Завтра состоится заседание совета Россия--НАТО, на котором будет обсуждена ситуация вокруг проекта ЕвроПРО. Накануне заседания постпред США при НАТО ИВО ДААЛДЭР рассказал корреспонденту "Ъ" АЛЕКСАНДРУ ГАБУЕВУ, как в Вашингтоне восприняли недавние угрозы Дмитрия Медведева разместить комплексы "Искандер" на границах РФ и почему США отказываются давать России юридические гарантии ненаправленности ПРО против нее.
— Диалог с РФ по проблеме ПРО зашел в тупик?
— Консультации между Россией и НАТО по проблеме ПРО идут очень тяжело. У нас совершенно разное восприятие ракетной угрозы, исходящей от Ирана, и разное понимание того, что с этим делать. В то же время мы очень честны друг с другом относительно наших разногласий. И понимаем, что их не удастся разрешить в скором времени.
— Почему НАТО отвергло выдвинутую Дмитрием Медведевым в Лиссабоне концепцию секторальной ПРО?
— НАТО не может принять эту идею. Просто потому, что мы уверены: только альянс, а не какая-то другая держава должен гарантировать безопасность своих членов и их территорий. Москва ведь тоже не хочет, чтобы за безопасность России отвечало НАТО. Так что мы убеждены, что НАТО должно быть ответственно за защиту своих членов, а Россия должна отвечать за свою защиту.
Но мы можем принять адоптированный вариант предложенного Россией секторального подхода. При таком варианте НАТО будет отвечать за защиту своей территории, а Россия — своей. Вместе мы можем определить, как наши отдельные системы ПРО могут сотрудничать, чтобы укрепить безопасность Европы и защитить ее от иранской угрозы.
— А что вы думаете о последнем заявлении президента Дмитрия Медведева по проблеме ПРО?
— Я обратил внимание, что президент Медведев оставил дверь для продолжения диалога открытой. Этот диалог должен быть сфокусирован на том, как двигаться вперед. Дмитрий Медведев сказал ясно, что в этом случае изложенные им меры не надо будет реализовывать. Время у нас еще есть — шесть-восемь лет. Мы бы хотели потратить их на поиск путей для сотрудничества по ПРО как по линии Россия--США, так и по линии Россия--НАТО. И если мы вместе сядем и хорошо все обсудим, я уверен, что мы сможем найти выход из сложившегося тупика.
— Вы услышали в заявлении какие-то новые меры, которые заставили бы США и НАТО испугаться?
— Среди мер, которые изложил президент Медведев, не было ничего, что не упоминалось бы ранее. Так что мы не услышали ничего нового. Главное, что мы услышали,— дверь для диалога остается открытой. Мы намерены сотрудничать с Россией, и в то же время мы намерены развернуть нашу ПРО. Остается путем переговоров найти решение, которое удовлетворит США, Россию и наших европейских партнеров.
— А каким вам видится этот выход? Ведь даже такой оптимист, как Майкл Макфол, в Сенате недавно признал, что пока перспектив компромисса не просматривается.
— У нас действительно тупик, но не безвыходный. Мы все готовы к переговорам. Мы четко видим, где наши разногласия, и будем готовы работать над их преодолением. Никто не опускает руки и не капитулирует, включая представителей России. У нас есть свои предложения, у России — свои, так что давайте сделаем так, чтобы эти идеи работали для нашей общей пользы.
— Одна из российских идей — предоставление юридически обязывающих гарантий ненаправленности ПРО против России. Почему бы Вашингтону ее не подписать?
— У отказа США давать такие гарантии есть две причины. Во-первых, США из принципа не могут принять каких-либо ограничений на нашу оборонительную систему. Точно так же Россия не согласилась бы с тем, если бы США начали диктовать ей параметры ее оборонительных вооружений. Что мы готовы, так это предоставить письменно политические гарантии того, что наша система не направлена против России. Мы считаем, что лучшей гарантией будет сотрудничество России с США по ПРО. Это сотрудничество даст гораздо больший уровень защищенности и знаний о нашей системе, чем любая бумажка.
— Как сейчас идут переговоры по американским предложениям вроде создания центров обмена информацией о ракетных угрозах?
— Есть понимание, что у этих предложений большой потенциал. Но Москва четко дала понять, что ей нужны гарантии перед тем, как она всерьез сможет приступить к дискуссии о создании таких центров. Мы хотим предоставить такие гарантии и будем работать над этим. Но в то же время США считают, что работа в таких центрах является самой ясной демонстрацией того, что система ПРО направлена не против России, а против совсем другой угрозы, и что никакой опасности для сил стратегического ядерного сдерживания РФ она не представляет.
— В силе ли приглашение США представителям России принять участие в испытаниях системы ПРО в 2012 году?
— Конечно, оно в силе, и мы продолжаем его обсуждать.
— Недавно "Ъ" сообщал об идее постпреда РФ при НАТО Дмитрия Рогозина превратить ПРО в систему для борьбы с угрозами из космоса. Вы слышали об этой задумке?
— Мы, разумеется, открыты любым идеям, которые укрепят нашу общую безопасность. Но, если честно, я не уверен, что этот проект направлен на борьбу с угрозой, которую мы считаем самой срочной, а это разработка Ираном ракет, способных угрожать Европе. Источник угроз находится не в космосе, а гораздо ближе.