Коротко


Подробно

Цена вопроса

Дмитрий Рогозин


постоянный представитель РФ при НАТО


Мы, конечно, самым пристальным образом следим за эволюцией мысли американцев по поводу проблем в киберпространстве. Налицо некоторые факты, говорящие о том, что там происходит что-то серьезное.

Началась эта эволюция с юбилейного саммита НАТО, который проходил в апреле 2009 года в Страсбурге и Келе. В его итоговых документах вдруг появилось интересное замечание о том, что отныне НАТО будет заниматься и вопросами киберобороны. До этого по коридорам и лабораториям НАТО ходил термин "кибербезопасность". Это крайне важное изменение, ведь слово "оборона" имеет отношение к пятой статье Вашингтонского договора, предполагающей коллективные действия союзников в случае нападения на одну из стран альянса. По сути дела было решено выработать некий военный ответ на кибератаки против НАТО.

Одновременно с этим в США было создано киберкомандование во главе с генералом Китом Александром, начали открываться все новые центры киберзащиты. И при этом, несмотря на все инициативы российской стороны, вопросы кибербезопасности не были включены в список тем обзора общих угроз Совета Россия--НАТО. То есть эта тема оказалась закрытой для России — они не хотят ее с нами обсуждать.

Все это говорит о том, что в НАТО приняли решение о создании неких новых институтов и командования, которые были бы способны обеспечить победу еще до того, как война началась. Это планируется сделать путем использования киберсети либо для подрыва авторитета власти, деморализации общества и армии страны-противника, либо для создания хаоса и сбоев систем командования и госуправления этой страны. Из всего этого лично я сделал вывод, что речь идет не о киберобороне, а о кибернападении.

Думаю, что в ближайшее время работа НАТО и США в этой сфере будет строиться по двум направлениям. Первое — это защита от внешнего проникновения в киберсети, имеющего целью нарушение внутринатовской или американской системы военного и государственного управления. Второе — разработка систем подавления киберсетей потенциального противника или закладки в программное обеспечение гражданской продукции (мобильных телефонов, например) вредоносных программ, которые могут быть активированы в нужный для Запада момент. Я хотел бы надеяться, что эта моя догадка неверна, но история с вирусом Stuxnet указывает на обратное.

Не стоит поэтому удивляться, что США не горят желанием подписывать какие-то глобальные договоры о неприменении кибероружия. Тем более с Россией, которая потенциально может быть объектом кибератак или субъектом кибернападений, как считают в НАТО.

Тэги:

Обсудить: (0)

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение