Коротко


Подробно

Борис Березовский vs Роман Абрамович

Онлайн-репортаж из Высокого суда Лондона. Часть 7

Свидетели
Со стороны Романа Абрамовича свидетельствуют:
Позиция Абрамовича
Роман Абрамович давал показания в Высоком суде Лондона с 31 октября до 10 ноября. Основной аргумент господина Абрамовича состоял в том, что Борис Березовский и Бадри Патаркацишвили никогда не являлись его деловыми партнерами. По словам ответчика, он обратился к господину Березовскому за «крышей» — политическим покровительством благодаря связям Бориса Березовского с семьей Бориса Ельцина. Вопреки словам своего адвоката Роман Абрамович заявил в суде, что инициатива создания «Сибнефти» на базе «Ноябрьскнефтегаза» и Омского НПЗ принадлежала именно ему. «С этой идеей я пришел к Петру Авену, который предложил мне обсудить эту тему с Березовским»,— рассказал господин Абрамович. Ответчик тем не менее признал, что без Бориса Березовского покупка контрольного пакета акций «Сибнефти» на залоговом аукционе в декабре 1995 года была бы невозможной. Однако Роман Абрамович не упускал случая подчеркнуть, что в построении холдинга «Сибнефть» и покупке алюминиевых активов не меньшей была роль Бадри Патаркацишвили, который никаких претензий к господину Абрамовичу не имел (Борис Березовский утверждает обратное). В ходе допроса Роман Абрамович подтвердил, что нефть «Ноябрьскнефтегаза» продавалась на Омский НПЗ и впоследствии «Сибнефти» по завышенной в несколько раз цене через посредников, зарегистрированных во внутрироссийских офшорных зонах. Ответчик настаивал, что участие посредников не влияло на прибыль «Сибнефти», а лишь уменьшало сумму уплачиваемых в бюджет налогов. Суммы выплат за «крышу» Борису Березовскому и Бадри Патаркацишвили, по словам Романа Абрамовича, составили в 1996 году – около $80 млн, в 1997 и 1998 годах — по $50 млн, в 1999-м – больше (точная цифра названа не была). По эпизоду с «Русалом», господин Абрамович рассказал, что приобрести алюминиевые активы ему предложил Бадри Патаркацишвили.

"Я приложил много усилий, чтобы достичь успеха в бизнесе"...
Выяснилось, что в договоре от февраля 2000 года о приобретении КрАЗа, КрГЭС и БрАЗа в качестве покупателей помимо Романа Абрамовича фигурирует и господин Патаркацишвили, который по утверждению ответчика лишь вел переговоры, за что в дальнейшем получил комиссионные. Господин Абрамович настаивал, что в переговорах с Олегом Дерипаской ни Борис Березовский, ни Бадри Патаркацишвили не участвовали, они лишь были поставлены в известность о предстоящей сделке по слиянию алюминиевых активов (на их базе впоследствии был создан «Русал»). Роман Абрамович также признал, что был в хороших отношениях с тогдашним президентом Владимиром Путиным, однако отрицает встречу с Березовским на мысе Антиб 7 декабря 2000 года. На этой встрече, по утверждению истца, господин Абрамович выступил посланником Владимира Путина и вынуждал Бориса Березовского продать акции ОРТ под угрозой оставления Николая Глушкова (близкий друг и партнер Бориса Березовского) в тюрьме. По словам Романа Абрамовича, он был во Франции лишь 6 декабря 2000 года, тогда как с 7 по 9 декабря он находился в России и встречался с Давидом Давидовичем (партнер Абрамовича по фонду Millhouse), Михаилом Зурабовым (бывший министр здравоохранения и социального развития) и Евгением Адамовым (бывший глава Минатома). В своих письменных показаниях Роман Абрамович утверждал, что в январе 2001 года была встреча в Куршавеле с Бадри Патаркацишвили, на которой тот предложил завершить отношения между ними с Березовским и потребовал сделать последнюю выплату — $1,3 млрд. В суде господин Абрамович заявил, что он согласился выплатить эти деньги, чтобы не испортить отношения с господами Березовским и Патаркацишвили. «А также таким образом я покупал себе свободу», — заявил ответчик.
Позиция Березовского
Борис Березовский подал иск к Роману Абрамовичу в 2007 году. Высокий суд Лондона 31 марта 2010 года согласился, что дело может быть рассмотрено по существу. Господин Березовский требует $5,5 млрд в качестве возмещения ущерба от продажи в 2001-2004 годах своих долей в «Сибнефти» (21,5%) и «Русале» (12,5%). По утверждению истца, он вместе со своим партнером по бизнесу Бадри Патаркацишвили был вынужден продать принадлежащие им доли в компаниях значительно дешевле их реальной стоимости под давлением и угрозами со стороны Романа Абрамовича. Одним из средств такого давления, по словам Бориса Березовского, было условие освобождения из-под стражи его близкого друга и бывшего бизнес-партнера Николая Глушкова.
Бывший заместитель генерального директора «Аэрофлота» Николай Глушков обвинялся в мошенничестве путем хищения средств авиакомпании на сумму 214,9 млн руб. В июле 2006 года Савеловский суд Москвы приговорил его к двум годам условно за хищение средств авиакомпании на сумму 214,9 млн руб. Господин Глушков не признал себя виновным. В 2010 году он получил политическое убежище в Великобритании.

В 2007 году Борис Березовский был заочно приговорен за мошенничество со средствами «Аэрофлота» к шести годам лишения свободы. Суд обязал его возместить причиненный ущерб.

Процесс стартовал в Лондоне 3 октября. На первом заседании суда адвокат Лоуренс Рабинович, представляющий интересы истца, заявил, что господа Абрамович и Березовский долгое время были друзьями и партнерами, но после того, как Борис Березовский поссорился с Владимиром Путиным, господин Абрамович «предал» его. С 5 по 17 октября показания в суде давал сам Борис Березовский, причем на английском языке. Он обвинил Романа Абрамовича в нарушении доверия и соглашения между ними. Тот факт, что до 2001 года он отрицал наличие у него каких-либо акций «Сибнефти», господин Березовский объяснил тем, что у них была соответствующая договоренность. По заявлению Бориса Березовского, управление «Сибнефтью» было доверено Роману Абрамовичу, но акционеры не обсуждали, каким образом оно будет осуществляться. В ходе допроса Борис Березовский признал, что сделка с «Сибнефтью» была скреплена не на бумаге, а просто пожатием руки – именно так, по его словам, тогда делался бизнес в России.
Ирина
Панченко
Евгений
Швидлер
Андрей
Городилов
Александр
Волошин
Сергей
Капков
Александр
Мамут
Александр
Смоленский
Олег
Дерипаска
Евгений
Тененбаум
Сергей
Григорьев
Анна
Гончарова
Светлана
Попенкова
Андрей Городилов, сын бывшего гендиректора "Ноябрьскнефтегаза" Виктора Городилова (на базе которого была создана "Сибнефть").
В середине 1990-х Андрей Городилов работал в "Ноябрьснефтегазе", с 1997 года был директором московского филиала "Сибнефти", с июля 1998 года являлся первым вице-президентом "Сибнефти" и курировал финансовые вопросы.
Кроме того в 2001-2008 годах Андрей Городилов являлся первым заместителем губернатора Чукотского автономного округа Романа Абрамовича. (см. справку "Ъ")
В четверг 10 ноября Андрей Городилов рассказал, что был в курсе планов Романа Абрамовича по покупке акций ОРТ и именно он готовил документы по этой сделке. Господин Городилов подтвердил, что цена 49% акций ОРТ составила $150 млн, но в договоре была указана цифра в $10 млн. Из показаний Романа Абрамовича следует, что это делалось по требованию Бадри Патаркацишвили, который опасался возможной конфискации. Андрей Городилов также пояснил, что в договор о продаже акций ОРТ был датирован 25 декабря 2000 года, а Бадри Патаркацишвили и Борис Березовский подписали его лишь 29 декабря, однако, по мнению свидетеля, это не означает, что документ был сфальсифицирован.
В качестве свидетеля со стороны ответчика выступил бывший руководитель администрации президента Бориса Ельцина и Владимира Путина Александр Волошин. Он рассказал о том, как государство в начале 2000-х ставило под контроль ОРТ, но отказался признать, что Кремль и господин Абрамович давили на господина Березовского, пытаясь отнять его бизнес.
Сергей Капков работал в "Сибнефти" и в правительстве Чукотского АО, сейчас возглавляет департамент культуры города Москвы. Как и другие свидетели со стороны господина Абрамовича, подтверждает декабрьские встречи ответчика, максимально расходящиеся с тем, что утверждает Борис Березовский.
Александр Мамут не будет выступать в суде, однако он дал письменные показания, после которых, по сведениям источников Газеты.ру, Борис Березовский изменил свидетельство о дате своей встречи на мысе Антиб с Романом Абрамовичем.
По первоначальному заявлению адвоката господина Березовского эта встреча прошла 9 декабря 2000 года, на ней обсуждалась продажа Роману Абрамовичу российских активов Бориса Березовского и Бадри Патаркацишвили (акций ОРТ, "Сибнефти" и "Русала").
Из показаний истца следует, что на эту встречу Роман Абрамович приехал по просьбе Владимира Путина и угрожал, что если господа Березовский и Патаркацишвили не продадут свои акции, то Николай Глушков будет долго сидеть в тюрьме.
Однако, согласно показаниям Александра Мамута, в этот день Романа Абрамович встречался с ним. Теперь Борис Березовский называет другой день встречи — 7 декабря. Роман Абрамович настаивает, что тогда он находился в России, ссылаясь на встречу 7-9 декабря с Давидом Давидовичем, Михаилом Зурабовым и Евгением Адамовым.
По словам ответчика, купить акции ОРТ ему предложил сам Бадри Патаркацишвили.
С понедельника в качестве свидетеля со стороны ответчика выступает бывший президент "Сибнефти", а сейчас глава компании Millhouse Евгений Швидлер. Пытается убедить суд в том, что предмет иска безоснователен: Березовский не владел акциями "Сибнефти", а приводимые адвокатами истца публикации в СМИ, где сам Швидлер говорил обратное — лишь попытка "саркастически пошутить".
Ирина Панченко работала с Романом Абрамовичем с декабря 1996 года. Занималась отчетностью компаний "Руником С.А" и "Руником Лтд", а также российских трейдинговых компаний Абрамовича. С начала июля 2008 года и по сей день Ирина Панченко - финансовый директор компании Millhouse.

В Высоком суде Лондона продолжаются слушания по иску Бориса Березовского к Роману Абрамовичу. Сегодня в качестве свидетеля со стороны ответчика выступит бывший партнер Абрамовича Евгений Швидлер — накануне он убеждал суд в том, что предмет иска безоснователен: Березовский не владел акциями "Сибнефти", а приводимые адвокатами истца публикации в СМИ, где сам Швидлер говорил обратное — лишь попытка "саркастически пошутить". За ходом процесса следит корреспондент "Ъ" АННА ЗАНИНА.


20:21 Судья объявляет перерыв до завтра, до 10:15. Предупреждает Панченко, что она все еще под присягой. И Березовский, и Абрамович судя по всему остались довольны сегодняшним днем — оба вышли из зала, улыбаясь.

20:20 Рабинович: "В таблице Фомичева были платежи по расчетам с Березовским и Патаркацишвили?" Панченко: "Да". Рабинович: "Вы собирались провести взаимозачет этих $16 млн, заплаченных Дерипаске, в счет платежей Березовскому?" Панченко: "Этот платеж относился к Березовскому, поэтому он попал в эту таблицу".

20:19 На допросе Панченко Березовский, похоже, заскучал.



20:17 Рабинович говорит о платеже, который по его мнению, предназначался для Бадри Патаркацишвили на покупку самолета от компании TAG Aviation. Рабинович: "А вот этот платеж в $16,2 млн был погашением долга Березовского перед Дерипаской, согласно вашим показаниям". Панченко подтверждает это.

20:15 Панченко говорит, что не может пояснить аббревиатуры в таблице, их, по ее словам, ставил Швидлер. Рабинович: "Ну, можно же предположить, что "АЛ" имеет отношение к алюминию?" Панченко: "Такое предположение можно сделать".

Борис Березовский и Роман Абрамович. 2000 год

Борис Березовский и Роман Абрамович. 2000 год

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

20:12 Панченко рассказывает, что осенью 1999 года она с Таненбаумом поехала на Кипр, где обсуждалась новая структура держателей "Сибнефти". Рабинович: "Вскоре после этой поездки владение "Сибнефтью" было изменено, держателями акций стали шесть офшорных кипрских компаний?" Панченко подтверждает. Рабинович: "И все эти компании подчинялись английскому праву?" Панченко: "Я не обращала тогда внимания на английское право".

20:11 Рабинович: "Но вы не помните, что Абрамович вам сказал о встрече в "Дорчестере" в марте 2000 года?" Панченко: "Я не помню об этой встрече, узнала только в рамках данного судебного разбирательства" (Ирина Панченко там не присутствовала).

20:04 Рабинович: "После обсуждения с Патаркацишвили Абрамович вам сказал о договоренности, сколько нужно заплатить (вероятно, речь идет о комиссионном вознаграждении для Патаркацишвили за переговоры по покупке Абрамовичем в феврале 2000 года алюминиевых активов)?" Панченко: "После обсуждения они (Абрамович и Патаркацишвили. – "Ъ") вернулись вместе, там были Фомичев и я, вопрос был в том, платим ли мы ему вознаграждение деньгами или ценными бумагами. В итоге решили, что выплатят деньгами и первый платеж был почти сразу — на следующий день. Панченко уверена, что все обсуждение проходило в дружеском тоне и Бадри был доволен. Рабинович утверждает, что это не ее воспоминания, а попытка помочь Абрамовичу. Панченко: "Это мои ощущения". Панченко говорит, что комиссионное соглашение с Бадри было подписано сразу после 14 февраля 2000 года — момент, когда стала известна окончательная цена покупки активов.

19:55 Березовский что-то смотрит на iPad, шепчется с Горбуновой.

19:54 Рабинович: "Там показаны общие суммы в таблицах на ПР и ПРБР. Меня интересует 2001 год — вот общая сумма платежей, какие-то из них связаны с платежами в пользу Березовского и Патаркацишвили?" Панченко: "Да, есть такие платежи, но надо учитывать, что здесь данные только по август, а не за весь год".

19:50 Судья просит вывести русскую версию этой таблицы на экран компьютера рядом с Панченко — там общие суммы выплат по годам. Судья спрашивает, что охватывает 2001 год. Панченко: "2001 год здесь неполный, это рабочие таблицы сотрудников, там не общая сумма за год". Свидетель объясняет, что по выплатам в 2001 году лучше ориентироваться на таблицу Фомичева.

19:42 Панченко подчеркнула, что госпожа Худык не знала о наличии архивной копии этого документа. Рабинович: "И никто до ноября 2010 года ее архивы не просматривал?" Панченко: "Я не знаю, насколько я поняла из разговора с госпожой Худык, она работала на другом жестком диске".

19:40 Рабинович: "Этот документ, очевидно, необходимо было раскрыть!" Панченко: "Этот документ был найден на компьютере Натальи Худык на ее жестком диске, и была создана копия этой информации на другом жестком диске, и юристы обнаружили, что эта информация сохранилась, что было для нас, честно говоря, неожиданным".

19:32 Обсуждают таблицу с платежами, которая была сделана по просьбе Швидлера. Панченко создавала форму таблицы, а потом другие сотрудники ее заполняли. Панченко: "Таблица под названием "Большой баланс" (в нем отражены все платежи Абрамовича Березовскому. – "Ъ") была найдена усилиями юристов в результате электронного поиска в ноябре прошлого года. Рабинович: "А почему этот документ был раскрыт только спустя шесть месяцев после того, как вы его нашли?" Панченко: "Сначала информация была собрана в электронной форме, потом выяснялось, относится она к делу или нет, много разной информации было, которая к делу не относилась, была дискуссия в каком виде этот баланс предоставлять – т.е. это был довольно длительный процесс, с учетом еще праздников и работы в режиме Москва-Лондон".

19:17 Панченко заметно нервничает: объясняя про платежи Березовскому, она немного заикается, говорит прерывисто и активно жестикулирует, как будто пытается подкрепить свои слова еще и жестами.



19:13 Обсуждают ситуацию с задолженностью семьи Березовского перед Мостбанком. Панченко не помнит, погашал ли Абрамович конкретно этот долг. Помнит, что нужны были основания для проведения платежей Березовскому — для этого был оформлен контракт. Рабинович: "Соглашение касалось не только финансирования ОРТ, поэтому вы тогда и не сказали, что знали о схеме продаж векселей с дисконтом?" Панченко: "Знала ли я о платежах Березовскому в то время? Да. Обратила ли я внимание, что это было только для ОРТ? Не знаю".

19:09 Березовский устал, закрывает глаза, иногда поднимает руку к лицу — его пальцы дрожат.



19:05 Разбирают схему платежей Березовскому от Абрамовича. Рабинович ссылается на документ со словами господина Маринова, что векселя будут потом выкупаться компаниями, которые контролируются Абрамовичем, по более высокой цене. Рабинович ведет к тому, что эти платежи шли на финансирование ОРТ. Это финансирование было в обмен на поддержку со стороны Березовского в создании "Сибнефти".

19:00 Адвокат сравнивает показания Панченко (первые и последующие) и, похоже, пытается поймать свидетеля на том, что она изменила показания после обсуждения с кем-то.

18:50 Рабинович, ссылаясь на показания Панченко, говорит, что для проведения платежей компаний Tiberius и Penendant использовались векселя. Панченко отметила, что частью этих платежей занималась Анна Гончарова (будет выступать в качестве свидетеля со стороны Абрамовича. – "Ъ"). Панченко: "В то время я действительно не знала об использовании векселей в качестве механизма для взаиморасчетов между Абрамовичем и Березовским".

18:48 Рабинович: "Вы упомянули, что обсуждали свои воспоминания со Стрешинским. Вы обсуждали что-то с другой стороной, например, с господином Анисимовым?" Панченко уточняет, что со Стрешинским она разговаривала только по телефону, а с Анисимовым, да, встречалась. Рабинович: "А вы обсуждали события ДО того, как написали свои показания или после?" Панченко: "Я написала показания в мае, обсуждала после". Панченко согласилась с утверждением Рабиновича, что обсуждала свои показания между теми датами, как дала их в письменном виде для суда: "Между вторыми и третьими показаниями".

18:45 Рабинович: "Т.е. имеются какие-то документы этого траста, а они были представлены в суд?" Встал Джонатан Сампшн: "Эти документы не имеют отношения к этому делу, но мы можем поискать эти документы". Судья: "Но они МОГУТ иметь отношение к делу?" Сампшн: "Ну, если только в части того периода времени".

18:42 Панченко не может уточнить, кто обладал полномочиями добавлять новых бенефициаров, говорит, что это должен знать Таненбаум. Ирина Панченко до сих пор является трасти кипрского траста.

18:41 Рабинович: "Была ли возможность в этом трасте добавлять бенефициаров?" Панченко ссылается на то, что это слишком юридически сложно, но отвечает, что дети Абрамовича были добавлены позже в качестве бенефициаров. Рабинович: "Т.е. можно было. И добавлять бенефициаров можно было только по инициативе Абрамовича или Швидлера?" Панченко: "Я не знаю, это было сделано на случай, если что-то случится с Абрамовичем".

18:40 Панченко пишет имя. Судья передает эту бумагу адвокату Дэвис (представляет Абрамовича), возражений со стороны ответчика нет. Теперь Панченко может произнести его имя: Димитрис Ианидис. Говорит, что выгодоприобретателем этого траста являлся Абрамович. Рабинович: "Только один Абрамович?" Панченко: "Да, и потом его дети".

18:38 Рабинович: "Какие события привели к вашему назначению в качестве трасти, что такое произошло до марта 2001 года?" Панченко: "У меня нет идей на эту тему, было определено некоторое количество трасти и одним из кандидатов была я". Судья: "Кого из трасти до марта 2001 года кроме Таненбаума вы знаете?" Панченко: "Я не знаю о структуре предыдущих трастов в Лихтенштейне". Судья: "Кипрских трастов?" Панченко: "В 2001 году трасти кипрских трастов стали мы с Таненбаумом. Был еще третий трасти". Судья: "Его имя конфиденциально?" Панченко: "Я думаю, он не имеет отношения к этому суду. Я бы лучше написала его имя".

18:37 Рабинович: "По состоянию на март 2001 года кто из трасти вызывался Абрамовичем в качестве свидетеля?" Панченко: "Господин Таненбаум".

18:35 Рабинович: "Помимо вас кто еще был трасти?" Панченко не понимает, должна ли она отвечать на этот вопрос. Адвокат Абрамовича: "Эти сведения достаточно конфиденциальны и непонятно, какое значение имеют фамилии тех лиц, которые являются трасти". Судья полагает, что это может помочь для выявления бенефициаров траста. Адвокат Абрамовича пытается возражать и снова ссылается на конфиденциальность информации. Судья: "Я могу сделать так, чтобы эта фамилия не звучала здесь, чтобы ее знали только адвокаты сторон". Элизабет Глостер спрашивает Рабиновича, какие именно трасты его интересуют. Рабинович поясняет, что интересуют те, которые стояли над "Сибнефтью" — "меня интересует ситуация до 2001 года включительно".

18:29 На вопрос Рабиновича, обсуждала ли она с кем-то свои показания, Панченко ответила: "Мы вспоминали довольно долгое время события десятилетней давности". Рабинович: "С кем вспоминали? Я имею в виду не юристов, а тех свидетелей, которые дают показания на стороне Абрамовича". Панченко: "С Абрамовичем, Таненбаумом, Худык, Городиловым, Швидлером, Стрешинским... Рабинович: "А вы сопоставляли свои воспоминания?" Панченко: "У каждого есть свой взгляд на те события, где-то он сходится, где-то нет".

18:26 Рабинович: "А являетесь ли вы партнером Абрамовича?" Панченко: "Я думаю, что да, это были сделки с "Фармстандартом" и "Хайланд Голд". Рабинович: "Являетесь ли вы партнером еще в каких-то сделках?" Панченко: "По-моему только в этих двух. В текущий момент мы партнеры только по Хайланд Голд". Рабинович: "Являетесь ли вы трасти в каком-то из трастов?" Панченко: "Да, я трасти в одном из трастов, где были акции "Сибнефти". Свидетель пояснила, что говорит про кипрский траст.

История вопроса: Компания Millhouse Capital

Инвестиционная компания Millhouse Capital зарегистрирована в Лондоне в августе 2001 года Романом Абрамовичем и Евгением Швидлером. В ее управление были переданы принадлежавшие бизнесменам акции "Сибнефти", "Русала", "Аэрофлота", "Руспромавто" и других предприятий. В разное время в число ее активов также входили пакеты "Иркутскэнерго" и Красноярской ГЭС, "Евроцемента", журнала "Огонек". Все они впоследствии были проданы. Крупнейшая сделка совершена в октябре 2005 года, когда 72,7% "Сибнефти" за $13,1 млрд купил "Газпром". В настоящее время крупнейшими активами Millhouse являются доля в горно-металлургической Evraz Group (41,4%), английский футбольный клуб "Челси", а также ряд объектов недвижимости в Москве и Подмосковье стоимостью около $1 млрд (например, офисный комплекс "Балчуг Плаза", бизнес-парк "Крылатские холмы", земельные участки). В 2007 году журнал Forbes оценивал активы Millhouse в $19,2 млрд. Структура и финансовые показатели компании не раскрываются.



18:20 "Я работаю на Абрамовича уже 15 лет", — подтвердила Панченко. Лоренс Рабинович: "Вы относитесь к друзьями Абрамовича?" Панченко: "Да, отношусь".

18:16 К присяге привели Ирину Панченко (финансовый директор компании Millhouse. — "Ъ"). Она клянется на русском языке.

18:15 Джонатан Сампшн продолжает: Дерипаска, возможно, тоже лично не будет присутствовать, но может дать показания по видеосвязи. Судья, по-моему, все-таки за то, чтобы Дерипаска приехал. Адвокат Рабинович спрашивает, будет ли выступать свидетелем Александр Булыгин (бывший гендиректор "Русала". — "Ъ"). Сампшн отвечает, что он болеет и пока неизвестно, будет ли он выступать в суде.

18:11 Слушания возобновились. Сампшн сообщил, что показания Александра Смоленского (основатель "СБС-Агро". — "Ъ") не очень важны для дела и поэтому нет смысла ему приезжать в Лондон, и в связи с этим сторона Абрамовича снимает письменные показания (изымает из дела. — "Ъ"), которые Смоленский предоставил.

17:02 Перерыв на обед. Абрамович в перерыве улыбается, показывает, что доволен тем, как продвигается допрос его свидетелей.

16:59 Спонринг говорит, что не следил за тем разговором Абрамовича с Березовским, не знает, кто и что говорил. Адвокат уточняет детали: "Достаточно обычная практика была, когда мужчины на прощание обнимаются (в показаниях свидетель указывал, что там были объятия. – "Ъ"). Спонринг: "Ну, не то чтобы обычная практика. Абрамович не всегда и не со всеми это делает". Адвокат начинает говорить, что показания Спонринга о встрече в Межеве не соответствуют действительности и что он делает это только из чувства лояльности к Абрамовичу... Судья прерывает его и указывает прекратить. Допрос Спонринга завершен.

16:55 Спонринг не знал о планах Абрамовича провести встречу в Межеве. Адвокат: "И вы не знаете, что обсуждалось на этой встрече?" Спонринг объясняет, что он тогда не знал русского языка и к тому же плохо слышал, так как находился на большом расстоянии от говорящих. Адвокат уточняет, на какой расстоянии. Спонринг: "Ну, такое расстояние, как от меня до Березовского сейчас" (между ними в зале метров 8-9. – "Ъ").

16:54 Адвокат Березовского: "Кто еще был там помимо Абрамовича?" Спонринг: "Его жена, кто-то из детей, ну и еще я... а, и пилот, естественно". Смех в зале.

16:53 Адвокат: "Тогда в Куршевеле Абрамович встречался с Патаркацишвили?" Спонринг: "Я не знаю, я слишком много сидел на кухне". Адвокат: "Ну, это понятно".



16:51 Адвокат Березовского: "И вы способны вспомнить, кто присутствовал на встречах, которые проходили 11 лет назад?" Спонринг: "Да". Адвокат: "Вы помните, где в Куршевеле останавливалась семья Абрамовичей?" Спонринг уточнил о каком годе идет речь (о 2001. – "Ъ"), потом назвал конкретное место.

Слева направо: Евгений Швидлер, Олег Дерипаска и Роман Абрамович. 2001 год

Слева направо: Евгений Швидлер, Олег Дерипаска и Роман Абрамович. 2001 год

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ

16:49 Спонринг рассказал, что был на встрече в Межеве: "Мы прилетели из Куршевеля в Межев, именно я освежил ему (Абрамовичу. – "Ъ") память об этой встрече с Березовским". Адвокат: "Но Абрамович ранее не помнил, что на этой встрече в Межеве был Березовский". Спонринг настаивает, что это он ему напомнил. Адвокат: "То есть вы ему подсказали?" Судья: "Не надо догадок, это мне решать!"

16:47 Адвокат: "Ведь трудно провести границу между тем, что утверждает Абрамович и что вы подтверждаете в своих показаниях? Тут есть опасность смешения?" Спонринг: "Нет, я бы не сказал". Спонринг уточнил, что их с Абрамовичем воспоминания почти идентичны.

16:46 Адвокат: "Вы читали отзыв Абрамовича на иск Березовского? Когда это было — до того, как вы подписали свои свидетельские показания?" Спонринг: "Нет".

16:45 Адвокат истца: "У вас австрийский адрес, но вы много времени проводите с Абрамовичем?" Спонринг: "Да". Судья уточняет, является ли Спонринг менеджером Абрамовича по подбору персонала. Свидетель подтверждает это. Уже почти 14 лет (в декабре будет ровно. – "Ъ") Спонринг сотрудничает с Абрамовичем.

16:40 Спонринг подтверждает, что семья Абрамовичей летом 1998,1999, 2000 годов отдыхала на юге Франции. Адвокат: "Вы знали Березовского и Патаркацишвили в январе 2001 года и раньше, когда они проводили время с Абрамовичем?" Спонринг подтверждает, называет места, где они встречались — в шато, на мысе Антиб, в московском офисе. Адвокат: "Из того, что вы видели, вы утверждаете, что их (Абрамовича, Березовского и Патаркацишвили. – "Ъ") отношения были дружескими? Спонринг: "Да".

16:37 К присяге привели следующего свидетеля Кристиана Спонринга. Он также дает показания на английском языке, хотя и оговаривается, что знает его не слишком хорошо. Допрос ведет адвокат Березовского, но не Рабинович.

История вопроса: Мистер Кристиан Спонринг. Личный помощник, шеф-повар Абрамовича. Знает базовый русский язык — выучил его после того, как начал работать с Абрамовичем. Господин Спонринг стал свидетелем встречи Березовского, Абрамовича и Патаркацишвили на французском горнолыжном курорте Межев в январе 2001 года, о чем упоминается в свидетельских показаниях господина Абрамовича. В ходе состоявшихся тогда переговоров Роман Абрамович договорился о последней выплате своему бывшему ментору. Борис Березовский отрицает сам факт подобной встречи.



16:34 Встал адвокат Романа Абрамовича Джонатан Сампшн. Он поясняет про высшее образование Абрамовича и про неточный перевод этой части допроса, уточняет, что имелась ввиду именно справка о незаконченном высшем образовании.

16:33 Адвокат переходит к покупке Дерипаской 25% "Русала" и пытается выяснить, почему он покупал не 50%, а только 25%. Швидлер: "У него не было денег, чтобы всю эту долю купить". У Рабиновича больше нет вопросов к Швидлеру.

16:32 Рабинович: "Встреча проходила в номере люкс отеля "Дорчестер", это был номер Бадри. Вы говорите, что Березовский был в халате? Но он вернулся тогда из палаты лордов!" Швидлер: "Нет, он уже был в номере, он вышел из другой комнаты и да, действительно был в халате". Судья: "Он надел халат поверх костюма или на голое тело?" Швидлер: "Мне кажется, это было ближе ко второму описанию".

16:29 Рабинович: "Березовский прилетел в Лондон только 12 марта и его там не было в те даты, на которые вы ссылаетесь". Швидлер: "Кажется, он в то время ходил на заседание суда по делу с Forbes". Рабинович: "Вы все это придумываете на ходу, господин Швидлер!"

16:28 Швидлер приводит еще примеры, когда он еще летал с Абрамовичем на встречу, в которой он лично вообще не был заинтересован, летал вместе с Романом "просто, чтобы пригодиться".

Адвокат Рабинович: "Вы говорите, что Березовский был в халате? Но он вернулся тогда из палаты лордов!"



16:27 Судья: "Скажите своими словами, а не словами юристов, почему Абрамовичу нужно было лететь срочно в Англию, чтобы встретиться с Березовским?" Швидлер: "Он всегда так делал, и к тому же Бадри настаивал. Березовский когда услышал об этом слиянии от Патаркацишвили, то захотел встретиться". Судья: "Но зачем?" Швидлер: "Березовский хотел ассоциироваться с большими (крупными) сделками. Это было обычное дело, Роман попросил меня прийти туда и я пришел.

16:25 Рабинович продолжает про "Дорчестер": вы утверждаете, что детали слияния на этой встрече не обсуждались? Швидлер: "Да, не обсуждались".

16:22 Горбунова вышла из зала, с ней вышел один их охранников. Вернулась очень быстро — через минуту.

16:19 Швидлер настаивает, что эта встреча в отеле "Дорчестер" не имела содержательного контента. "В отношении бизнеса там нечего было обсуждать", — добавил Швидлер.

Швидлер: "Я знаю, что нехорошо так шутить, но если бы Дерипаска тогда думал, что встретился со своими партнерами, у него случился бы сердечный приступ!" Никто не смеется. Березовский закрыл лицо рукой.



16:18 Рабинович: "Через несколько дней после подписания предварительного договора с Дерипаской и формального договора вы встретились в отеле "Дорчестер". Вы помните, кто был на этой встрече?" Швидлер: "Березовский, Бадри, Абрамович и я". Рабинович: "Смысл этой встречи от 13 марта был в том, что на ней Дерипаска встретился со всеми своими партнерами по "Русалу"?" Швидлер: "Я знаю, что нехорошо так шутить, но если бы Дерипаска тогда думал, что встретился со своими партнерами, у него случился бы сердечный приступ!" Никто не смеется. Березовский закрыл лицо рукой.

История вопроса: Кубок вызова. Сибирская нефть против "Сибирского алюминия"



16:14 Швидлер поясняет, что на самом деле Абрамович и Дерипаска были единственными сторонами договора. "Кроме них были заинтересованные лица или фигуранты, как их Дерипаска называл, у них был свой интерес в этой сделке, и поэтому в договор и были включены эти пункты о партнерах", — отметил Швидлер.

16:12 Швидлер заламывает пальцы, но лицо его не выражает волнения.

16:10 Рабинович: "Если они считали, что ваша подпись все равно что подпись Абрамовича, то значит Дерипаска и Булыгин считали, что вы с Абрамовичем партнеры!" Швидлер соглашается, но отрицает то, что Дерипаска считал его одним из покупателей активов, стороной этой сделки.

16:09 Рабинович переходит к предварительному договору о слиянии алюминиевых активов с Олегом Дерипаской: "Соглашение было заключено между Абрамовичем и Дерипаской, однако это ведь ваша подпись здесь стоит?" Швидлер: "Да". Свидетель объясняет, что активы были в очень плохом состоянии, они просидели на переговорах всю ночь и часть следующего дня. "Дерипаска с Булыгиным попросили меня подписать, они считали, что если бы подписал Роман — это могло дать нам шанс выйти из сделки", — добавил Швидлер.

16:06 Швидлер объясняет: "Вот мы сидим за столом, и вы представляете, я вдруг отказываюсь подписать — как это бы выглядело для других присутствующих там людей?" Рабинович: "Но вы с Бадри фигурируете в договоре как покупатели! Истинная причина, что вы и Бадри подписали договор в том, что вы были партнером Абрамовича, Бадри был со стороны Березовского". Швидлер отвечает, что причина не в этом.

16:03 Рабинович: "А вам зачем было подписывать договор?" Швидлер: "Я вел все переговоры по этой сделке, и если бы я не стал подписывать, то это бы выглядело плохо".

16:02 Рабинович: "В своих третьих показаниях вы говорите, что подписание со стороны Бадри договора было для того, чтобы показать рынку, что это его сделка, с целью защиты активов". Швидлер: "Бадри сидел там и если бы он отказался подписать договор, это было бы странным сигналом для продавцов. Все присутствовавшие подписали!".

16:01 Рабинович: "Не все, кто в договоре названы покупателями, были покупателями и не все, кто в договоре названы продавцами, были продавцами?" Швидлер: "Я уже объяснил по покупателям. И один из продавцов не имел активов, но указан продавцом — он был лишь частичным совладельцем активов, которые принадлежали третьей стороне".

Роман Абрамович (слева) и Евгений Швидлер

Роман Абрамович (слева) и Евгений Швидлер

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

15:58 Рабинович: "Если ни вы, ни Бадри не были фактическими покупателями, объясните тогда, почему указание вас как покупателей в договоре не соответствует действительности?" Швидлер: "Этот договор не подложный, если вы об этом. Здесь указаны стороны — продавцы и покупатели, но не все из них были реальными покупателями, не у всех из них были деньги на покупку".

15:56 Рабинович: "Вы читали договор прежде чем его подписать?" Швидлер: "Да". Рабинович зачитывает положения договора о сторонах — покупателях и продавцах: первая сторона договора — это Абрамович, Швидлер и Патаркацишвили и их компании. Швидлер: "Я подписывал это как представитель стороны, которая приобретает активы".

15:52 Рабинович решил изучить договоры, которые были подписаны Швидлером. Швидлер предпочел читать документы на русском языке. Смотрят рамочное соглашение от 10 февраля 2000 года о приобретении алюминиевых активов, которые затем были слиты с активами Олега Дерипаски и в результате была создана компания "Русал". Швидлер подтверждает наличие на соглашении своей подписи.

15:33 Рабинович переходит к выплате в $1,3 млрд. Рабинович: "Вы утверждаете, что $1,3 млрд долларов приближалось к рыночной стоимости всей компании "Сибнефть"? Ведь это смешное предположение". Швидлер: "Если действительно существовал бы потенциальный покупатель, то цена была бы примерно такой". Рабинович явно не согласен с этим: "Но 17 августа 2001 года "Сибнефть" выплатила $612 млн дивидендов, и вы хотите сказать, что эта компания может стоить всего $1,3 млрд? Дивиденды равные половине рыночной стоимости компании? По подсчетам компания должна стоить около $10 млрд, мы вчера об этом говорили".

15:25 Смысл этого обсуждения, видимо, сводился к выяснению того, на чьи деньги Абрамович купил акции "Аэрофлота". Рабинович настаивает, что на деньги "Андавы", а Швидлер этого не признает, но и сам четко объяснить не может, откуда взялись эти 20 млн франков, уплаченные за акции, и уклоняется от ответа.

15:22 Судья недоумевает: "Ведь "Андава" дала "Руникому" кредит в 20 млн швейцарских франков, зачем тогда она одолжила эти деньги?" Швидлер: "Я объяснил тогда Бадри, что это предложение нам не интересно, но у Бадри тогда были деньги, которые можно было использовать. Акции "Аэрофлота" тогда были интересны и Бадри, и Березовскому. "Руником" просто был одним из способов покупки акций". Судья: "Т.е. покупалось через номинального держателя?" Швидлер: "Вроде того, при этом они понимали, что одолженные деньги не будут возвращены".

15:16 Рабинович: "Вы в показаниях утверждаете, что в 2001 году мы (имея в виду Швидлера и Абрамовича) заинтересовались "Аэрофлотом", приобретя пакет его акций на открытом рынке, но там было заплачено именно 20 млн франков". Швидлер: "Эти вещи друг с другом никак не связаны — Абрамович приобрел акции "Аэрофлота" для себя, а 20 млн франков — это были деньги Бадри или его партнеров. Объединенный банк был в сделке с "Аэрофлотом" только агентом, за 2% акций "Аэрофлота" заплатил сам Абрамович и купил их для себя". Рабинович: "Все-таки Объединенный банк держал эти акции?" Швидлер: "Только как наш агент".

15:14 Рабинович: "Но "Андава" перевела "Руникому" сначала 20 млн швейцарских франков, а потом еще 3,8 млн швейцарских франков". Швидлер: ""Андава" пыталась разрекламировать себя, я им сказал, что мы не заинтересованы в их услугах и можем сами управлять своими деньгами". Далее, продолжает Швидлер, Бадри (Патаркацишвили. – "Ъ") и Руслан Фомичев (бывший партнер Бориса Березовского. – "Ъ") пытались купить акции "Аэрофлота" примерно в то же время и эти деньги можно было использовать для приобретения этих акций. "У "Андавы" был бизнес, который они не хотели потерять", — добавил Швидлер.

15:06 Рабинович: "Компания "Андава" оказывала услуги "Сибнефти" по управлению денежными средствами, такие же, какие она оказывала "Аэрофлоту"?" Швидлер: "Нет, но они, конечно же, хотели получить "Сибнефть" в качестве клиента". Рабинович: "В своих письменных показаниях вы ранее подчеркивали, что эта компания никак не связана с "Сибнефтью", а потом вы поменяли позицию?". Швидлер: "Они предложили свою компанию с целью ее разрекламировать, но "Андава" не имела отношения к "Сибнефти".

15:04 Рабинович переходит к другой теме: "9 июля 1998 года визит господина Ферреро (руководитель швейцарской компании "Андава". — "Ъ"), когда он приезжал к вам". Швидлер читает некий меморандум от 15 июля, в котором речь идет об этой поездке 9 июля. Рабинович: "Согласно этому меморандуму вы считали, что Березовский задолжал Абрамовичу деньги и этот долг должна выплатить "Андава" (подконтрольная Борису Березовскому швейцарская компания. – "Ъ")?" Швидлер: "Это не так".

История вопроса: Руководитель скандально известной компании "Андава" Вильям Ферреро согласился сотрудничать с генпрокурором Швейцарии Карлой дель Понте. Это произошло через несколько дней после того, как сотрудники швейцарских правоохранительных органов произвели выемки документов в лозаннском офисе "Андавы", фигурирующей в уголовном деле о финансовых махинациях в авиакомпании "Аэрофлот".



15:00 Обсуждают образование Абрамовича. Рабинович: "Насчет характеристики образования Абрамовича, что он в 1997 году закончил Московский дорожный институт — этот проспект был написан только по-английски?" Швидлер: "Да, кажется только на английском". Рабинович: "Если бы Абрамович попросил перевод, то тогда он бы увидел эту ошибку?" Швидлер: "Он бы не увидел эту ошибку. В советской системе можно было закончить ВУЗ с дипломом или получить неоконченное высшее образование. Это примерно как бакалавр — у Романа тогда как раз была эта справка о незаконченном высшем образовании". Швидлер подытоживает, что у Абрамовича сначала была школа, потом армия, потом этот автодорожный институт, после 4 курса он получил справку (о незаконченном высшем. – "Ъ"), и потом уже он поступил в академию и закончил образование. Рабинович: "Получилось так, что Абрамович утверждал, что у него был диплом, хотя этого диплома у него не было".

14:53 Рабинович заявляет, что Швидлер реконструирует события согласно показаниям Абрамовича, но сам не помнит этого платежа. Швидлер с этим не согласен.

14:51 Рабинович: "Вы говорите, что "Атриум" был связан с банком, но у вас нет подтверждающей это документации?" Швидлер: "О том, что "Атриум" был связан с "Альфа-банком"? Да, у меня нет документов". Разбираются с одним из платежей Абрамовича. Рабинович спрашивает был ли это платеж для ОРТ. Швидлер: "Это был долг Березовского перед "Альфа-банком", или Петром Авеном или его группой".

14:50 Судья: "Т.е. по Уставу компании такой должности не было, но де-факто он (Березовский. – "Ъ") был председателем?" Швидлер: "Нет, де-факто нет, его просто нужно было как-то называть". Рабинович: "Вы как и Абрамович отрицаете, что были на переговорах, которые господин Березовский называет Соглашением 1995 года?". Швидлер: "Да".

14:45 Рабинович: "Вы плотно занимались документацией по выпуску еврооблигаций. В ней говорится, что Березовский является председателем совета директоров НФК, т.е. вы дали инвесторам по еврооблигациям ложную информацию?" Швидлер: "Нет. Березовского нужно было как-то называть, чтобы он ассоциировался с компанией, но это не была его юридическая роль в компании".

14:43 Разбираются, что такое российское ЗАО и ОАО.

14:40 Рабинович: "Березовский дважды был назначен председателем совета директоров НФК" ("Нефтяная финансовая компания", была создана для участия в аукционе по программе "кредиты в обмен на акции". – "Ъ"). Швидлер: "Его дважды так называли". Швидлер пояснил судье, что в российской компании не обязательно должен был быть совет директоров, на самом деле совета не было, был только гендиректор. Судья: "А кто ведет собрание акционеров?" Швидлер: "Сами акционеры, мажоритарные. Эти компании вообще были созданы только для аукциона, они были держателями". Судья: "А российские компании и сейчас не имеют совета директоров?" Швидлер: "Сейчас ситуация изменилась".



14:34 Рабинович продолжает тему владения нефтяными компаниями Абрамовича, спрашивает, был ли какой-то документ о трасте по структурам в Лихтенштейне. Швидлер говорит, что был. Рабинович: "Договоренность о трасте была по всей "Сибнефти" или только по 50% доле Абрамовича?" Швидлер: "По всей". Швидлер также говорит, что этот траст был создан только для "Сибнефти". Рабинович: "А по алюминию — что произошло с доходами от продажи доли в "Русале""? Швидлер: "Там были хедж-фонды, входящие в один фонд, часть его доходов была использована на покупку игроков" (имеются в виду футболисты. – "Ъ").

14:22 Главные действующие лица присутствуют в зале суда. Евгений Швидлер стоит рядом с креслом свидетеля и переминается с ноги на ногу. Зашла судья. Лоренс Рабинович начал допрос.

Время московское.

Репортаж вела Анна Занина


Тэги:

Обсудить: (0)

Материалы по теме:

Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение