Феодосия — родина великикого мариниста Ивана Айвазовского. Согласно завещанию художника, после смерти основанная им картинная галерея отошла городу. Там, несмотря на то, что официально музей был закрыт для посетителей, побывал арт-обозреватель "Коммерсантъ FM" Дмитрий Буткевич.
Мое летнее крымское путешествие завершалось в Феодосии. Феодосия — это две ночи в мини-гостинице, купание на песчаном пригородном Золотом пляже, изумленное разглядывание курортного чуда: линия железной дороги разделяет набережную на две неравные части, и, чтобы попасть к узкой полоске городского галечного пляжа, необходимо пересечь линию железной дороги по нерегулируемому переезду. А мимо с регулярностью раз в пять минут (я не шучу) шныряют маневровые паровозы, которые иногда еще и протаскивают товарняки или пассажирские на конечную станцию "Феодосия-Главная ". Вокзал здесь прямо на море.
Но то – все проза жизни. А ведь прямо напротив – поэзия. Феодосийская картинная галерея имени Ивана Константиновича Айвазовского. В этом городе великий маринист родился в 1817 году, здесь спроектировал и в 1845 году построил собственный дом и дом сестры, где в 1880 году открыл выставочный зал. Это дата основания картинной галереи. По завещанию художника, после его смерти в 1900 году дома отошли городу.
Мы не могли не зайти в этот музей. Ведь в его собрании хранится 417 работ мастера, из них 141 произведение живописи. Представьте себе наш священный ужас и предчувствие безвозвратной потери, когда мы узнали, что в среду в музее выходной день. Жажда искусства заставила нас отыскать служебный вход, вынуть из загашников журналистские удостоверения и проникнуть со двора прямо в кабинет директора. Директор была любезна, призвала нам на помощь заместителя на научной работе Татьяну Колчину. Вместе с ней и младшим научным сотрудником Национальной галереи Натальей Пиронковой мы бродили по пустым залам, наполненным "Бурями", "Лунными рейдами ", "Кораблекрушениями ", "Парусниками " — короче, всем, чем был славен великий Айвазовский. Которого считают своим и продают на национальных аукционах и русские, и украинцы, и армяне, и турки.
А когда я спросил Наталью о железнодорожном казусе, она смущенно ответила: это тоже Иван Константинович. Уж очень он мечтал о железной дороге в родном городе.