Коротко


Подробно

 Новые "Намедни"


Парфенов с Хрущевым — прямо как Форрест Гамп с Кеннеди

"Намедни", то есть 36 лет назад
       Сегодня в 22.45 на канале НТВ состоится премьера первой серии новой программы Леонида Парфенова под общим названием "Намедни. 1961-1991", с подзаголовком "Наша эра". О ней уже говорят как о самом трудоемком и дорогостоящем информационном проекте на нашем телевидении. Нам удалось посмотреть смонтированный "пилот" в числе первых, во всяком случае за день до того, как его увидело и одобрило руководство канала, и задать несколько вопросов автору проекта. Рассказом о новом "Намедни" газета открывает серию материалов на тему: "Как делается наше телевидение".
       
На экране
       Новая студия — архивный бункер. На фоне каталожных ящичков (непременного зеленого энтэвэшного цвета) сидит на раскладной лестнице следопыт-Парфенов, правой рукой опираясь на нечто, похожее на телевизор будущего. Ведущий новой программы "Намедни" вовсе не тот, что ведущий старой: то вдруг встанет, то сядет, то взгрустнет, то пошутит, спародирует, и, если понадобится, даже и запоет. Однако на нем по-прежнему хороший костюм и грамотно подобранный галстук. Зрителю дают понять: это и есть настоящий Парфенов, тот, что в жизни.
       Первая фраза самая ударная: "Намедни 1961-1991. Наша эра: события, люди явления, определившие образ жизни. То, без чего нас невозможно представить, еще труднее — понять". Одна серия — один год. Ровно за 36 минут эфира, не считая рекламы, перед зрителем один за другим проносятся со скоростью космического корабля, запущенного в том же 61-м, редкие и родные сердцу кадры: обмен долларов на рубли, "сука Стрелка родила", кукуруза — королева полей, "Человек-амфибия", старт Гагарина, флористика, "шпильки", потом "хрущевки", Братская ГЭС, Валерий Брумель, дело валютчика Рокотова, XXII съезд партии...
       Чтобы досмотреть все до конца, требуется терпение и подготовка. Ни секунды покоя. Экран поделен на части, в каждой — свое действие. Если вдруг речь заходит о королеве полей, то в одном углу собирают урожай, в другом — Хрущев с трибуны отстаивает прелести заграничной культуры, в третьем — Парфенов рапортует с американских колхозных полей. И так до конца программы. Если вглядеться в хронику повнимательнее, то местами можно обнаружить, что не кто иной, а сам Парфенов заряжает ружье Хрущеву или льет воду на руки генсека, по-домашнему.
       Время от времени возникают "говорящие головы" — Егора Гайдара, Сергея Караганова, Анатолия Стреляного, Ренаты Литвиновой, штатных комментаторов "Намедни". Головы эти свободно плавают по экрану, раздваиваются, расстраиваются, исчезают, появляются вновь, не забывая при этом комментировать. Словом, все как-то непостоянно, непредсказуемо, но красиво, современно, а главное — модно. И, видимо, дорого.
       
За экраном
       Это программа исключительно энтэвэшная. И исключительно парфеновская. Он давно шел к созданию телевизионной энциклопедии советской жизни. И он ее создал.
       — Это ретро?
       — Это не ностальгия. Наша цель — показать то, из чего все мы вышли: из "маленького принца". Ведущий помогает вспомнить прошлое, комментируют же его топ-фигуры нынешнего времени, давно ставшие нарицательными персонажами: самый известный постсоветский экономист, политолог, знаток села, образ женской стильности. Остальное домысливает зритель.
       — Не боитесь, что вас не поймут?
       — Ой, все разговоры про бабушек, которые смотрят только "Санту-Барбару" — чушь. Мир изменился. Такое количество рекламы, клипов на телевидении, кино, "Птючи" и "Матадоры" не могли не повлиять на вкусы массового зрителя.
       — Так что это за жанр?
       — Думал, но лучше определения, чем коронное добродеевское "фактологическое телевидение", не придумаешь. Насыщенность жизни такова, что не могут не измениться представлений о сюжете, скорости, монтаже. Телевидение подошло к рубежу, когда мало только сообщать новости при помощи кнопкодавов, надо их экранно организовывать. И такое фактологическое телевидение должно быть режиссерским.
       
       Режиссер проекта — Джаник Файзиев, человек кино, тот самый, который вместе с тем же Парфеновым и Эрнстом делал последние "Старые песни" на ОРТ. Художник — Елена Китаева, соавтор Парфенова по проекту "новых денег". Съемки начались только в январе. Как рассказывает режиссер, самое сложное было заставить телевизионщиков работать в режиме кино: снимать несколькими подвижными камерами, делать по нескольку дублей, ставить кадры, разыгрывать планы и роли. "Все ныли, что вот-вот умрут".
       
Зарплата повышена вдвое, но это не главное
       Успех любого телевизионного проекта зависит, по крайней мере, от трех очевидных вещей: интуиции, денег и технологии. С первым у Парфенова, как показывает опыт, все в порядке. Каков бюджет программы, на телевидении говорить как бы не принято. По нашим сведениям, в среднем один выпуск нового "Намедни" обходится то ли в $15, то ли в $20 тыс. И это объяснимо: хроника, компьютерная графика, командировки (их запланировано 100 на весь проект), гонорары комментаторам. Сам Парфенов, как говорит, работает только за зарплату — которую, правда, с Нового года все же повысили вдвое.
       Что же касается технологии, то все только-только ставится на поток: одни отсматривают хронику, другие пишут тексты, потом их лично правит Парфенов. Свои выступления к каждой серии ведущий не доверяет никому: даже сегодня, в день премьеры, он намерен сидеть дома — конечно, у телевизора, и писать свой 1964 год.
       Обычно самое обидное в телевизионной действительности — непредвиденные ситуации. Во-первых, дополнительные расходы не всегда объяснишь начальству. А во-вторых, к таким ситуациям всегда надо быть готовыми. Суметь забраться в холод в пальто на Берлинскую стену, просидеть там с часок, с другой, с улыбкой на лице и без шапки на голове, пока не снимешь все дубли. Этого никто, кроме Парфенова, не делал с того самого памятного 1989 года. На Кубе в жару гримироваться. В Питере, когда этой зимой снимали прямо на замерзшем заливе сюжет о 20-летии Победы в 65-м году, у Парфенова прямо в кадре лопнули ботинки "Поллини", разумеется, не выдержав двадцатиградусного мороза. А потом еще и Нева обдала с головы до ног соленой волной, и брюки "Унгаро" были испорчены вдрызг.
       К примеру, нужна хроника с самыми обычными советскими очередями за колбасой по два двадцать (к сюжету о расстреле в Новочеркасске), ее же не существует в отечественных архивах по определению. Кто мог тогда их снимать — только зарубежные телекомпании. Пришлось идти на "Би-Би-Си", если не сойдутся на цене, то пойдут на "Эн-Би-Си". С соотечественниками проще. При слове "Намедни" двери открываются сами собой. Директор Красноярской электростанции дал группе Парфенова свою "вольво", чтобы те не мерзли и не тряслись с камерами в дежурной "Волге", а после съемок попросил расписаться в книге почетных посетителей.
       Завтра рано утром Леонид Парфенов отправляется в очередную командировку — в Израиль. Там будут сюжеты "Шестидневная война", потом "разрыв дипотношений с Советским Союзом", "Кэмп-Дэвид" и "массовый выезд евреев на историческую родину".
       
       ЮРАТЕ Ъ-ГУРАУСКАЙТЕ
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 01.03.1997, стр. 8
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение