За обменом капрала израильской армии Гилада Шалита на тысячу палестинцев следит весь мир. Международный обозреватель "Коммерсантъ FM" Константин Эггерт, рассуждает о том, как неукоснительно Израиль блюдет правило "выручим любой ценой" в отношении военных, и хочет, чтобы Россия ценила тех, кто ее защищает, так же сильно.
"Спасти капрала Шалита" — этот парафраз названия знаменитой американской кинодрамы в последние годы журналисты использовали не раз. И вот ведь что интересно: Гилада Шалита все же спасли. Ему было двадцать лет, когда в 2006 году палестинские боевики из "Бригад Изеддина Кассама" — военного крыла "Хамас", перебрались через границу сектора Газа в Израиль. Они напали на позиции израильской армии, подбили танк и похитили Шалита – единственного из экипажа, кто мог самостоятельно передвигаться. Похитили с целью выкупа.
С тех пор торг об обмене капрала на палестинцев, находящихся в израильских тюрьмах, не прекращался. Причем посредником в переговорах выступал Египет – что при Мубараке, что при нынешней военной власти. И вот теперь в обмен на Шалита Израиль выпустит из тюрем более тысячи заключенных – в большинстве своем боевиков, в том числе и ответственных за теракты против гражданского населения Израиля. Значительная часть их будет отправлена в ссылку, но часть вернется на территорию Палестинской администрации, и в тот же сектор Газа тоже.
79% израильтян поддерживают обмен Шалита на палестинцев. Между тем три члена кабинета министров из 27 голосовали против решения правительства пойти на сделку. Их резон – такие обмены поощряют новые похищения. Нам эта дилемма знакома по Буденновску, Дубровке, Беслану.
Казалось бы, критики правы – нельзя поощрять террористов. Но подобные обмены в истории арабо-израильского конфликта случались не раз – и будут случаться впредь. Израильтяне могут отказаться вести переговоры c террористами в самых страшных обстоятельствах. Так было, например, в 1974 году, когда палестинцы захватили школу в поселке Маалот, а спецназ ее штурмовал, и более двадцати детей погибло.
Но в отношении своих военных Израиль свято блюдет правило: выручим любой ценой! Если не сможем отбить, выкупим. А если ты умер, то будем десятилетиями добиваться, чтобы выдали твои останки.
Так происходит с 1986 года с телом подполковника Рона Арада – летчика, сбитого над Ливаном и захваченного в плен местными шиитами. Арад считается умершим с середины 90-х, но правительство и разведка Израиля все еще надеются получить назад то, что от него осталось. Даже рядовой призывник в Цахале – Армии обороны Израиля – знает, что его не забудут. Потому что ценят его готовность отдать свою жизнь за страну. Когда я слышу истории, подобные случившейся с Гиладом Шалитом, я вспоминаю заваленные телами поля сражений Великой Отечественной, где ищут и хоронят останки героев отдельные энтузиасты, конкурирующие со стаями мародеров. И военный морг вспоминаю, кажется, в Ростове-на-Дону, где годами идет опознание погибших в Чечне. Мне не хочется, чтобы наша стана воевала. Но я очень хочу, чтобы она так же ценила своих граждан в форме, как это делает Израиль.