Концерты Ассамблеи музыки Нидерландов впервые были устроены на этой неделе в Петербургской капелле. Это новый проект, объединивший усилия вполне уважаемых российских и голландских организаций: Международного центра фестивалей и конкурсов Министерства культуры, капеллы и консерватории, голландского центра Gaudeamus, MuziekGroup Netherland. Проект с амбициями просвещать и первооткрывать. И образец того, как это делать не надо.
"Ассамблеи" составили два концерта: случайный и программный. Случайный концерт дал Percussion Duo — Лоренцо Феррандиз (Lorenzo Ferrandiz) и Густаво Гимено (Gustavo Gimeno), которые, несмотря на звучные испанские имена, действительно работают в Голландии — играют в знаменитом Nieuw Ensemble. Основным поводом их приезда стал Международный конкурс исполнителей на духовых и ударных инструментах имени Римского-Корсакова, удачно совпавший по времени с ассамблеей. Так что они дали концерт, репрезентативный в том смысле, что Голландия — страна современной музыки, ударные инструменты там процветают, а не ютятся на оркестровых задворках, как в консервативных музыкальных культурах вроде российской.
Программным же был монументальный симфонический концерт голландской музыки, данный силами Оркестра капеллы под управлением Александра Чернушенко. Программа концерта охватила весь ХХ век. Начали с Йохана Вагенара (Johan Wagenaar), написавшего в духе Рихарда Штрауса увертюру "Сирано де Бержерак". Уделили внимание Сему Дрездену (Sem Dresden), который в середине ХХ века сочинял бодрые программные композиции. Дошли до современников — Александра Комитаса (Alexander Comitas) с его Hommage aan Shostakovich (и этим названием все сказано) и Андерса Коппела (Anders Koppel), сочинившего откровенно попсовую токкату для вибрафона и маримбы. В центре программы оказался скрипичный концерт Тео Лувенди (Theo Loevendie) "Исчезающие танцы". Концерт этот — игра с формулами и клише бальных танцев, к которым автор испытывает что-то вроде веселой ностальгии. И если скрипачка Анна Лаухина солировала с элегантностью и блеском (что отметил и присутствовавший на концерте Лувенди), то оркестр оттоптал ей в танце все ноги.
Кроме обаятельного концерта Лувенди — автора, которого и так уже освоили респектабельные российские фестивали современной музыки, все исполненные сочинения без трепета можно аттестовать как плохую музыку. Но зато привычную. Это те звуковые формы, которые удобно встраиваются и в нашу концертную обыденность. Но на ассамблее они были неизбежны, так как ставка куратора проекта Вадима Крупина (Wadim Krupin) была сделана на то, чтобы трансплантировать голландскую музыку в готовую концертную схему. Так была выбрана капелла с ее потертым советским имиджем, случайной публикой и вялым оркестром. Еще досаднее, что представленная коллекция голландской музыки ничего не говорит о том, что сегодня понимают под словами "голландская музыка" и в Нидерландах, и за их пределами. Эта страна гордится успешным эстетическим переворотом, который сделал голландских авторов законодателями европейской постмодернистской моды и превратил рядового слушателя в потребителя радикального искусства. На ассамблее она оказалась представлена ровно противоположным — той провинциальной рутиной, с протеста против которой и начались все голландские новшества.
КИРА Ъ-ВЕРНИКОВА, Санкт-Петербург