Политический обозреватель "Коммерсантъ FM" Станислав Кучер продолжает начатый им разговор о годовщине несостоявшегося переворота 1991 года. В эту пятницу исполняется 20 лет с момента объявления в СССР чрезвычайного положения и отстранения от власти президента Михаила Горбачева.
Вчера я предложил всем, кому небезразлично обозримое будущее страны, подумать над вопросом: "О том ли мы как народ мечтали 20 лет назад? Чего добились и о чем всем нам стоит мечтать сейчас, когда впереди, к гадалке не ходи, снова перемены?" Помимо сайта "Коммерсантъ FM", я разместил текст комментария и в своем блоге в "Живом журнале". Дискуссия развернулась нешуточная, причем большинство самых жестких реплик было написано читателями не из Москвы. Меня поразил тот факт, что основной темой спора стало — прав автор или нет, утверждая, что мечты о материальных возможностях сбылись.
"Народ, может, и мечтал, а вот добился отнюдь не весь народ. И даже не половина, и не каждый пятый!" — сопровождая яркими междометиями, упрекал один. "Стыдно так шутить", — писал другой, возмущенный пассажем о том, что небольшой катер при желании теперь может позволить себе каждый.
То есть, вопрос "О том ли мы мечтали?" повис в воздухе. Лишь в одном из десятков комментариев шла речь о гражданском обществе, которое мы так и не построили. В одном! Я понимаю, что "Живой журнал" — это еще не вся страна, но, если народ оттуда, грубо говоря, "не наелся", то что говорить обо всей стране? Может, прав обрушившийся на меня в гневе читатель, напоминая о копеечных зарплатах в российской провинции и людях, которые как не имели до августа 91-го, так и не получили 20 лет спустя всего того материального, чего не мог дать Советский Союз?
А я тут: "Давайте осмыслим, чего мы добились", — имея в виду: "Надо было мечтать не о том, что иметь, а о том, какими быть". Конечно, рассуждения типичного "сытого москаля".
Если это на самом деле так, если глагол "иметь" по-прежнему в шорт-листе чаяний большинства россиян на первом месте, то, получается, прав режим Путина в своей политике, в своем отношении к этому самому большинству.
И тогда совершенно неудивительно, что большинство жителей, к примеру, Тульской области — по европейским меркам нищие, в то время, как ежегодный бюджет ее — $1,5 млрд, а на экс-губернатора Дудку, которого когда-то предложил тулякам сам Путин, Следственный комитет заводит уголовное дело о получении взятки.
"А при чем здесь вообще страна, в смысле, провинция? — спросил меня вчера коллега. — Все революции делаются в столице. В том же 1991 на улицы Москвы вышли 300 тысяч, которые решили судьбу нации. Так что и сегодня свое слово скажут именно москвичи."
Не знаю, не знаю. Вчера вечером сайт Newsru.com рассказал, цитирую: "Рабочие не укладывают, а рисуют плитку в центре Москвы… На фотографиях, которые известный блогер Андрей Мальгин разместил в своем ЖЖ, отчетливо видно, как рядом со станцией метро "Маяковская" рабочие… на недомощенных участках пешеходной части дорисовывают плитку шпателем на полузастывшем бетоне…"
Это я к тому, что к рядовым москвичам ребята во власти, по-моему, давно уже относятся примерно так же, как "хозяева" той же Тулы к своим жителям. Но и нищие туляки, и сытые москвичи, судя по всему, своими властями вполне довольны. Потому что, когда народ властью недоволен, он ведет себя совсем иначе.
Короче, может, напрасно я затеял разговор на тему "О том ли мечтали?" В канун двадцатилетней годовщины августовского путча страна по-прежнему хочет иметь, в результате чего ее, извините за мой французский, и "имеют" те, кто сумел оказаться в позиции "сверху".
Или я неправ? Что думаете?