Президент Путин упрекнул российских судей в том, что они волокитчики и плохо организуют свою работу (см. стр. 1). Вот раньше, припомнил президент, все юристы мечтали стать судьями.
А судьи кто?
Ирина Хакамада, вице-спикер Госдумы:
— По-моему, это обычные люди, которые стремятся быть профессионалами, но реализоваться не могут. А в независимость судей я не верю — с их зарплатами трудно быть независимыми от власти и от взяток. Я неоднократно имела дело с судами и как гражданин, и как депутат. Знаю, что они даже могут выносить очень хорошие постановления, но выносят они их, заранее зная о невозможности исполнения. Я, например, подавала иск по дефолту 1998 года, суд его удовлетворил в мою пользу, но, по сути, я все равно осталась в проигрыше.
Юрий Скуратов, бывший генпрокурор России:
— Это каста людей, абсолютно замкнутых и совершенно неподконтрольных. Но в большинстве своем это порядочные люди, которые в невыносимых условиях выполняют свои обязанности. Зарплата у судей более или менее приличная, но сама работа судов финансово не обеспечена. Хотя есть и такие судьи, которые продолжают жить с оглядкой на власть либо по принципу телефонного права. Например, в моем деле все это просматривается очень определенно.
Елена Панина, председатель Земского движения России:
— Это люди, которым нужны квартира, зарплата, машина. Поэтому их решения могут зависеть от того, как одна из сторон договорится с судьей. А уж про зависимость от губернатора или высшего руководства и говорить нечего. Если не отменить принцип несменяемости судей и не изменить систему финансирования судов, то никакой судебной реформы не будет.
Павел Астахов, адвокат Московской городской коллегии адвокатов:
— Сократ сказал, что судья должен "учтиво слушать, мудро отвечать, трезво размышлять и беспристрастно решать". Мне хватит пальцев одной руки, чтобы назвать всех судей, отвечающих этим требованиям. Остальные — это какое-то недоразумение и по большому счету несчастные люди, поставленные государством в полную зависимость от его указаний. Мой подзащитный Эдмонд Поуп как-то сказал мне после заседания: "Знаешь, мне очень жаль себя, но еще больше адвокатов. И безумно жалко Россию — с таким правосудием, как у вас сейчас, у страны нет будущего".
Дмитрий Пригов, поэт:
— Люди, которым противопоказано делать ошибки. Поэтому, может, было бы неплохо, чтобы суд зависел от общественного мнения или прессы, а не от начальника. Поэтому мне нравится суд присяжных. И если бы потребовалось, я, наверное, даже согласился бы на какое-то время взвалить на себя этот груз.
Лев Пономарев, исполнительный директор общероссийского движения "За права человека":
— Они такие же, как и мы: часто грубы, развязны и необразованны. Их положение даже нельзя назвать правовым — они не обладают многими гражданскими правами, им даже адвокат не положен. Конечно же, судьи должны быть независимы и несменяемы, но ведь сейчас они превращаются в замкнутый мирок. Поэтому при коллегии судей должны быть выборные представители общественности, которые будут гарантами открытости и защитниками прав самих судей. Вот коллегия уволила федерального судью Пашина за невыполнение им "корпоративного кодекса чести". Но на каком основании? Снимать судью с работы имеет право только президент.
Дмитрий Якубовский, адвокат:
— Люди с совковым менталитетом. Новых, к сожалению, нет. Вот недавно один областной суд вынес приговор "обыкновенной семье еврейской национальности", а Верховный суд приговор оставил в силе. Макашов с Михайловым могут отдыхать. Про независимость судей говорить нечего — список зависимостей будет очень длинным. Если бы мне предложили работать в суде, то я бы согласился только на кресло председателя Верховного суда, на другом уровне быть независимым просто невозможно.
Валерия Новодворская, лидер партии "Демократический союз":
— Судьи должны быть арбитрами между прокуратурой и гражданином, а пока они просто палачи. Суд сейчас даже более реакционен, чем ФСБ: ФСБ выпустила Мирзоянова из изолятора "Лефортово", а суд постановил вновь арестовать его и препроводил из зала уже в "Матросскую Тишину". В 1993 году один ельцинский чиновник мне жаловался, что на них даже телефонное право не действует. Суды уже тогда были и независимы, и несменяемы, но это не помешало им впоследствии выжить единственного честного судью Сергея Пашина.
Анатолий Панфилов, председатель российской экологической партии "Кедр":
— Дети советской системы. Причем все. Они не могут работать иначе, чем работали. Поэтому всех их надо менять.
Андрей Битов, писатель:
— Судьями должны быть люди, которые исповедуют закон как веру, они должны действовать по закону, а не применять его. И тут одним повышением зарплаты дела не исправишь: ведь чем больше будет государство платить судьям, тем зависимее от государства они станут.
Алексей Казанник, вице-губернатор Омской области, бывший генпрокурор России:
— Это государственные служащие, которые зависимы от политиков местного масштаба и потому руководствуются часто не законами, а выгодой для той политической силы, которая при случае их сможет накормить. Кроме того, это люди, работающие с непосильной нагрузкой, ведь никто не хочет идти работать в суды. Да и я бы не пошел.