Вице-спикер Совета Федерации Александр Торшин потребовал выделить охрану судье по делу координатора "Левого фронта" Сергея Удальцова. Арестованный оппозиционер дал интервью ведущей "Коммерсантъ FM" Анне Казаковой.
— Как вы себя чувствуете?
— Вы знаете, вчера был госпитализирован сразу после суда, когда мне 10 суток очередных присудили. Было тяжелое состояние, обострилась язвенная болезнь, она возникла на фоне сухой голодовки, которую я 4 декабря объявил. Сейчас немножко тут приняли меры врачи, подлечили, сейчас состояние улучшилось, но в целом, конечно, пока слабое и такое, я бы сказал, неудовлетворительное. Я в основном лежу, мне капельницы ставят и другое лечение проводят.
— В каких условиях вас вообще сейчас держат?
— Я нахожусь в городской больнице клинической 64, обычная больница. В общей палате нахожусь. Отношение персонала благожелательное, я бы сказал даже сочувственное, тут уже все знают, в принципе, про всю эту историю. Я уже не первый раз в этой больнице за эти 20 с лишним дней. Полиция продолжает охранять, дежурит у палаты круглосуточно, хотя мы уже обратились в прокуратуру по поводу того, что это незаконно, нет такой нормы, по которой они могут здесь находиться. Но пока прокуратура не ответила, они продолжают дежурить, сопровождают меня в туалет, условно говоря, пошел, извиняюсь за такие подробности, они идут следом. Но в целом так какой-то грубой силы не применяют, поэтому в целом сейчас обстановка более-менее спокойная в больнице.
— А вы знаете о том, что к Тверскому суду пришли ваши сторонники, правозащитники поддержать вас?
— Я узнал буквально недавно, мне кто-то позвонил, сказал об этом, я очень благодарен людям, я сам не в курсе даже был, что такая инициатива возникла. Очень благодарен, потому что сейчас такая поддержка даже независимо от того, меня это касается или кого другого, это то, что необходимо, потому что власть надеется нас разъединить, поссорить, кого-то посадить, кого-то, наоборот, подкупить и пообещать что-то. Если мы будем проявлять такую солидарность, как происходит сегодня, я думаю, мы добьемся серьезных результатов. Я искренне благодарность выражаю всем, кто вышел, это действительно очень дорогого стоит и мне придает дополнительные силы моральные, так что еще раз всех благодарю, буду держаться, конечно.
— Господин Удальцов, это несанкционированная акция, возможны задержания.
— Еще раз повторю, что это, видимо, инициатива самих граждан, я ни в коей мере никого не хочу подталкивать к каким-то противоправным действиям, но надеюсь, если там люди будут вести себя спокойно, то и у правоохранительных структур хватит все-таки ума опять не устраивать репрессии какие-то, силовые действия. Я думаю, люди сами понимают ответственность и выходят сознательно. Тем более это приятно и важно, что люди, несмотря на риск каких-то задержаний вышли. Очень им благодарен, еще раз повторяю, такие акции сегодня очень важны, потому что если в ответ на такое беззаконие, с кем бы оно ни творилось, со мной или еще с кем-то, люди будут молчать, то власть будет понимать, что можно и дальше так действовать.
— А действительно оказывалось давление на судью при вынесении приговора по другому вашему делу, последнему?
— Вы знаете, я многократно уже сталкивался с судьей Боровковой, естественно, напрямую в зале суда мы не видим никакого давления, но в предыдущие разы были случаи, когда мои защитники слышали, как к ней в кабинет заходили сотрудники полиции в штатском, вели переговоры и пару раз даже удавалось услышать обрывки фраз, где они давали конкретные рекомендации, сколько суток нужно судить Удальцова. К сожалению, это не какие-то фантазии, видимо, установки дают.
— Установки от кого? Кем даются эти установки?
— Я рассказываю то, что удавалось как-то зафиксировать, это были сотрудники полиции в штатском. Какие структуры они представляют, сложно сказать, чью волю они исполняют, естественно, нам сложно судить. Возможно, это уровень ГУВД города Москвы, возможно, сейчас уже при такой накаленной политической обстановке это более высокий уровень. А судья Боровкова… Я, кстати, все-таки не склонен ее делать главной виновницей, она, конечно, часть этой системы, она исполняет эти указания, могла бы их не исполнять, но главные виновники — те, кто отдают такие указания. Поэтому я, конечно, не испытываю никаких теплых чувств к судье Боровковой, но считаю, что, конечно, она здесь винтик, она здесь исполнитель, и главная ответственность на тех, кто дает такие указания, оказывает давление. И надо понимать, что тут все гораздо сложнее и не на одной Боровковой здесь все зацикливается.