С разницей в 19 часов в Москве прошли две балетные пресс-конференции. В Министерстве культуры Михаил Швыдкой и заместитель генерального директора "Большого" Александр Ворошило освещали "проблемы Большого театра". В отеле "Мариотт" рассказывали об июньском Международном конкурсе артистов балета.
На первый взгляд оба события связаны лишь временем их проведения. Не пересекались ни темы, ни участники; различались атмосфера, антураж и форма общения с журналистами. Однако сквозь непохожесть просвечивало и некое фундаментальное единство: информационная часть обеих встреч оказалась на редкость скудной. Потому что обе пресс-конференции затевались совсем не для того, о чем было объявлено официально.
Брифинг в Минкульте срежиссировали откровенно плохо. Первая же реплика министра ("Ничего особенно интересного я вам не сообщу") обнаружила и слабую драматургию. Основную информацию господин Швыдкой выложил сразу, сообщив, что "апокалиптических настроений" в театре нет и никаких балетных забастовок не предвидится. Поскольку все и так знали, что труппа смену начальства приняла с похвальным смирением, сюжет был исчерпан, и дальнейшее течение брифинга приняло импровизационный характер.
Господин Ворошило повел свою тему, рассказав, что лично ему уволенный господин Фадеечев "очень симпатичен как человек" и господин Рождественский тоже "не 'бука', а абсолютно нормальный". Но господин Фадеечев "почему-то не хотел идти ни на какие компромиссы", "шантажировал руководство театра" и все требовал каких-то гарантий. "Приносит контракт на три сезона. Ну мы его, конечно, под сукно. Если бы это был Николай Фадеечев (отец экс-худрука, педагог театра.— Ъ), мы бы, может, и подписали. Правильно?" Министр: "Неправильно". "Ну ругайте меня",— согласился замгенерального.
Далее присутствующие в который раз услышали, что "созидательная работа" театра будет заключаться в восстановлении балетмейстером Юрием Григоровичем его версии "Лебединого озера" (контракт с ним подпишут в ноябре), а также в постановке Геннадием Рождественским оперы "Игрок". В ноябре же, когда в Москве появится генеральный худрук, выяснится, кто будет руководить оперой, нужен ли театру главный художник, а также каким путем будет двигаться балет. (Кстати, два часа спустя министр культуры обсудил последнюю проблему с солистом балета Николаем Цискаридзе — в прямом эфире на канале "Культура". Показательно, что господину Швыдкому не пришло в голову поговорить перед телезрителями с нынешним балетным худруком Борисом Акимовым.)
Под занавес министр высказал убеждение, что, в отличие от космополитичной Мариинки, Большому театру больше подходит национальный репертуар. Прозвучала также актуальная еще со сталинских времен мысль, что в "Большой" надо допускать спектакли проверенные, уже обкатанные где-нибудь на периферии. Пообщавшись таким образом с час, оба руководителя покинули брифинг. Журналистам остались гадать, для чего их все-таки собирали. Разве что для того, чтобы о "Большом" они больше не писали — по крайней мере до ноября.
Смысл второй встречи был очевиднее. Трудно представить, что в октябре кого-то всерьез занимает летний конкурс. В "Мариотте" праздновали возвращение Юрия Григоровича.
Спектакль был срежиссирован блистательно. В кулуарах слышались обрывки реплик: "Театру все-таки нужен диктатор... вот Товстоногов... или Любимов..." Вкусно пахло кофе, золотились круассаны. Горели софиты, сплетались провода микрофонов, рассаживались приглашенные гости. Главный герой был сух и держался с достоинством. Вокруг кружили официальные и неофициальные лица. Пожимали руки, норовили обнять. Новый худрук балета Борис Акимов полез было целоваться, был принят с некоторой небрежностью и скромно удалился на отведенное ему место.
Гладко потекли речи: про международное значение конкурса, про важность таких мероприятий, про участие в подготовке многих серьезных организаций. Чистая информация уложилась в несколько слов: конкурс пройдет с 8 по 18 июня 2001 года в Большом театре. Его бюджет составит $1,5 млн, из них $200 тыс. — призовой фонд. Разосланы приглашения по 585 адресам. В жюри будет представлено 15 стран, и в конкурсе впервые поучаствуют балетмейстеры.
Получив возможность задавать вопросы, присмиревшие журналисты долго подбирались к животрепещущему: не думает ли Юрий Николаевич к июню занять пост главного балетмейстера Большого театра? Наконец вопрос прозвучал. Зал притих. "Не думаю",— значительно отсек герой дня, а ведущая пресс-конференцию главный редактор журнала "Балет" Валерия Уральская поспешила уточнить, что будет принимать лишь вопросы, относящиеся непосредственно к конкурсу. Вопросов больше не оказалось.
ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА