В рамках фестиваля "Арт-Новосибирск" завершился мастер-класс фотографа Брюса Гилдена (Bruce Guilden). Представитель знаменитого агентства Magnum Photo БРЮС ГИЛДЕН дал интервью корреспонденту Ъ АНТОНУ Ъ-ВЕСЕЛОВУ.
Брюс Гилден появился в Новосибирске ранним утром в субботу, чтобы принять участие в торжественном открытии в Картинной галерее выставки "Восток Магнума" (о ней Ъ рассказал 17 октября). Работу с сибирскими студентами он начал в воскресенье в галерее Le Vall — на открытии собственной выставки. Экспозиция понравилась далеко не всем. Главную претензию выразил один из местных фотографов: "Почему этот парень всюду видит только бомжей, проституток и мафию?" Мэтр отыгрался на портфолио собравшихся. Он напрямую спрашивал, что это за люди на картинках, какая между ними связь и почему отпечаток нравится автору. Большинство отмалчивались или произносили хрестоматийное "Я так вижу". Пожалуй, самым полезным оказался третий, завершающий день мастер-класса. Господин Гилден сподобился на практике показать свой метод съемки: разбил учеников на группы по четыре-пять человек и отправился за приключениями на железнодорожный вокзал. Причем сразу предупредил, что могут побить,— в его практике это случалось. С прижатой к груди "Лейкой" он двигался стремительно, время от времени замечал нечто и, почти не целясь, щелкал камерой. Такой метод работы показался сибирским фотографам, по крайней мере, впечатляющим.
— Вы предпочитаете застигнуть человека врасплох, ворваться в его личное пространство, а потом, например, на вашем мастер-классе, рассказать о событиях вокруг съемок и вашем отношении к ним?
— Мой принцип не врываться в жизнь, а просто иметь свое видение каждого оставленного на пленке предмета.
— Вы считаете, что настоящему фотографу-репортеру в качестве подпитки необходимо постоянно испытывать чувство опасности?
— Я считаю, что здесь, на городских улицах, такой же риск, как на войне: я набрасываюсь на людей, лезу им прямо в лицо со своей камерой. Но это зависит только от самого фотографа. Один может 25 лет подряд ездить на войну и снимать, а другой никогда этого не сделает. Вы можете быть только тем, кто вы есть. Я из тех, кто ездит на войну. Некоторые люди могут себя уверенно чувствовать только на расстоянии сотен метров от "объекта", а я подхожу к человеку близко, потому что на расстоянии чувствую себя вором.
— Почему вы выбрали Новосибирск?
— С самого детства, с тех пор как начал заниматься фотографией, я был заинтригован Россией, одной из своих прародин. Кстати, когда я стал номинантом на "Восток Магнума", глава нью-йоркского офиса Magnum сказал, что мне стоит фотографировать в России. Причем не знал, что меня интересует эта страна. Для меня Россия — самое плодородное место для съемок. Здесь огромное количество интересного материала.
— Под "Россией" вы подразумеваете "засвеченные" в эпоху перестройки Москву и Питер или Новосибирск — город, в котором вы сами только что побывали?
— Я не наивный человек и не пытаюсь объединить всю Россию одной концепцией — везде все по-разному. Но, например, в процессе этого семинара я видел немало того, чего больше никогда и нигде не увижу. Это меня привлекает. К тому же у русских очень фактурные лица, на которых отражен сильный характер. А еще — много страданий. Я ежедневно сталкиваюсь в вашем городе с ситуациями, которые для меня сюрреалистичны.
— Например?
— Мне нравятся те фотографии, которые рассказывают историю, заставляют меня думать. Я видел немало фотографий, на которых мужчина и женщина в комнате. И первое, о чем я задумываюсь, глядя на такое фото, кто она: подруга, жена или проститутка? Какие между ними отношения? Так вот один ваш фотограф показал мне фотографию обнаженной женщины, привязанной к стулу. Отличная, очень выразительная фотография. И на сей раз у меня была возможность спросить автора, что на самом деле произошло. Мне объяснили, что это алкоголичка, которая находится в вытрезвителе. Вот эта ситуация для меня сюрреалистична.