Коротко

Новости

Подробно

Журнал "Коммерсантъ Власть" от , стр. 30

 Зачистка с тыла


       27 ноября начальник российского Генштаба Анатолий Квашнин неожиданно покинул Москву и отправился в поездку по Дальнему Востоку и Сибири. Что же заставило руководителя главного органа военного управления в разгар войны в Чечне отлучиться на целых семь дней? Как стало известно "Власти", Квашнин открывал второй фронт — против своего непосредственного начальника министра обороны Игоря Сергеева.

       Сергеев и Квашнин никогда не относились друг к другу с особой симпатией. Ельцин свел их вместе в мае 1997 года, когда в один день уволил министра обороны Игоря Родионова и начальника Генштаба Виктора Самсонова и сразу же назначил их преемников. Провоевавший всю первую чеченскую войну новый начальник Генштаба считал, что новый министр не знает армейской жизни и, что называется, не нюхал пороху. А интеллигентный Сергеев был убежден, что вояке Квашнину не достает кругозора, чтобы управлять всем вооруженными силами страны. Словом, они были совсем разными и вовсе не горели желанием работать друг с другом.
       Но Борис Ельцин выбора им не оставил. Тем более что президента такая расстановка сил в верхушке военного ведомства вполне устраивала. Впрочем, довольно долгое время они жили в мире. Вскоре после назначений Верховный главнокомандующий присвоил и генерал-полковнику Квашнину, и генералу армии Сергееву очередные звания — причем последний стал первым в истории маршалом РФ.
       Первым нарушил перемирие Квашнин. В конце 1997 года Генштаб предложил подчинить ему все силовые структуры различных министерств и ведомств и, по подобию западных стран, подчинить начальника ГШ непосредственно президенту. Подобные проекты в России обсуждались с 1991 года, и каждый министр обороны воспринимал эти планы как личное оскорбление. Сергеев не стал исключением. Но этот выпад своего первого заместителя министр легко отразил: идея резкого усиления Генштаба не пользовалась популярностью и в Кремле. Однако самодеятельности Квашнину Сергеев не простил. Он начал готовить ответный удар.
       
       Осенью 1998 года после визита к отдыхавшему в Сочи президенту министр обороны объявил о том, что в России будут созданы Стратегические силы сдерживания (ССС). В их составе предполагалось объединить Ракетные войска стратегического назначения, авиационные ядерные средства (находившиеся в составе Военно-воздушных сил) и морские (принадлежавшие Военно-морскому флоту). При этом управление всеми ядерными силами перешло бы от Генштаба к главному командованию ССС, которое, по замыслу министра, должен был возглавить его протеже, главком РВСН Владимир Яковлев.
       Большее унижение для Генштаба было трудно себе представить: у него отнимали самое святое и сокровенное. На счастье Квашнина, у него нашлись союзники. Против планов Сергеева резко выступили первый замминистра обороны Николай Михайлов, главкомы ВВС Анатолий Корнуков и ВМФ Владимир Куроедов. Их сопротивление было настолько сильным, что в феврале этого года президент распорядился создать в Минобороны специальную комиссию по изучению проблемы создания Стратегических сил.
       Но Сергееву не помогло даже то, что он сам стал председателем этой комиссии. Ни одна из пяти рабочих групп спецкомиссии идеи министра не поддержала. И не мудрено: источники Ъ рассказывают, что целых четыре месяца, отложив все дела, Генштаб чуть ли не круглосуточно работал над выработкой доказательств пагубности создания ССС.
       Летом стало окончательно ясно, что никаких Стратегических сил сдерживания в России создано не будет. Это стало сильным ударом по престижу и без того не слишком популярного в армии Сергеева.
       Тем временем Квашнин неожиданно нанес Сергееву чувствительный удар на другом направлении. Начальник Генштаба через голову министра позвонил Борису Ельцину и получил его санкцию на ставший знаменитым марш-бросок российских десантников-миротворцев из Боснии в Приштину. Разумеется, Квашнин сильно рисковал: устное президентское "добро" в случае осложнений в Косово его бы точно не спасло. Но риск, как оказалось, был оправданным.
       А потом началась война на Северном Кавказе. Квашнин на передовой руководил войсками, а Сергеев лишь однажды прилетел в Махачкалу и, проведя совещание командного состава федеральной группировки, вернулся в Москву. Потом именно Квашнин привез в освобожденный Дагестан премьера Владимира Путина и с тех пор стал сопровождать официального преемника президента чуть ли не в каждой поездке. Конечно, Сергеев ревновал. Но сделать уже ничего не мог.
       Однако останавливаться на достигнутом Квашнин не стал. По всем канонам военного искусства он начал развивать успех.
       
       В конце ноября в Москве было принято решение о том, что после освобождения Чечни от боевиков на ее территории будет размещена мотострелковая дивизия (около 12 тыс. человек). Причем для этого специально будет сформировано новое соединение. Но выходить за существующее ограничение численности армии (1,2 млн человек) военным не разрешат. Значит, им придется изыскивать внутренние резервы.
       Конечно, вариантов решения этой проблемы есть несколько. Можно разместить в Чечне на постоянной основе полки из разных военных округов по подобию формируемой сейчас в дагестанском Каспийске бригады морской пехоты (в нее войдут батальоны с Северного, Тихоокеанского и Черноморского флотов). Или просто переместить туда одно из соединений Северо-Кавказского военного округа.
       Но Квашнин решил действовать иначе: взвалить бремя основных сокращений не на кого-нибудь, а на Ракетные войска стратегического назначения — вотчину Игоря Сергеева.
       Именно в этом и заключалась главная цель поездки Квашнина на восток, в ходе которой он посетил Камчатку, Читу и Новосибирск. У него там, конечно, было много дел и без ракетчиков (на Камчатке формируется новое территориальное командование, в Чите и Новосибирске размещались штабы недавно объединенных Забайкальского и Сибирского военных округов), но именно в Чите находится штаб 53-й ракетной армии, которую Квашнин наметил в качестве одной из своих жертв.
       Начальник Генштаба посчитал, что если сократить командование и штаб Читинской армии и переподчинить ее ракетные дивизии Омской ракетной армии, сократится примерно 2 тыс. должностей. А может, и больше — говорят, Квашнин, побывав в штабе 53-й армии, задумчиво произнес: "Вижу, есть резерв, причем даже больший, чем сейчас требуется". Кроме того, пришло время снимать с боевого дежурства выработавшие все положенные сроки и становящиеся все более опасными в эксплуатации ракетные комплексы. И первые кандидаты на сокращение — железнодорожные комплексы РС-22 (в 10 ракетных полках, оснащенных этими ракетами, служит почти 4 тыс. человек). Кроме того, кандидатами на сокращение стали отдельный командно-измерительный комплекс в Малоярославце (который с момента своего создания используется не для управления космическими аппаратами, а для отдыха высшего генералитета) и различные части обеспечения. Наконец, значительные сокращения должны пройти и в главном штабе РВСН в подмосковной Власихе.
       Надо сказать, время для наступления на позиции ракетчиков Квашнин выбрал очень удачное. События на Северном Кавказе показали, что происшедшее в последние два года резкое увеличение ассигнований на стратегические ядерные вооружения (45%) осуществлялось в ущерб обычным современным видам вооружений, которых сейчас российской армии так не хватает в Чечне. Премьер Владимир Путин уже заявил о необходимости исправления этой диспропорции (по данным Ъ, в 2000 году Минобороны заказал всего один ракетный комплекс "Тополь-М" — по сравнению с десятью в 1999-м).
       На руку Квашнину и сделанные ракетчиками ошибки. Заполучив благодаря Сергееву в конце 1997 года в свое распоряжение Военно-космические силы и войска Ракетно-космической обороны, РВСН за эти годы не заказали ни одной космической ракеты и ни одного космического аппарата, предпочитая тратить "неприкосновенный запас" и использовать деньги на сугубо ракетные нужды. И тут ракетчикам не приходится рассчитывать на поддержку: курирующий ВПК вице-премьер Илья Клебанов недавно пообещал, что "латание" российской военной космической группировки станет одним из главных приоритетов правительства в следующем году.
       Конечно, Квашнин вряд ли всерьез рассчитывает сейчас на отставку Сергеева. Министр наверняка и сам уйдет через полгода вместе с Ельциным. Но отказывать себе в удовольствии попортить министру нервы и даже унизить его в глазах его же коллег-ракетчиков Квашнин, видимо, не может. Тем более что сейчас у него на руках все козыри, чтобы попытаться доказать: ракетчики во главе с Игорем Сергеевым оказавшейся в их руках властью правильно распорядиться не сумели. Значит, нужно делать выводы.
       
       ИВАН САФРОНОВ, ИЛЬЯ БУЛАВИНОВ
       

Комментарии
Профиль пользователя