Результаты выборов в Госдуму стали неожиданностью для западных стран. По предварительным данным, "Единая Россия" набрала почти на 15% меньше, чем на выборах 2007 года. Генеральный директор Совета по национальной стратегии Валерий Хомяков обсудил ситуацию с Андреем Норкиным.
— Скорее как тенденцию или как случайность воспримут ваши западные коллеги результаты выборов?
— Во всех случайностях есть свои закономерности. Поэтому я думаю, что это тенденция. Это тенденция серьезнейшего изменения общественных настроений, которые произошли буквально за последние несколько месяцев. Трудно себе представить, допустим, полгода назад, что Владимира Путина будут встречать свистом, как это было у нас в "Олимпийском". Известный инцидент. Теперь это становится уже нормой. Поэтому, у людей с одной стороны исчезает (не исчез, но исчезает) страх, а с другой стороны люди начинают понимать, что все-таки на выборы надо ходить и надо участвовать в этом процессе. Да, несовершенном, но я просто знаю много своих знакомых, весьма далеких от политики, которые говорят: "А теперь мы пойдем! Никогда не ходили, а теперь пойдем!" Поэтому это все-таки тенденция. Я надеюсь, она будет усиливаться.
— А тогда в этой связи как будут меняться отношения между нашей страной и западными странами? Наверное, правильнее говорить: между западными странами и нашей страной. Я бы тут разделил два направления. Первое – это бизнес-направление. Это инвестиции. Потому что без этой стабильности, на которую всегда наши партнеры надеялись, вряд ли можно как-то сотрудничать. А второе – это исключительно политическая вещь: на кого ставку делать, кого поддерживать, с кем, наоборот, не разговаривать. Давайте с бизнеса начнем.
— Я думаю, что с инвестициями, конечно же, ожидать огромного притока как-то сложно. Понятное дело, что Запад прекрасно понимает, кто будет президентом Российской Федерации. И еще раз повторюсь: многое будет зависеть от того, Путин победит в первом туре или может быть будет второй тур. Если второй, тогда один расклад, в том числе и по инвестициям. Если с первого тура, то второй. Поэтому Запад сейчас немножечко затаится, дабы дождаться результатов голосования основных выборов, то есть президентских, формирования правительства уже в мае, после инаугурации. И только тогда западному бизнесу станет понятно, что тут у нас в итоге складывается. Поэтому, я думаю, что зимой и весной ожидать каких-то вливаний в нашу экономику со стороны Запада было бы совершенно наивно. Что касается политической части, то она здесь достаточно тесно корреллирует с бизнес-частью. Я думаю, что Запад будет сейчас внимательно присматриваться к тем, может быть, новым лицам, которые должны появиться. В ожидании вся страна этих новых лиц, в частности, эффект Прохорова.
— Вряд ли эти лица появятся к выборам, просто по процедуре не успеют люди собрать подписи.
— Безусловно, сейчас сложно ожидать, что мы получим какую-то новую фигуру в ходе президентских выборов, все-таки два миллиона подписей – это огромнейшая работа, еще надо, чтобы их приняла и Центральная избирательная комиссия. Но, тем не менее, мне кажется, что Запад тоже понимает, что здесь происходит, что общество начинает просыпаться, общество начинает осознавать себя обществом, да, не до конца, и ожидание появления свежих фигур, оно высоко.
И судя по тем публикациям, которые я читаю в западной прессе, действительно там начинает эта тема достаточно обширно обсуждаться. Поэтому Запад будет присматриваться и по политической части. Главное, не делать серьезных ошибок, не надо вести себя так, как мы ведем себя в той же Южной Осетии. На Западе достаточно много опытных политиков, которые такие глупости делать не будут. Не хочу этих слов традиционных произносить — "Запад нам поможет". Но думаю, что, конечно же, международная обстановка пока под большим знаком вопроса сегодня.