Коротко

Новости

Подробно

Пожирательница мужчин

Журнал "Огонёк" от , стр. 48

Фильмом Вуди Аллена с участием Карлы Бруни открывается Каннский кинофестиваль. Так что теперь первая леди Франции еще и актриса. Это плюс к модельной, певческой, политической карьере. И, конечно, главной — карьере "пожирательницы мужчин"


Бесма Лаури*


*Книга светской журналистки Бесмы Лаури "Карла Бруни: тайная жизнь" выходит в издательстве "РИПОЛ классик".

Настоящая загадка: почему первая леди, которая долгие годы резко отвергала моногамию, теперь через каждое слово вставляет "мой муж"? Подлинная тайна: как богатейшая итальянская наследница, с семи лет живущая во Франции и долгое время представлявшая определенную часть левой интеллигенции, стала супругой самого непопулярного президента за всю историю Пятой республики, чей переход от умеренно- к ультраправой позиции вызвал толки даже среди его сторонников. Союз противоположностей?

Судьбоносный ужин


В ноябре 2007 года, во время ужина, который организовал известный политтехнолог Жак Сегела, Николя Саркози и Карла Бруни уже не в первый раз обменялись взглядами. Президент перед встречей внимательно изучил личное дело певицы и заказал ее диски.

В тот вечер она предусмотрительно надела балетки. Ведь будет излишним напоминать о разнице в росте между президентом и его гостьей. Придя раньше него, Бруни не скрывала своего нетерпения, чувствуя себя вполне уверенно. Остальные гости — ее хорошие знакомые: философ Люк Ферри и его супруга, Мари-Каролин, а также дизайнер по интерьеру Гийом Кошен с супругой, телеведущей Пери. Люк Ферри никогда не скрывал, что был близок с Карлой Бруни. Это, впрочем, не помешало его жене стать крестной матерью Орельена, сына Карлы от Рафаэля Энтховена (французский философ.— "О"). А чета Кошен всегда была известна своими светскими приемами. К тому же Гийом был автором дизайна интерьера в особняке Карлы. Что же касается Николя Саркози, он уже сталкивался с этой милой компанией и раньше, но близкого знакомства так и не свел. Неважно! Он был готов пойти хоть на сделку с самим дьяволом, лишь бы сблизиться с планетой Бруни.

Дальнейшие события известны: французский наскок ("Вы принимаете меня за Ширака!"); итальянский выпад ("Нет, я вижу разницу"); внезапный переход на "ты"; затейливый узор из показных колкостей ("А в отношениях с прессой ты пока только любитель. Мой роман с Миком [Джаггером] восемь лет оставался в тайне...") и милых ответных реплик ("Как же ты восемь лет встречалась с человеком, у которого такие смешные икры?"); электрические разряды в воздухе ("Такое чувство, что я на свидании вслепую. Но ты не слишком заносись, твоя репутация тоже может отпугнуть"); решающие уколы ("В песнях ты строишь из себя черствую, потому что ты нежная. (...) Я знаю все про тебя, потому что я — это почти что ты"); детские реплики в сторону ("Прости, мне нужно кое-что сказать соседке"); слова вполголоса или даже шепотом на ушко ("Карла, а слабо тебе прямо сейчас, у всех на глазах, поцеловать меня в губы?"); а потом президент и певица уходят вдвоем, держась за руки...

Так всего за пару часов рождается новая love story, ремейк истории Джона и Мерилин.

Таинственная эсэмэска


Не успели отзвонить свадебные колокола, как Эри Рутье, в ту пору главный редактор журнала "Нувель Обсерватер", взорвал бомбу на сайте своего еженедельника. Речь идет о пресловутой эсэмэске: "Если ты вернешься, я все отменю". Эту просьбу Николя Саркози якобы отправил Сесилии, бывшей супруге, за неделю до свадьбы. Вне себя от гнева президент подал в суд на журнал за "клевету и использование ложных сведений". Впервые в истории Французской республики.

21 февраля 2008 года Эри Рутье был вызван для дачи свидетельских показаний в комиссариат XIII округа Парижа. "Это было какое-то безумие,— рассказывал он.— Помимо "Нувель Обсерватер" был заслушан и Давид Мартинон, официальный представитель Елисейского дворца, который был моим источником. Мартинон отрицал, что звонил мне... но телефонные выписки доказали, что его разговор с редакцией длился более пятнадцати минут". Мартинона мариновали несколько часов, говорили, что это он должен сознаться. Безуспешно. Бывший протеже Сесилии, а ныне генеральный консул в Лос-Анджелесе Давид Мартинон все отрицал.

