет, или маме? Она тоже хотела, но пожилая женщина. И я все-таки взял и отдал Игорю. Но Игорь за эти 40 лет уже 100 кроссовок получил, а мама умерла. Вот тогда этого я не понял, что она же может умереть. Она через год умерла. Ну, вот дай ты ей, пусть она походит. Ну, слушай, это парень, твой сын, еще сто раз мы ему купим. Вот это вот непонимание старшего возраста. Когда, ну, подумаешь, мама, уж столько раз я с ней, а тут – сын, как-то мне хочется что-то ему сделать. В этом была моя ошибка. Об этом я до сих пор помню, уже прошло 20 лет почти. Вот это вот неправильное мое отношение к маме, когда нужно было выбирать маму, ибо она умерла через год, а сыну я успел бы еще много раз сделать. Поэтому всем советую: между старшим возрастом и детьми выбирайте старший возраст. Для них это последний раз. А остальные ваши родственники еще успеют все получить в жизни. Ибо ошибку исправить больше нельзя. Сыну я сто раз мог еще многое дать, а мама ушла из жизни, я не смог ей ничего, даже вот какие-то кроссовки ерундовые и отдал своему сыну. Это вот мне неудобно до сих пор, противно. Это ошибка, я считаю.

— Антон спрашивает из Одессы: "Вы, Владимир Вольфович, автор очень многих жестких скандальных высказываний. Не бывает такого, чтобы вы хотели взять свои слова назад?" Я поясню. Я думаю, что, наверно, имеется в виду и ваше высказывание относительно русских людей за Уралом. Вы на этот вопрос, наверное, отвечали, но я попрошу вас ответить еще. И я думаю, что сегодняшнее высказывание в отношении Пугачевой, те резкие высказывания, когда вы называете конкретных людей либо целую группу людей мерзавцами, подонками, идиотами и так далее.

— Я могу предельно спокойно, мягко говорить обо всем.

— Это мы знаем, поэтому как раз удивительно, почему вы бываете разным тогда.

— Но когда страна в крови, в блевотине, когда дети из окон выбрасываются, когда собаки загрызают детей, когда взрываются дома, рестораны, когда постоянно гибнут люди, когда внаглую заходит сосед и убивает женщину, ему нужно 5-6 тысяч на очередное укалывание, наркоман…

— Прямо в эти минуты, извините, горит торгово-развлекательный комплекс в Красноярском крае, есть данные о пропавших детях.

— Опять, понимаете, все в стране вот в таком положении. И мир полыхает, мир полыхает, весь арабский мир. Греки.

Когда столько горя, а я этим занимаюсь, иногда бывают высказывания резче, чем бы я хотел. Поэтому я вовсе не настроен жестко и резко говорить. Но как обратить внимание? Как сказать, что это очень-очень плохо?



— Вот русские за Уралом все-таки. Зачем вы людей оскорбили?

— 10 лет назад на канале "Совершенно секретно" у меня брали интервью и обсуждали Ельцина. Я говорю: в чем же все-таки его причина? Столько принес беды, страну отбросил в XVII век. Никто этого не делал. Гитлер не сделал такого для Германии. Чингизхан, Наполеон, Сталин наш. Хуже всех сделал Ельцин. Может быть, все-таки связано с местом рождения? Это Свердловская область, это Урал, может быть, там очень много руд залегает в том месте, где он родился? Может быть, там воздействие на мозги людей? Может быть, именно в том месте рождаются дети не совсем здоровые? Это, например, Чернобыль наш, радиация. Поэтому я это имел в виду. Только привязка к месту рождения Ельцина, слово "Урал" прозвучало, поскольку это там. Я ж не буду говорить просто "деревня Будка". Скажут: а где это такое? Будка в Свердловской области, Урал. И получилось, если вырвать из контекста, что "дебилы за Уралом". Я имел в виду его только, Ельцина. Никогда в жизни я ничего плохого не могу сказать о народах, проживающих где угодно. Монголы. Что они виноваты, что ли, у них нет ни моря, ничего, два миллиона, и они всегда будут хуже, чем американцы и французы и так далее. Вины же их нет. Поэтому здесь никакой связи нет.

Про Пугачеву: мне противны все актеры сегодня, которые просто облепили Путина, или одна актриса облепила Миронова. Все они такие – ну, прямо прекрасно все. Как мы живем — все спасибо ему. Слушайте, так же было про Ельцина. А потом вы все чертыхались, когда режим Ельцина был в самом расцвете. Это ненависть к очковтирателям, к холуям, к прихвостням. Сегодня эти кремлевские холуи, прихвостни заполонили весь эфир. Поэтому конкретно я никого их не обвиняю, слабые люди. Людям нужно заработать, пусть зарабатывают. Пусть они знают, что нам, гражданам, наблюдающим эту картину, предельно противно, и мы имеем право выразить протест.

— Но вы сами знаете, что есть люди, причем довольно много людей, нам много вопросов задают, которые считают вас точно таким же кремлевским проектом, каким вы считаете всех остальных. Они говорят, что Жириновский с Путиным встречается, общается, жмет ему руку, разговаривает с ним, на протяжении многих лет голосует, принимает участие в принятии тех же законов, которые принимает Путин. Вы знаете весь этот круг обвинений, да?

— Да.

— Что вы, вот вас называют по-разному, не буду приводить сейчас оскорбительные высказывания в ваш адрес, но что вы находитесь на службе Путина. Вы можете четко объяснить, почему это не так, если вы так считаете, что это не так?

— Объясняю раз и навсегда. Никакого отношения не имею к Путину, к Медведеву, к Ельцину, Горбачеву. Просто я умею выстраивать отношения со всеми, с кем угодно. Саддам Хусейн был без ума от меня, Каддафи. Я что, друг их? Брат их? Это надо знать, с кем ты общаешься. Голосовать мы все голосуем. Многие законы нужны. Мы приняли тысячу законов. Отдельные были плохие, мы за них не голосовали. Поэтому голосование никакого отношения не имеет. То, что мы здороваемся с Путиным, это же глава государства и правительства. Я что, должен по руке его ударить, если он мне протянет руку? Это нормальный этикет, протокол, когда идет встреча главы государства, главы правительства с депутатами, с лидерами партий. Поэтому нельзя говорить: "вот он здоровается". Плеваться мы должны, что ли?! Так во всем мире все парламентские партии и их руководители общаются. Я объясняю сразу, чтоб вы поняли. Путин — друг Собчака. Собчак был вхож в Кремль к Горбачеву, поскольку это первый съезд, любимчик Горбачева, по-моему, он даже был членом ЦК, что-то такое. Идет очередное заседание политбюро, новые партии. Горбачев говорит: "Крючков Владимир Александрович, ну хоть новые партии есть? Хоть одна партия?"

— Председатель КГБ СССР, это я для более молодых слушателей.

— Это приблизительно 1989 год. Уже полно демократов, уже партии разрешены, есть тенденции, какие-то союзы идут — "Народный союз", в Прибалтике шумят. И Крючков докладывает: "Да, — говорит, — есть партия, которая не клеймит СССР, КГБ и армию. И называет: "Либерально-демократическая партия, председатель Жириновский". Собчак слушает, он не понял. Вопрос Горбачева. Он решил, что Горбачев спросил у Крючкова: "Ну, как там вы? Что-нибудь организовываете для того, чтобы появилась какая-нибудь наша партия?" Горбачев спросил: "Что там, из этих партий есть хоть одна, которая…?"

— Вы имеете в виду, отсюда пошла история о том, легенда о том, что вы — производная КГБ?

— Собчак понял, что Крючков докладывал о том, что КГБ формирует какую-то партию. Услышал фамилию, название. Вернувшись в Петербург, они же друзья с Путиным, и рассказал, еще одним рассказал, и другим. Вот байка пошла гулять, что ЛДПР…

— …порождение КГБ Советского Союза.

— Порождение. Сто раз написал Крючков в своих мемуарах, что"никакого отношения не имеют". И другие председатели КГБ. То есть, неправильно понят был доклад Горбачева.

— А, правда, что вы хотели быть разведчиком и учились на разведчика?

— В детстве. У меня был такой романтизм. Я посмотрел фильм "Сети шпионажа", 55 год приблизительно. Я смотрю, какой-то шпион, как-то он что-то делает, фотографирует. Потом были какие-то книги, связанные…

— А что была за история с Турцией, когда вы уже были взрослым человеком, когда вы раздавали там значки с портретом Карла Маркса, говоря, что это Лев Толстой. Что это было?

— Значок с Пушкиным восприняли как значок с Карлом Марксом. А значок был "Москва", там кремлевская башня и звезды, серп и молот. Я поехал заработать денег, остальные лентяи все сидели. У меня был год практики, в Москве нечего было делать. И там я раздал значки, а что мне делать-то? Надо какой-то подарок, я же бедный. Начальник тайной полиции 30 лет работает — ни одного политического дела. А тут вдруг русский, один, знает язык да значки раздал. Ну все, это, наверное, посланец из Москвы, агитирует турок за коммунизм. Возбудили дело, пошумели, через два месяца закрыли, извинились и все.

— То есть, вам пришлось даже в турецкой тюрьме посидеть?

— При задержании, как у нас, везут же в отделение полиции, задерживают, вот прямо сейчас задерживают около Центризбиркома — снова там пикеты. И, конечно, задержание было. Но я питался из ресторана, постель из отеля. Значит, все тихо, все спокойно. Но все равно это неприятно – побывать в чужом тюремном доме. Но я не был осужден, не было уголовного дела, не было приговора. Но задержать вот в любой стране мира вас могут. Вот тот же самый Прохоров. Он сидел во французской тюрьме, было подозрение, что он привез в Куршевель проституток и является сутенером. Разобрались, он не сутенер, это его секретарши, подруги, и отпустили. Задержать любого могут. Я вызвал подозрение знанием языка. Я очень хорошо говорю по-турецки.

— Вот откуда пошла легенда, что вы, соответственно, хотели быть разведчиком, но чего-то не получилось.

— Да, это любой, любой чекист в любой стране мира будет под подозрением. Вот у нас появится человек, прекрасно говорит по-русски, допустим, в…

— Владимир Вольфович, понятно, давайте не будем тратить время. Здесь все совершенно очевидно. Вот еще один отрывок из вашего интервью.

Владимир Жириновский (запись): "России демократия не подходит вообще. Россия – самодержавная страна. Царь. Я бы даже восстановил должность, не монархию, а глава государства – царь. Я вас уверяю, уверяю, миллионы в это поверят. Будут лучше уважать. Слово "президент" не приемлют. Президент. Америки, что ли? Назови "царь" – О! Царь! Царь. Почему нельзя это слово ввести? Глава государства – царь, все. И обращение – "ваше величество". Уважаемый Владимир Владимирович, излагай свою просьбу. Это будет звучать".

Станислав Кучер: "Как же можно царя выбирать?"

Владимир Жириновский: "А не надо выбирать. Как Ельцин назначил Путина. Я предложил Путину отказаться от выборов".

— Владимир Вольфович, ваши слова без всякого вырывания из контекста. Вы по-прежнему так же считаете, что России демократия не подходит, нужен царь, царя нужно назначать? Потому что Путин, похоже, вас услышал. Он назначил Медведева, так же, как его назначил Ельцин.

— Я очень люблю демократию. Я хочу. Но пока у нас не получается и не получится. Не потому, что мы тупые. Сейчас я не говорю, что тупой русский народ. Я говорю, как пример, как и Урал. Я их всех люблю. Я никогда не считал, что где-то дебилы…

— Понятно. Вы уже объяснились по этому поводу.

— Так и здесь, нам ближе монархия. И это для нас какая-то святость. Это уважение всего народа к верховному руководителю. Как только мы его убрали, все посыпалось и сыпется до сих пор.

— Так, может, правда, сделать Путина монархом?

— А что вы к Путину прилепились? Что вы за него агитируете? Я имел в виду, эту должность восстановить, восстановить монархию, Русское царство давайте назовем.

— Нет, это не я прилепился, как вы выразились, а вы сами вот так сказали: "Ваше величество, уважаемый Владимир Владимирович".

— На том этапе, когда он был. Если бы он захотел это сделать и сделал бы, то уважение к власти было бы больше, и было бы чище. Ведь сейчас он зависит от кого? От губернаторов — как они посчитают выборы 4 марта. Он зависит от министров — куда они наши деньги повезут. Он зависит от депутатов — примут или не примут закон. А при переходе к абсолютной монархии он будет свободен, и быстрее примет все необходимые решения.

— Но как вы считаете, сейчас эта идея актуальна? Сейчас?

— Можно еще, еще можно. Потому что тогда не будет вот этих дурацких выборов, этих фальсификаций, и будет уважение к власти. Люди поймут – это страна моя, это царская Россия, это мое отечество, от окраин. А сегодня – Российская Федерация. Где ее границы?

— Смотрите, мы возвращаемся к теме, которую вы уже сами сегодня обозначили как раз. До 2030 года вы нам напророчили Медведева с Путиным.

— Да, какая разница, монархия 30 лет. Уж лучше честная монархия на 30 лет, а в среднем возраст монархии в российском государстве был 15 лет, то есть они два срока просидят. Клан питерских – вот монархи. Это семья питерских.

— А вы чем будете заниматься после выборов 4 марта? Вы уже сказали, что они пройдут в один тур, потом на 30 лет. Вы в течение этого времени чем будете заниматься?

— Я возглавляю партию, буду возглавлять ее до тех пор, пока не появится лидер, который сможет и согласится руководить ЛДПР. Как такой появится, я отойду в сторону, буду депутатом и с удовольствием буду воспитывать новое поколение. Но я готов быть министром иностранных дел, министром образования, пропаганды. А в данный момент, вот сейчас больше всего, от чего хромает Россия — это и при царе было, кстати — нужен новый начальник тайной полиции.



Бортников – слабый. Патрушев был слабый. Нургалиев – слабый. Вот это проблема — им не хватает кадров.

— Владимир Жириновский готов стать начальником тайной полиции России при новом Путине, правильно я понимаю?

— Естественно, кто победит. Не надо за него агитировать.

Вот только момент один, вы видите связь? Кем хотел быть в детстве? Разведчиком. И сейчас кем? Тайная полиция. Видите, как последовательность, твердость. Человек твердых убеждений. Я не отрываюсь от детства. Как я захотел в этой сфере быть, так я и сегодня остаюсь. Так что, видите, нельзя тут сказать, что фигляр.

— Владимир Вольфович, я даже считаю…

— Баскетболом я не увлекался.

— Честно скажу, я даже считаю, что если бы вы стали разведчиком, я имею в виду, тогда, лет в 20, если бы вас не повязали в Турции, да, и вы бы стали разведчиком, то, я думаю, это было бы для страны менее интересно, чем то, как сложилась ваша судьба, согласитесь?

— Да, техническая работа, я потом бы разочаровался.

— Да что там, были бы генералом в лучшем случае, понимаете, а сейчас вы хозяин партии.

— Просто романтизм…И все, и все, вон сидит сейчас Любимов, генерал Любимов…

— К слову, я сейчас сказал "хозяин партии". Тут несколько вопросов, связанные с будущим партии. И как раз, допустим, Андрей спрашивает: "Владимир Вольфович, кто ваш наследник? Вы немолодой уже человек, возможно, чувствуете себя хорошо, но мало ли что. Кто ваш наследник? Кто придет вслед за вами?"

— "Мало ли что" не будем учитывать, я в любой момент готов уступить место, я сторонник того, чтобы каждые пять лет менять руководителей партий, министров, губернаторов, президентов. Один срок – пять лет.

— У вас есть наследник?

— Есть. Лебедев.

— А сын ваш готов возглавить партию?

— Островский, там, значит, Нилов. Полно. Хватает людей.

— Прошу прощения, Владимир Вольфович, вы не обижайтесь, но они не такие яркие личности, как вы.

— Вот поэтому до сих пор не могут стать председателями. Они это понимают. То есть, пока не выявился. Я уже сто раз объявлял конкурс.

— Откуда же он выявится, Владимир Вольфович?

— Самородки не появляются, это раз в сто лет.

— А вы не пробовали? Не хотите позвать, ну, не знаю, Навального того же? Вот коммунисты, они готовы Навального взять руководителем Счетной палаты. Я думаю, он, конечно, не пойдет на эту должность, ему неинтересно. А вот если бы ему сделали предложение возглавить партию, я думаю, что Алексей мог бы подумать.

— Вы понимаете, большинство вступивших вступали, имея в виду мой образ, мое имя, понимаете. Поэтому я ни в коем случае не буду упорствовать, если какой-то съезд увидит, что свой или варяг, кого-то позвать, чтобы… Все-таки уже 24 года человек возглавляет. Ради бога, проблемы не будет. У Зюганова будет, до смерти не уйдет. Допустим, "Единая Россия", Грызлов никуда не собирается уходить. У меня этой проблемы нету, я буду настаивать категорически всех менять, всех руководителей менять. Почему я Пугачеву жестко обозвал? Нельзя на одном месте быть всем.

— Одну минуту, она – певица. Она – певица, про нее будут говорить…

— Да надоело…

— Это вам надоело, а другим не надоело.

— Никто!

— Суть в другом, Владимир Вольфович. Чего вы к Пугачевой привязались? Прямо такое ощущение, что любовь у вас большая.

— Системно. Системно.

— Зюганов вчера привязался к Прохорову, вы сегодня к Пугачевой.

— Хорошо, давайте без имен. Мы все должны добиться, что все требуют, чтобы каждый руководитель уходил с данного поста, может быть, в другое место тоже руководителем, но освободит данное место. Все. Вот это я хочу, чтобы мы все выросли вот в этом новом политическом соусе.

— Но пока достойной вам смены в ЛДПР нет?

— Ждем. Пока нет.

— Раз уж вы сами вспомнили и Зюганова, в том числе, я его вспомнил. Я вас еще до эфира предупреждал, это единственный случай, когда я предупреждаю до эфира, что Зюганову вчера был задан вопрос человеком с ником Dеmon. Вопрос был простой: "Как вы относитесь к геям?". Геннадий Андреевич в ответ на это ответил, что "я в этом не разбираюсь, я не знаю, о чем идет речь, задайте этот вопрос Жириновскому, он разбирается". Я не знаю, что он имел в виду, какие у вас там с Геннадием Андреевичем отношения и почему он уверен, что вы разбираетесь. Но, тем не менее, я переадресовываю вам этот вопрос.

— Значит, почему он говорит, что я разбираюсь. У нас много раз, в последнее время особенно, обсуждался закон о педофилии. И я им говорю: слушайте, вы можете расстреливать педофила на месте, но вы никогда этим не остановите нового педофила, который нанесет огромный ущерб новой девочке или мальчику. Вы можете понять, что это природное явление? Это не наркомания, не алкоголизм, не табак, это не игровая зависимость, это — неспособность создать гармонию отношений между мужчиной и женщиной. В этом всегда будут отклонения. Мы не можем влезать в природу, это природа создала. Она толкает мужчину и гей-культуре, и к педофилии. Поэтому решите проблему гармоничного отношения, чтобы мужчина мог иметь возможность удовлетворить свои естественные, нормальные физиологические потребности. Исчезнет вся педофилия и гей-культура. Но если миллионы лет вы этого не можете сделать, то не надо издеваться над представителями каких-то вот меньшинств, которые не хотели быть ими. Их создала природа. И я Зюганова почему я упрекал. Вы сколько людей в тюрьмах держали? Что там они должны делать были? 30 лет тюрьмы, 20 лет, 10? Там сперва насилуют. А потом нет никакой возможности, свиданий нет. В шведской тюрьме у тебя 50 долларов в сутки, ты можешь кушать на 40 долларов, 10 долларов откладывать, тебе женщину в камеру приведут! А у нас с женой не давали свидания по 10-15 лет. То есть, советский режим спровоцировал самое большое отклонение в сексуальной морали. Это они виноваты, Зюганов. Поэтому нужно брать, как-то решать проблему. А репрессиями мы здесь не поможем. Как запретный гей-парад. Запрещайте, вы будете вызывать интерес. Запреты все вызывают интерес.

— Вы за разрешение гей-парадов?

— Я противник запретов. Вот они запрещали, 31 статья, Лимонов выходил на Триумфальную площадь, получили Болотную. Вот они дураки. Не надо было запрещать на Триумфальной, пусть выходит 200-300. И сказать "не надо 31 числа, будете выходить каждую неделю", и они бы выдохлись через два-три месяца. Власть не умеет руководить политическим процессом. Потому что никогда им не занималась.

— Вы не против гей-парадов, чтобы закрыть эту тему?

— Не надо провоцировать меня на какие-то заявления. Я сказал: любые запреты будут вызывать интерес. Эта тема не наша. Но я объясняю, что репрессиями по педофилам мы проблему не решим, как не решили проблему с убийствами. Убийства все равно продолжаются. Вот в Калининграде чуть не убили ветерана, сейчас в Москве. Вернее, ветераншу убили, а муж не смог защитить ее. За 90 лет. Так что репрессии никого не останавливают. Он хотел купить наркотик. Вот и все. Поэтому освободите его от зависимости от наркотиков, и он никого не убьет.

— Я вас понял, провоцировать не буду, хотя отчасти обязан просто для того, чтобы нам было понятно, чтобы проще было вас цитировать потом. Вы же просто, что не высказывание, то информационный повод, согласитесь?

— Пожалуйста.

— Что касается женщин, кстати, которых вы упомянули. Вот вопрос от Антона по фамилии Хряк. "Вы бы хотели, чтобы такая женщина, как Ангела Меркель или Юлия Тимошенко, стала вашей женой? Кого из них вы бы выбрали?". Я думаю, что речь идет не лично о них, а ваша оценка женщин в политике, мне так кажется.

— Я не знаю, я считаю, что одна из причин плохих отношений в семье, когда жена очень говорливая и очень настырная. Поэтому, если вот как Ангела Меркель или Юлия Тимошенко, они же привыкли управлять, командовать, я думаю, это хуже. Вот смотрите, Маргарет Тэтчер, она командовала, а мужа никто даже не знает. Какой-то инженер, химик, он молчал. Поэтому пара хорошая, когда один очень активный, другой наоборот очень неактивный. А если два активных, это как два медведя в одной берлоге, не уживутся, нельзя, это разлад в семье будет, надо подбирать психологически. Должна быть пара. Вот смотрите, что в природе гармонично миллионы лет: дихотомия, то есть день — ночь, холод — жара, зима — лето. А у людей это не получается. Поэтому они воюют, революции, дисгармония, геи, педофилия. Сделайте гармонию, и у вас будет полный порядок. Не можете? Тогда давайте расстреливайте, убивайте, но толку не будет.

— Владимир Вольфович, вы предсказали судьбу Обамы, судьбу Лужкова, что на строительство дорог прольется "золотой дождь", про Москву — правда. В вашей книге "Последний бросок на юг" вы предсказали дестабилизацию в южных республиках бывшего Советского Союза.

— Да.

— Так случилось. И даже приход в американский Белый дом афроамериканца с почти мусульманским образованием тоже вы предсказали. Я уже приводил в нашем эфире высказывания, сделанные 10 лет назад. Путин сделал очень многое из того, что вы предлагали. Откуда вы все знаете, Владимир Вольфович?

— Это связано генетически. Вот великий наш генетик Вавилов умер в саратовской тюрьме. Вот советский режим до чего довел. Значит, сейчас анализы делает лаборатория в Англии по слюне, где предки этого человека до 10 тысяч лет назад. Вот мне сделали. Значит, мои предки бродили по северной Италии, северная Греция и Елабуга, Поволжье. Нужно иметь хороший генетический код. Я опять не говорю, что дураки живут в Азии. Но Европа развивалась, как цитадель человеческой цивилизации.

— Подождите, интеллект и информированность — это разные вещи все-таки. Тут вопрос, откуда вы все знаете? Откуда данные? Как вы так все предсказываете четко?

— Потому что мозги такие. Потому что отец окончил два факультета французского университета в Гренобле. Потому что я учился на "отлично". Потому что я из бедной семьи. Есть способность к анализу. Думать, думать, думать постоянно. Вот смотрите, мама не могла, в смысле мама рожает меня, а нет "скорой помощи". Я сам выхожу в этот мир. Я не могу ждать.

— Так было, да?

— Так было. Это ведь тоже, другой там задохнулся бы в утробе матери, я пошел вперед, в атаку. То есть, заложено в человеке уже.

— С какого возраста вы себя помните?

— Один год.

— Да ладно, не может быть.

— Я вам говорю, мгновение одно. Я открываю глаза и визу лицо мамы. Все. И больше этот миг не повторялся. А так помню, четыре года. Мама спрашивает: "Вова, ты будешь мужчину звать папой, если я приведу его в дом?". Она хотела отчима. Вот, пожалуйста, четыре года мне. И впервые политикой занялся в шесть лет. Умер Сталин, я бегу по коридору детского сада, нянечки стоят и плачут у репродуктора. Я думаю: "Чего они плачут? Какой-то дядька умер в Москве, они все стоят и плачут". Потом 11, 1957 год, разоблачение антипартийной группировки — Каганович, Маленков, Молотов. Я слушаю это, а в это время мои ровесники футбольный матч слушают. Вот и пошло все, почему я лучше знаю.

— А что вы ответили на вопрос мамы: "Что будет, если я приведу другого дядю?"

— Я ж ничего не знал, ребенок. Мама спрашивает, говорю: "Да, буду называть папой". И он мне испортил всю жизнь. Молодой пацан, парень 20 лет, кто он такой вообще? Студент, курил в доме, вы представляете? Но маму мне жалко и сегодня мне ее жалко. Конечно, это тяжело, когда в одну комнату привести чужого человека, он нам все испортил. Но ребенок, я не мог сопротивляться в четыре года. Спросил бы он меня в 14 лет, я бы выгнал бы этого негодяя и никогда бы не пустил.

— Вопрос, который я задаю всем кандидатам в президенты: за что вы готовы умереть?

— Ни за что. И все. Абсолютно.

— Вы уже были готовы к этому вопросу, да?

— Никогда. Нет, просто я…

— Я даже еще не закончил, а вы начали отвечать.

— Но вчера Зюганову вы задавали.

— Вы слушаете наш эфир? Спасибо большое.

— В эфире где-то еще звучало. Категорически против. Только жить-жить-жить. Жить красиво, смело, хорошо и о смерти не думать. И ни в коем случае не ставить цель – за что я умру. За что я жить буду! А за что умру – без вас разберется война, революция, гололед и так далее. Вон поехали альпинисты наши и замерзли. За что они там умерли? За какую высоту? Покорили Монблан? Плевать на этот Монблан! Они должны были жить. Это москвичи, так сказать, молодая пара, а они погибли из-за желания подняться выше. Поэтому я категорически против размышлений на тему "за что бы вы могли умереть?" Ни за что. И никогда. Все живите. И Каддафи пускай будет жить, и ливийская оппозиция. И Асад пока жив, пусть остается. И сирийская оппозиция пусть получит свободу. И Болотная пускай будет, и Поклонная будет, и левые будут, и ЛДПР. Вот всех зову в четверг на митинг в 12 часов. Приходите! Вот смотрите, везде рекламируют все митинги на 23 февраля. Ни разу про ЛДПР не говорят. Что это такое? Дискриминация!

— Сами должны говорить. Смотрите, Зюганов тоже вчера сам рассказывал про свой митинг, у них тоже 23 февраля. У всех свой митинг 23 февраля.

— Я согласен, так обо всех говорят. Вот дают обзор, где какие митинги будут. Всех, кроме ЛДПР. Только что я ехал, час назад, не вы, другая радиостанция все перечислила: там, там, там, там. ЛДПР нету. Вот дискриминация! Меня это волнует? Волнует. Я становлюсь жестче, умнее, я анализирую. Постоянно быть в зоне дискриминации очень мобилизует ваш мозг. Если вы в семье профессора, хорошие деньги, счастливый, довольный, вы никогда умным не станете и успеха не добьетесь.

— Давайте еще один общечеловеческий вопрос. Вот умирать не собираетесь, в жизнь после смерти верите?

— Никакой жизни после смерти нету. Черви вас сожрут в вашем гробу, там будет вода. Поэтому мама перед смертью сказала: "Володя, в крематорий. Сожги меня". И я выполнил волю мамы – в крематорий. Я, конечно, надеюсь на клонирование. У нас запрещено, только Израиль и какая-то вторая страна, Голландия, по-моему. Постараюсь там сделать клонирование и вырастить подобного себе человека. Это вот идеальный вариант. В ближайшие 50 лет мы добьемся, что человек будет жить 120-150 лет, и клонирование будет простым вариантом. Мы, двойники, будем прямо с ними жить, друг с другом, как говорится, вот, видите, вот он – тебе подобный человек, он твое дело продолжит, врать не надо.

— Вы практически просто предвосхитили вопрос одного из наших слушателей, который спрашивает как раз, что вы, как ученый, считаете наибольшим научным достижением, своим и общемировым.

— Достижение?

— Да, вы доктор наук.

— Такого достижения, чтобы оно всех нас… Я думаю, что все-таки достижение – это двигатель, на котором мы все едем: трамваи, самолеты, космос – везде есть двигатель. Давайте, ответьте мне все, кто меня сейчас слышит, у человека что двигатель? В живом существе? Что двигает им? Не можете. Знаю. Доктор Фрейд, австрийский, на это ответил, а наши молчат, стесняется русская наука до сих пор всего, что ниже пояса. Все, что выше коленок, могут обсуждать, а вот про половую систему до сих пор всем все стыдно. Механизм размножения является двигателем человека! Если человек…

— Вне зависимости от того, чем он занимается?

