"Лечение производится в основном хирургическими методами"
Главный врач Санкт-Петербургского городского клинического онкологического диспансера ГЕОРГИЙ МАНИХАС говорит, что на сегодня в Петербурге увеличилась продолжительность жизни у больных раком легкого, толстой и прямой кишки, молочной железы, предстательной железы и яичников — теми заболеваниями, которые еще несколько лет назад считались практически неизлечимыми.
SOCIAL REPORT: Георгий Моисеевич, считаете ли вы современную материальную базу Петербургского городского клинического онкологического диспансера достаточно современной для оказания помощи больным в полном объеме?
ГЕОРГИЙ МАНИХАС: Наш Городской клинический онкологический диспансер — одно из самых крупных профильных учреждений в России, ежегодно тут лечится 31 тыс. больных. Есть стационар на 850 коек, которых, конечно, не хватает. Но в марте в Санкт-Петербурге планируется открыть научно-практический специализированный онкологический центр еще на 530 коек. Проблема в другом: медтехника нашего онкологического диспансера устарела. Например, сейчас в распоряжении нашего диспансера только один линейный ускоритель и один гамма-терапевтический аппарат, предназначенный для радиотерапии, который уже отработал свой положенный срок. А для существующего потока больных нам надо более 15 современных радиотерапевтических аппаратов! Конечно, с открытием нового научно-практического центра в нашем распоряжении появится еще три. Но и этого будет недостаточно.
SR: Какова ситуация с лекарственным обеспечением онкологических больных в Санкт-Петербурге?
Г. М.: Несмотря на количество коек для онкобольных, бюджетные ресурсы на приобретение лекарственных средств для лечения онкологических заболеваний за последние годы не увеличились. И сейчас государство ежегодно выделяет на лекарства для онкологических больных более 750 млн рублей, тогда как необходимо, по нашим приблизительным подсчетам, 1,5 млрд рублей, то есть в два раза больше.
SR: Как же вы тогда больных лечите, если денег не хватает?
Г. М.: Сегодня избавление больных от злокачественных опухолей в нашем лечебном учреждении в 60% случаев производится хирургическим методом. Хирургия — единственный метод в лечении онкологических заболеваний, в котором мы на сегодня не испытываем проблем. Она компенсирует недостаток двух других видов оказания медицинской помощи — лекарственного и радиотерапевтического.
SR: Насколько увеличилась продолжительность жизни больных онкологическими заболеваниями в Петербурге за последние годы?
Г. М.: По данным ракового регистра Петербурга, увеличилась продолжительность жизни у больных раком легкого, толстой и прямой кишки, молочной железы, предстательной железы, яичников. Например, если еще 20 лет назад после постановки диагноза "рак" пятилетняя продолжительность жизни наблюдалась у 80% больных раком груди, то сейчас мы наблюдаем пятилетнюю выживаемость у 90% пациентов. Достичь такого результата удалось благодаря современным лекарственным средствам, новым методам радиотерапии. Если раньше мы обходились гамма-терапией, то сейчас мы применяем ускорители электронов, брахитерапию, то есть внутриполостное облучение органов. Кроме того, появились и новые лекарственные противоопухолевые препараты, с помощью которых можно воздействовать на определенные рецепторы, внутриклеточные связи опухолевых клеток и т. д. В целом у онкологов появилась возможность управления и торможения опухолевого роста.
SR: Как изменился возраст больных онкологией? Говорят, что в Питере раком заболевает много людей в возрасте до 35 лет. Это правда?
Г. М.: Видимой тенденции к омоложению онкологических заболеваний в Петербурге я не наблюдаю. И вообще за десять последних лет возраст больных мало изменился. Как и раньше, наибольшая заболеваемость раком наблюдается у людей в возрасте 50 лет и старше. Чем старше человек, тем больше риск у него получить онкологическое заболевание.
SR: Чтобы снизить риск онкологического заболевания, необходима профилактика. Насколько в Петербурге на сегодня развита система профилактики онкологических заболеваний?
Г. М.: В Питере действует несколько программ по профилактике, ранней диагностике и лечению онкологических заболеваний. Благодаря этим программа произошли ожидаемые существенные изменения к лучшему. Онкологи старались выявлять такие заболевания, как рак молочной, предстательной железы, рак легкого, толстой и прямой кишки и рак шейки матки, меланомы. Естественно, уровень заболеваемости по этим заболеваниям увеличился в связи с высокой выявляемостью на ранних стадиях. Например, благодаря всем этим программам число заболевших раком предстательной железы выросло на 170%! А все почему? А потому что мы разрешили всех мужчин во всех диагностических центрах Санкт-Петербурга обследовать бесплатно.
SR: Насколько часто больные, у которых обнаружили рак, отказываются от лечения?
Г. М.: В Питере массовых отказов не наблюдается точно. И я знаю, почему наши пациенты не отказываются от лечения. Мы широко пропагандируем раннюю диагностику и профилактику, а также своевременное лечение. И подчеркиваем, что чем раньше обнаружен рак, тем больше вероятность избавиться от него полностью. Даже при обнаружении рака молочной железы на первой-второй стадиях заболевания мы гарантируем женщинам полное выздоровление. То же самое можно сказать о лейкозах, гемобластозах — заболеваниях, характерных больше для молодых, чем пожилых людей. Чем раньше такие заболевания обнаружишь, тем больше шансов выжить: сейчас 90% выживают после этих заболеваний. Но порой больные действительно отказываются от лечения. Но не от лечения вообще, а от лечения конкретно в том регионе, где заболевание было выявлено, и едут лечиться в другой, с более развитыми медицинскими учреждениями. Сегодня предложить качественную медпомощь онкологическим больным предлагают Иркутск, Уфа, Казань, Москва, Барнаул и, конечно, Питер.
SR: А какова на сегодня излечиваемость от онкологических заболеваний в Питере?
Г. М.: Сейчас на учете с диагнозом "рак" стоит 109 тыс. петербуржцев. Из этих больных после постановки диагноза пять-десять и более лет прожили около 60% пациентов. Из стационаров до 25% пациентов выходят полностью излечившимися от онкологического заболевания, около 50% — с улучшением, но около 26% пациентов покидают станы стационара со стабилизацией опухолевого процесса. Надо сказать, что в течение последних лет эти показатели изменились в лучшую сторону. Все потому, что мы стали лучше обследовать больных. Это результаты проводимых нами в Петербурге противораковых программ.
SR: Как изменилась стоимость лечения онкологического больного?
Г. М.: Лечение одного больного в нашем медучреждении в 2008 году составляло 14,7 тыс. рублей, в 2009-м — 14,4 тыс. рублей, в 2010-м — 18,3 тыс. рублей. Как видите, стоимость лечения росла. Но деньги съела инфляция и удорожание коммунальных услуг для учреждения.