Эри Рутье продолжил рассказ: "На самом деле это сообщение было ответом президента на эсэмэску от Сесилии, где та писала: не женись, ты делаешь глупость. Но кто читал показания Сесилии? Никто. А мои были опубликованы в прессе". Николя Саркози в ярости, он позвонил лично Клоду Пердрьелю, главе медиагруппы: "Я буду бороться с "Нувель Обсерватер"!"

Затем гнев президентской четы обрушился на Жана Даниэля — не только основателя журнала, но и автора той самой статьи. Наконец на страницах газеты "Монд" появилось довольно мудреное опровержение: ""Нувель Обсерватер" совершил ошибку, так как это было личное эсэмэс-сообщение, которого, на мой взгляд, в действительности не существовало. По крайней мере, на тот момент". Журналисту Эри Рутьеру пришлось расщедриться на послание к Карле с просьбой простить его "за причиненные страдания"".

7 марта Сесилия экс-Саркози была допрошена полицией и заявила, что никогда не получала подобного эсэмэс-сообщения. Дени Оливьен, друг Карлы Бруни, стал генеральным директором "Нувель Обсерватер". Эри Рутьер ушел в "Шалленж", другой журнал той же медиагруппы.

Война обложек


В редакциях наперебой сравнивали: высокий рост, холодная красота, стальной взгляд, выдающиеся скулы, спинка носа, тонкие губы и гордая поступь. На свет тут же были извлечены старые черно-белые фотографии двадцатилетней Сесилии. Она работала моделью для примерки и тоже умела принять правильную позу. Вердикт был единодушен: "Карла — это точно Сесилия, только в молодости".

Нужно было действовать быстро: в тот самый момент, когда Николя Саркози надевал Карле кольцо на палец, Сесилия Сиганер в Нью-Йорке объявила о своей свадьбе с Ришаром Аттиасом. Будущий супруг экс-первой леди, бывший президент крупной медиагруппы Publicis Events, очень богат. Бракосочетание обещало быть роскошным. Разве Карла могла смириться с тем, что Сесилия собиралась затмить ее?

10 марта 2008 года должен был состояться официальный визит президента Израиля Шимона Переса во Францию. Для Карлы это был первый ужин на государственном уровне, поэтому все должно было быть безупречно, начиная с нее самой: нужно дать понять всем гостям, что она здесь первая красавица.

Ее козырем будет фотограф Паскаль Ростен. Он как никто другой умел представить Карлу в выгодном свете... Но проблема была в том, что президент не жаловал папарацци с тех пор, как в августе 2005 года он подловил Сесилию и Ришара в объятиях друг друга под козырьком над дверью одного из домов в Нью-Йорке. Фотография, опубликованная в журнале "Пари Матч", разлетелась тогда по всему миру. Реакция униженного Николя Саркози, в ту пору министра внутренних дел, была соответствующей: он добился, чтобы его друг Арно Лагардер, владелец журнала, отстранил от должности директора еженедельника, Алена Женестара. Паскаль Ростен отделался тогда налоговой проверкой. Тем не менее 10 марта Ростен как ни в чем не бывало сидел в президентских апартаментах. Пренебрегая чувствами мужа, Карла попросила его быть официальным фотографом на приеме.

Два дня спустя фотографии первой леди, порхающей по своим апартаментам, появились в "Пари Матч".

Затишье было недолгим. 23 марта Сесилия вышла замуж за Ришара Аттиаса в Нью-Йорке. И как будто нарочно в качестве свидетельницы она приглашает Софи Саркози, невестку Николя. Это была честная борьба: свидетельницей на свадьбе Николя и Карлы была Матильда Агостинелли, директор по связям с общественностью дома Prada и бывшая близкая подруга Сесилии.

Аттиас — тоже эксперт по части информации. Он довольно поспешно продал эксклюзивные фотографии со свадьбы американскому агентству Getty, надеясь, что они разойдутся по всему миру. Но во Франции их купил только журнал "Гала".

Стоило одной из дам появиться на обложке журнала — другая тут же перехватывала инициативу и организовывала мероприятие, которое выставляло ее в выгодном свете.

Сесилия объявила о создании фонда по борьбе за права женщин? Карла делала свой выпад, объявляя о том, что работает над проектом фонда против социального неравенства. Карла встретилась с Нельсоном Манделой? Сесилия жертвует сумму героям борьбы против апартеида.

В сентябре 2009 года Николя Саркози присутствовал на Генеральной ассамблее ООН, и Карла даже произнесла там небольшую речь, но в коридорах организации уже раздавали новый номер "Франс-Америк" с интервью Сесилии на первой полосе. "В то время как все обсуждали проблему Ирана, это соперничество между бывшей и нынешней супругами казалось сюрреалистичным",— признается один из членов французской делегации в Нью-Йорке.

Модель для подражания


Фотограф Тьерри Ле Гуэ был еще молодым ассистентом, когда познакомился с Карлой Бруни. Ей было шестнадцать, ему двадцать. Он работал в парижской фотостудии "Пин ап", где по выходным мог бесплатно пользоваться оборудованием. "Я искал модель, чтобы попрактиковаться, а она хотела научиться держаться перед камерой. По будням она ходила в школу, а по выходным часами позировала мне и никогда не жаловалась".

Послушная, внимательная Карла все записывала и запоминала, постоянно стремясь узнать больше. Уже среди начинающих моделей Карла явно выделялась. В отличие от остальных Карле не нужно было зарабатывать на жизнь. Риккардо Карамелла, друг семьи, вспомнил, как однажды его маленькая дочь Паола нашла банковский чек: "Карла получила эти деньги за показ мод в Нью-Йорке и не помнила, куда их подевала. Паола обнаружила чек за комодом, куда он просто завалился!"

С ошеломляющей легкостью сменив жизнь в замке на жизнь в студии, Карла расцвела. Тьерри Ле Гуэ, уже известный фотограф, увиделся с ней вновь четыре года спустя после их первой встречи. К тому времени она работала моделью в парижском агентстве "Сити Модель". На шикарном острове Сен-Барт в Карибском бассейне как раз наступил сезон фотосессий: самые красивые девушки мира гуляли по белейшему песку в этом райском уголке. Фотограф должен был сделать серию снимков для раздела о красоте в журнале Elle. "Я фотографировал ее, бегущей обнаженной по побережью. Мимо проходили двое американских туристов — они застыли и смотрели на нее как зачарованные. А Карла ничуть даже не смутилась". Когда съемка закончилась, фотограф повел модель в гостиницу. По дороге они увидели машину, попавшую в аварию: запах дыма свидетельствовал о том, что это только что случилось. "Одним махом Карла вскочила на крышу автомобиля и сказала: "Сфотографируй меня!" Через несколько недель модная марка Morgan предложила ей участвовать в своей рекламной кампании".

В начале 90-х ассистент предложил Кристиану Лакруа и Жан-Жаку Пикару пригласить Карлу. Карла Бруни пришла точно в назначенное время, и ей пришлось довольно долго ждать, пока модельер пригласил ее к себе. "Ну наконец-то",— вполголоса сказала она, бросив лукавый взгляд. Жан-Жак Пикар был поражен: "Проявлять нетерпение? Вот это самоуверенность!" Модель продолжала томным голосом: "Да, наконец-то вы меня пригласили, господин Лакруа. На каждом вашем показе я спрашивала своего агента: "А господин Лакруа еще мне не звонил?" Всякий раз мне отвечали "нет", и я так огорчалась... Поверьте, вы поступили правильно. На мне ваши платья станут еще прекраснее".

Карла и Мик


В восемнадцать лет она заявила: "Когда-нибудь я буду встречаться с Миком Джаггером". Юношеское бахвальство или пророчество девушки, решившей во что бы то ни стало не упустить свидание с судьбой?

Возможность проникнуть в наглухо закрытый круг общения британских рок-звезд представилась в 1988 году, на парижском концерте гитариста Dire Straits. Как настоящая фанатка она прорвалась в первый ряд. Оказавшись возле сцены, она пустила в ход свои чары, тот самый взгляд, который, по словам ее близких, сводит с ума всех мужчин. "После концерта кто-то из технического персонала подошел к ней и сказал, что Dire Straits приглашают ее за кулисы",— рассказывала нам Алексия Сильвани, подруга детства Карлы.

Карле всего двадцать, и смелости ей не занимать. Сделав широкий жест, она привела друзей с собой за кулисы. Все сложилось удачно: гитарист группы Марк Кнопфлер был близко знаком с Эриком Клэптоном, на разогреве у которого он выступал большую часть тура. Карла обожала Эрика Клэптона. Она завязала отношения с этим британским музыкантом, автором известной песни Layla, который был старше Бруни на двадцать три года. Помимо звездного сердца он раскрыл для нее двери в мир рок-музыки. Клэптон дружил с Миком Джаггером и познакомил его с ней... Между юной итальянкой и монстром шоу-бизнеса тут же пробежала искра. Это было так заметно, что обеспокоенный Клэптон вынужден воззвать к великодушию Мика во имя их дружбы: "Пожалуйста, оставь ее мне..." Поздно. Нахальство Карлы и ее томная красота сделали свое дело — Джаггер покорен.