— Вне зависимости. Вот смотрите, Прохоров — нет детей. Мы не будем обсуждать его личную жизнь, но если до 50 лет мужчина не женился, то у него, естественно, больше энергии и желания себя в чем-то реализовать. Вот он, смотрите.

— Ленин тоже не женился, да, как известно, да, детей не было, сколько он всего сделал.

— Сталин уже глупее — дети, жена есть. Хрущев — совсем дурак.

— Так что Прохоров сможет много чего сделать, на ваш взгляд?

— У всех, у кого хорошо с женой и детьми, все кончают плохо. Вот Горбачев, Ельцин кончили плохо. И у Путина две дочери. Там, где много детей, все в порядке, то они ничего хорошего не добьются. А вот там, где есть какие-то издержки, какие-то ограничения, какие-то неясности, тот человек прет лучше. Это доказано историей человечества. Там Петр Первый, там, не знаю, все вспоминают, Иван Грозный…Наш общий двигатель – это величайшее достижение человечества. Заправляйте хорошим бензином ваши двигатели, и быстрее поедете. А этот бензин для вас, для людей – голосовать за меня 4 марта! Я вам такие двигатели поставлю.

— Владимир Вольфович, вы еще успеете рассказать, потому что вы же обещали, что мы еще на десять минут останемся?

— Сколько угодно!

— Владимир Жириновский согласился еще десять минут пробыть в нашей студии, поэтому давайте постараемся в режиме блиц. Владимир Вольфович, вот новость – Прохоров создает партию. Ваше отношение?

— Ошибка. Под его руководством она никогда не получит достаточного количества голосов, потому что он относится к категории меньшинств, которые заработали, захватили нечестно огромные деньги страны. Все его активы сейчас в офшорах. Тогда мы все скажем: "Прохоров, но деньги ты все вывел за границу! Какой же ты патриот? Ты, вообще, кого ты хочешь продать еще?"

— И Прохоров вам на это ответит, что он построил заводы, огромное количество по стране.

— Ничего он не построил, все ложь.

— То есть, ваша оценка, что не сработает идея с партией?

— Не получится. И Явлинский зря страдает. Они честно проиграли и в 2003 году, в 2007. И даже они сейчас если легализуются…

— У Явлинского тоже не получится?

— Не получится. Не получится, Россия их отвергает.

— Завтра в Госдуме пройдет сеанс одновременной игры в шахматы, посвященный Дню защитника Отечества, проведет его Анатолий Карпов. Чемпиону мира на 20 досках будут противостоять депутаты Госдумы, служащие аппарата. Вы будете играть с Карповым в шахматы?

— Я, если буду в это время в Думе, обязательно сыграю, и я его обыграю, потому что Анатолий ко мне хорошо относится, он не заметит, как я, может быть, передвину пару фигур случайно. В карты я его обыграл. Из трех партий я две выиграл. Он ничего не понял.

— В "дурака" играли?

— Да, в "дурака", я сбрасывал лишние и брал лишние. Он же думал, что я буду честно играть, а его секунданты заметили. Тогда третий раунд, естественно, я не мог ничего уже сделать и он выиграл. Я иду, как говориться, в данном случае, понимаю, что он, конечно, лучше, чем я. Он шахматист, он чемпион мира, но завтра постараюсь, вот увидите, если кому-то он проиграет, то мне, из уважения ко мне.

— Я прошу сейчас дать в эфир фрагмент интервью.

Владимир Жириновский (запись): "Это решительные меры, это зверские меры, это недемократические, но это спасение. Любое лекарство горькое. Любая операция горькая, кровь, но мы спасаем больного. Страна больна. Общество больно. Сто лет уничтожали, сто лет уродовали. Сто лет. Я гинеколог – раздвинул влагалище, а там черт знает что. Там кругом раковая опухоль. Что, я буду приговаривать? Нужно вырезать всю эту гадость, вырвать оттуда, и начать новую жизнь. А так, ну, плохо, ну, давайте, химиотерапию – ничего не поможет. Раковая опухоль – ее вырезают. Насильно".

— Ваша оценка состояния общества? Общество по-прежнему больно? Страна больна? Что нужно делать?

— В любом случае, абсолютное большинство наших граждан недовольно жизнью. Конечно, это большой перелом: от социализма уродливого к грязному капитализму, плюс общая обстановка…

— Владимир Вольфович, извините, можно я вас перебью? Просто меня интересует конкретно, вот совершенно серьезно сейчас, без шуток, без всего, вы можете так разговаривать. На ваш взгляд, действительно будет 30 лет Медведева и Путина или будет какой-то социальный взрыв?

— Социального взрыва не будет. Есть деньги. Действительно, зарегистрируют все партии. Они получат по два-три депутата в парламенте, наверно, человек сто будут от разных партий. От 20 по 5, и все. Они все будут довольны. Сейчас запусти Немцова того же, того же Парфенова в парламент, они все успокоятся. И там у них будет трибуна. Поэтому взрыва никто не допустит, хотя некоторые чудаки, может быть, и надеются на это. Это опять другая страна.

— Но будет новый Путин, он будет проводить реформы?

— Обязательно. Потому что к репрессиям они не способны, у них нет нового Сталина и нового Берии. Единственное, если они захотят перейти к репрессиям, им нужно валяться у меня в ногах и назначить меня начальником тайной полиции России. Я его переименую в третье охранное отделение. Никакого ЧК, КГБ, ФСБ. Восстановим историческую связь времен.

— Кого в первую очередь посадите?

— Начнем с олигархов. Все сдадут деньги. Когда начинают говорить "что вы, гражданская война", ни одного выстрела не будет. Вызову в кабинет — Прохоров, Вексельберг, ваш Усманов, Абрамович. Скажу: "Ребята, 72 часа, все деньги сдать в ЦБ. Если хоть одни рубль вы скроете, я уничтожу весь ваш род в 72 часа!"

— А руководство страны, смотрите, у нас же чиновники — богатые люди?

— Потом займемся очень богатыми чиновниками. Я вообще предложу… Мы уже это сделали. 1997 год, мы, ЛДПР, сказали: давайте объявим всеобщую финансовую экономическую амнистию. Сами не поддержали. У Березовского было полно влияния в Думе. Я предлагал уже: давайте все простим! Не хотите, тогда репрессии. Как сейчас люди недовольны. Или простить, или наказать.

— А с Путиным что будет?

— У него уже построен дворец в Петербурге, Константиновский. Вот там он будет во главе ЕЭП — Россия, Белоруссия, Казахстан. А пока он хочет быть царем — пусть будет царем. Я же говорю, что я пока начальник тайной полиции. Если вы уже меня прочите в Кремль, тогда я еще быстрее все вопросы решу. У меня будет порядок в стране. Новогодние каникулы люди попросят продлить… А сейчас вы так довели страну, вот к вопросу больная она или здоровая. Только больные люди могут требовать убрать каникулы. Понимаете? Пусть они не обижаются. Потому что мы так довели людей, что они отдыхать не хотят. А сделаю так, что они будут работать день и ночь, и отдыхать будут сколько хотят. Они замечательные люди, но режим довел их.

— "Вы верите, что Владимир Жириновский — самостоятельный политик?" Такой опрос проводит "Коммерсантъ FM" на своей странице в Facebook. Владимир Вольфович, вынужден вас разочаровать, 93% проголосовавших уверены, что лидер ЛДПР самостоятельным политиком не является. 7% верят в вашу самостоятельность. Как вы прокомментируете эти данные?

— Объясняю. В России не произошло разделения властей, у нас исполнительная — президент и министры, законодательная, судебная и пресса — все в одном кулаке кремлевском. Поэтому все, что кружится около кремлевского кулака, все воспринимают, как порождение Кремля, а те, кто самостоятельные, вот они стоят на Болотной или Триумфальной площади. Просто перед ЛДПР есть еще КПРФ. Кремль борется с коммунистами, поэтому до нас просто очередь не дошла. Знаете анекдот про еврея. Умирает армянин и сыновьям говорит: "Евреев берегите". Они говорят: "Почему, папа?" "Да потому что их уничтожат, за нас возьмутся". Так и я говорю: коммунисты есть, Зюганов, вот его уничтожат, займутся ЛДПР. А пока КПРФ — большая угроза для Кремля, из этого делают вывод: о, Жириновский, все спокойно, его не трогают, ему хорошо.

— Буквально последнее слово в сегодняшнем эфире. Есть что-то, о чем вы хотите сказать, а я вас не спросил, напоследок слушателям, избирателям?

— Я всех умоляю, вы поймите, что я не о себе говорю, но из этих пяти кандидатов России нужен только такого типа человек, как я. Ведь почему у Путина не получается? Не потому, что он плохой или слабый. Он не диссонирует с сущностью России. У России другая суть, понимаете. То же самое Зюганов, Прохоров и Миронов. Сто раз вы можете выдвигать кандидатов, сто раз вы будете выбирать их в 36-м, 41-м и еще когда-то. Никогда не будет счастья в России. России нужен новый Петр Первый! Кто им может быть? Только я! Все остальное – слабость, трусость, безволие, поэтому 4 марта шагом марш на избирательные участки! Вас 107 миллионов, и 35 миллионов должны проголосовать за меня. Тогда будет 5 марта – вечная весна. Если проголосуете за другого, 5 марта будет не весна, а осень, слякоть и раньше времени все умрете, и иммигранты захватят Россию!

— Это были последние два слова Владимира Жириновского, диссонирующего с Россией, в отличие от всех остальных, в прямом эфире "Коммерсантъ FM". Спасибо, Владимир Вольфович, за то, что пришли к нам.

— В четверг – на Пушкинскую площадь, 23 февраля в 12 часов.

"Вы верите, что Владимир Жириновский – самостоятельный политик?" Такой опрос проводит "Коммерсантъ FM" на своей странице в Facebook. Проголосовать и поделиться мнением можете и вы.

Тэги:

Обсудить: (0)

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение