Визит Бориса Ельцина в Китай завершен. К явному облегчению российского президента. Вчера он выглядел явно утомленным и программа пребывания в Харбине оказалась скомканной. Репортаж НАТАЛЬИ Ъ-ТИМАКОВОЙ.
Прилетев в Харбин рано утром, Ельцин прямо из аэропорта отправился возлагать венки к памятнику павшим советским воинам. Там его уже больше часа ждали пожилые люди — российские граждане, приехавшие в Харбин еще до войны строить КВЖД. Они так и не вернулись на родину, но сохранили российское гражданство и остались, по сути, единственными представителями некогда обширной русской диаспоры. Встреча и беседа с президентом была запланированной и должна была символизировать традиции российско-китайской дружбы. Но Ельцин, пребывавший не в лучшем настроении, уделил старикам буквально полторы минуты, успев проговорить что-то о пенсиях.
Ключевым пунктом программы пребывания президента в Харбине должна была стать встреча российской делегации с руководством провинции Хэйлунцзян. На долю этой провинции приходится 60% приграничной торговли Китая, а потому в российскую делегацию были включены губернаторы двух областей — Амурской и Читинской.
Итогом вчерашнего дня стало решение о расширении зон свободной торговли в районе Забайкальска и Благовещенска. В Благовещенске российско-китайскими усилиями будет построен мост через Амур.
Обо этом журналистам рассказали Сергей Ястржембский и Борис Немцов. Президент к ожидавшим его корреспондентам так и не подошел. Он даже не поприветствовал ожидавшую его толпу, а тяжело вылез из машины и скрылся за дверями особняка, где должно было пройти последнее мероприятие с его участием — завтрак у губернатора. Казалось, больше всего президент хотел поскорее очутиться в самолете.
Ренат Акчурин, делавший год назад операцию президенту, специально прилетел в Китай, чтобы посмотреть, как пациент переносит перегрузки. На вопрос корреспондента "Коммерсанта" о том, что он думает о самочувствии Ельцина, Акчурин ответил, что удовлетворен состоянием президента, а его вялость объясняет сменой часовых поясов: "Я бы рекомендовал ему лететь с остановкой, например, в Иркутске, но меня никто не спрашивает".
Вполне возможно, причиной усталости президента были и два званых обеда. Судя по всему, экзотическая китайская кухня не очень понравилась Ельцину. На обеде от имени Цзян Цзэминя, куда были приглашены только Ельцин с супругой, Татьяна Дьяченко, а также российский посол в КНР, Цзян Цзэминь выразил сожаление, что Ельцин приехал так ненадолго, и предложил ему остаться. На что Ельцин пошутил: "У меня с собой еды только на два дня",— а на остальные реплики отвечал только "да" и "нет".
Обед в честь российской делегации прошел живее и скорее напоминал смотр самодеятельности. Цзян Цзэминь спел популярную в Китаю русскую народную песню "Далеко-далеко", которую, к своему стыду, так и не смог припомнить ни один член российской делегации. "Какого оперного певца мы потеряли!" — пошутил Ельцин. Цзян предложил исполнить что-нибудь и Ельцину. Тот переадресовал просьбу Борису Немцову, и вице-премьер на пару с коллегой из китайского правительства спел "Подмосковные вечера". Сам певец, правда, признал свое выступление "неудачным". А кульминацией вечера стал танец Цзян Цзэминя и Татьяны Дьяченко под музыку из балета "Спящая красавица".