Слухи об этом романе быстро распространились в профессиональном окружении Карлы, которая то и дело упоминала своего нового возлюбленного. "Она без умолку болтала про Мика",— вспоминала дизайнер Шанталь Томасс. У Мика Джаггера был замок "Фуршетт", названный так в честь маленькой коммуны в долине Луары, за 220 километров от Парижа, где он располагался. Туда он приглашал свою новую возлюбленную: "Он часто присылал за ней машину, которая ждала ее на выходе с показа,— продолжала Шанталь Томасс.— Карла говорила: "Пусть подождет, я еще не закончила". Она не торопилась, заставляя его изнывать, и приговаривала: "Я молода и красива, так что он подождет"".

Теперь все знали о том, что модель околдовала рок-звезду. Мик Джаггер даже становится надоедливым. Тот, кто соблазнял всех женщин мира одним прикосновением к струне, кто думал, что может обвести вокруг пальца любую поклонницу, теперь пал жертвой девушки с характером посильнее, чем у него самого. Hello, it's Mick, may I speak to Carla? Сколько раз стилисты, костюмеры и ассистенты по залу слышали эту фразу по телефону. Тогда еще не было мобильных, поэтому все знали, кто спрашивал манекенщицу. "Однажды он позвонил раз восемь за один сеанс",— рассказывал Жан-Жак Пикар.— Это было безумие! Я отвечал: "Она еще не закончила", и через полчаса он звонил снова. Тогда я подошел к Карле и попросил позвонить ему, чтобы покончить с этим наконец-то. Но она сказала: "Нет, пока рано, мы еще не закончили работать"".

Так был захвачен тот, кто привык брать в плен. Джаггер не подозревал, что в любовной игре та, которую он, казалось, уже покорил, сможет его превзойти. Фотограф Жан-Мари Перье рассказывает об этом романе: "Он был без ума от нее! И был готов развестись, чтобы жениться на ней. Это она не захотела". "А в это время,— вспоминает Одиль Саррон,— Джерри Холл повсюду искала мужа..."

Кстати, ни один папарацци не опубликовал ни единого совместного снимка Карлы и Мика. Незаметная Карла? Она умеет, когда надо, замести следы. Постепенно смелея, Карла с подругой снимает дом на острове Мюстик, куда Мик Джаггер часто приезжает отдохнуть с семьей в своем поместье.

Когда Джерри Холл в конце концов узнала об измене мужа, она была раздавлена. У нее трое детей, она старше Карлы на несколько лет... В ярости она позвонила сопернице, требуя объяснений. Подруга ранней юности Бруни рассказала, что Карла с достоинством все опровергла, затем осторожно отняла трубку от уха и... положила ее. Бруни создала трещину, которая потом, уже после их разрыва с Джаггером, расширится и приведет к разводу. Благодаря ему известность Карлы стала мировой. Шел 1997 год.

Веселая компания


История Карлы и ее бывших возлюбленных — это бесконечный список имен, раскрученных в прессе. И их тени, без сомнения, продолжают витать над семейной жизнью Николя Саркози. А порой не только тени. С тех пор, как президент женился на женщине, которую многие считают "пожирательницей мужчин", ему приходится постоянно сталкиваться с ее многочисленными мужчинами. Певцы, философы, адвокаты, известные журналисты и политики: область увлечений Карлы довольно обширна. С Рафаэлем Энтховеном, отцом Орельена, Карла осталась в очень хороших отношениях — да что там, она даже помогла ему найти квартиру! "Карла очень семейственная,— доброжелательно пояснил советник президента Пьер Шарон.— По воскресеньям Карла устраивает в Елисейском дворце большие обеды с родственниками Николя, его детьми, дядями, тетями... А иногда Рафаэль заходит проведать сына и пропустить с ней по стаканчику". Самого Рафаэля ничуть не беспокоило то, что Мик Джаггер заходил к ним в дом в квартале Сен-Жермен-де-Пре, где они с Карлой жили в начале 2000-х. "Карла жила как амазонка,— рассказывал фотограф Жан-Даниэль Лорье, их бывший сосед по дому и... бывший жених Сесилии.— Однажды я застал Джаггера в комнате одного из моих детей: он выводил свои инициалы на футболке с эмблемой Rolling Stones!"

Словом, ясно одно: любить Карлу — значит соглашаться видеться с ее бывшими. Красавица-итальянка обожает теоретизировать, и однажды выдала фразу, которая очень точно отражает ее неспособность решительно порвать с теми, кто когда-то вошел в ее жизнь: "Я никогда не расстаюсь окончательно, как и не бываю полностью с кем-то. Я не любитель строить отношения, но те, что уже построены, стараюсь сохранить".

Поначалу Николя Саркози еще не знал, что скоро присоединится к этой веселой компании. А французы тем более. Они познакомятся с новой "семьей" президента в 2009 году, когда он отправится отдохнуть на Черный Мыс. В роскошных владениях родственников его жены он встретился с Рафаэлем Энтховеном, Венсаном Пересом и Луи Бертиньяком. Их всех пригласила в гости Карла. Французы с удивлением смотрели на то, как их президент, едва оправившись от нервного срыва, колесит по пригородам на велосипеде вместе с Пересом и обедает с Бертиньяком, болтая с ним как со старым другом, будто в этом нет ничего странного.

"Ах да,— сказали соседи Карлы, увидев президента,— он же новый приятель Карлы..."

Кадровая политика


Именно Карла еще в июне 2008 года предложила сделать племянника Франсуа Миттерана директором французской Академии в Риме — знаменитой Виллы Медичи. А год спустя все та же первая леди подала Николя Саркози идею назначить Фредерика министром культуры и коммуникаций. 24 февраля 2009 года президент прибыл в Рим с официальным визитом и решил посетить Виллу Медичи в сопровождении действующего министра культуры Кристин Альбанель. По словам ошеломленного очевидца, тогда и решилась ее судьба: "Николя Саркози даже не взглянул на сады. А когда ему показали фолиант, созданный в XVI веке, иными словами — на заре книгопечатания, президент лишь равнодушно бросил: "Да, красиво". Кристин Альбанель была очень серьезна, возможно, даже слишком. Зато Фредерик Миттеран быстро понял, что все это не слишком интересно президенту, и принялся играть с телефоном. Саркози рассмеялся, и они с Миттераном быстро перешли на "ты"".

Похвалы Карлы довершили начатое, и бывший ведущий телепередачи Permission de minuit стал министром.

Именно благодаря содействию первой леди, Франсуа Бодо, крестный отец ее сына Орельена, в конце декабря 2009 года был назначен генеральным инспектором по делам культуры (IGAC), с окладом 5 тысяч евро в месяц. Хотя 15 декабря 2009 года специальная комиссия вынесла отрицательное решение по его кандидатуре...

Вероятно, также не без участия Карлы Бруни в мае прошлого года Фредерик Миттеран принял решение доверить актеру Шарлю Берлингу и его брату Филиппу руководство новым театром в Тулоне. Пикантная деталь: у первого из них когда-то был очень страстный роман с Карлой Бруни, и он до сих пор очень неприязненно относится к Саркози. Словом, первая леди всегда готова подсобить другу, пусть даже совсем скромному. Например, одному преподавателю, за которого попросила ее мать Мариза, супруга президента помогла на год отсрочить выход на пенсию. А повару из резиденции Бруни в Лаванду советник Пьер Шарон, по настоянию первой леди, обеспечил на пару дней место помощника знаменитого шеф-повара.

На что только первая леди не пойдет ради своих приятелей-артистов! В августе 2009 года на веранде "Каза Бини", шикарного ресторана по улице Грегуар-де-Тур в 6-м округе Парижа, Карла ужинала с журналистом и музыкантом Филиппом Валем, всего через два месяца после того, как он был назначен директором радиостанции France Inter. В тот раз Николя Саркози, возмущенный бестактностью супруги, лично попросил ее по телефону больше не допускать таких публичных выходок.

При этом президент, кажется, был абсолютно спокоен, когда принимал на работу в дипломатический отдел администрации стажерку Консуэло Реммер, сводную сестру Карлы. С тех пор двадцатипятилетняя девушка занимает пост советника "по проблеме мирового голода" при дипломатическом советнике Жан-Давиде Левитт!

Семейственность Карлы распространилась и на родственников мужа. Николя Саркози как-то раз признался своему другу: "Это она раскрыла мне глаза на политические амбиции Жана". "Знаешь,— сказала первая леди супругу,— Жан не решается тебе об этом сказать, но он действительно хочет попробовать себя в политике. Он очень увлечен этим и надеется сделать такую же блестящую карьеру, как и ты". Результат известен: головокружительный дебют старшего сына президента — и столь же молниеносное падение из-за дела EPAD (Совет по обустройству делового района Дефанс), печально сказавшегося на результатах региональных выборов.

Комментарии
Профиль пользователя